Страница 1 из 67
Игорь Гор
Проект "Повелитель"
ПРЕДИСЛОВИЕ
Мой знакомый археолог, участвовавший в раскопках древнего поселения на границе Росси и Казахстана, нашел некую рукопись. Рукопись была сшита из тетрадных листов в клеточку, заполненных мелким забористым почерком, завернута, в целлофановый пакет, уложена в глиняный горшок и залита воском. Не смотря на то, что горшок был найден при раскопках и без сомнения принадлежал именно к тому периоду, когда поселение процветало. А это предположительно за 2000 лет до н. э. Находку сочли не сенсационной и выдающейся, а глупой мистификацией. Именно из-за этой находки мой знакомый чуть не лишился работы и ученого звания. Поэтому имени его я не упоминаю, он и так уже натерпелся от своих коллег. Помаялся он со своей находкой изрядно и, поскольку её признали лишенной какой либо исторической ценности, отдал мне. Рукопись, не смотря на ухоженный внешний вид, была составлена, а скорее восстановлена из разрозненных фрагментов некогда целого дневника. Судя по всему, составлял и сшивал её человек грамотный и знающий, по крайней мере, некая последовательность в отрывках прослеживается. Сами же тетрадные листы обтрепаны и оборваны. Текст выцветший. Листов целых мало. В основном половинки и даже четвертинки листа. Повествование на листах начинается без начала и зачастую так же внезапно обрывается. Более пристально изучая обложку тетрадки, удалось выяснить некую странность. Завода её выпускавшего, а именно Верхнеземского целлюлозного комбината, в природе не существует, и никогда не существовало, а уж тем более в 2005 г. как проставлено на обложке. Что меня несколько смутило. Но я почему-то уверен, что и целлофановый пакет черного цвета, в котором хранилась рукопись, так же ни одним известным заводом не выпускался.
Что же касается содержимого рукописи, то оно дает такой простор для фантазии, что я не удержался и превратил её в некий фантастический роман. Текст рукописи я оставил без изменений, вставляя её фрагменты, выделенные курсивом, в своё повествование.
Взрыв я ощутил спиной. Такой пронзительный жар, что одежда на мне вспыхнула. Вспыхнул забор у дома, вспыхнула листва на деревьях. Живым факелом я перепрыгнул через забор и упал в лужу, грязная вода в ней показалась мне вершиной блаженства. Потом я встал и пошёл искать своих. Они должны были успеть уехать на поезде. В городе никого не было, никого, ни единого живого человека. Лишь кое-где я встречал обугленные головёшки, бывшие когда-то людьми, да старые брошенныё автомобили черно коптящие жжеными баллонами. Пустые дома смотрели на меня оплавленными глазницами окон.
Правительство готовилось к войне и зная, что удары будут нанесены в первую очередь по крупным городам и населённым пунктам, постаралось эвакуировать население. Люди разъехались, куда глаза глядят, на машинах, поездах, самолётах. Прочь от города. Я знал, что после такой дозы долго не живут, но я хотел умереть спокойно, зная, что мои жена и сын спаслись. Эпицентр взрыва был где-то за городом, но чем ближе я подходил к вокзалу, тем больше было разрушений. Это был ад … Дома пылали. Каждый дом как факел. Чёрный непроглядный дым застил небо. Вокзала не было, лишь груды железобетонных конструкций. А когда я вышел на перрон то увидел это… Вагоны смятые как консервные банки и откинутые взрывом с путей. Полные вагоны людей… Они сочились, истекали кровью… Из разбитых окон вывалились изувеченные, спрессованные тела… Я плакал, плакал от горя и от бессилия, что ничего не смогу сделать, не могу ничего изменить, не могу даже найти своих среди тысячи спрессованных в вагонах тел… мясо из которого торчали обломки костей… Я дал себе слово, что никогда этого не забуду.
Раскачался от лестницы и прыгнул, уцепившись за какую-то скобу. То ли 2-ой этаж, то ли третий… Что это за здание когда-то было, не определить, то ли торговый центр, то ли какой цех или завод. А сейчас это просто бетонные стены с ржавой арматурой. Я прыгун по кличке Толстый. Прыгун это не профессия, это способ выживания, хочешь выжить научись прыгать далеко и лазить высоко. Тот, кто ходит по земле долго не живёт. Вообще не живет. Не хорошо сейчас на земле. Вот я и прыгаю, толкаюсь ногами, раскачиваюсь на руках и перелетаю от стены к стене, цепляюсь за что придётся за разные скобы, просто выпуклости, куски арматуры торчащие из стен, за кабели и тросы лифтов. Могу на одних руках подняться по тросу с подвала до крыши, поэтому руки у меня о-го-го, толщиной как ноги и поэтому и погоняло мне дали Толстый.
Хотя на самом деле я не толстый, а мясистый, это и хорошо и плохо. Очень долго висеть на скобе я не смогу, хотя усталости пока не чувствую. Сколько прошло? Пять минут?
Провисеть на этой скобе могу ещё часа два, но меня беспокоит, что погоня идёт по следам и нет никакой гарантии, что меня не учуют. И тогда соберутся кучкой и будут ждать сидя на земле и высунув языки, час, два, три… пока я не созрею и не свалюсь от усталости как спелое яблоко им на ужин. Хорошо было легендарному Мухе, он по рассказам был худ неимоверно и мог вот так запросто засунуть руку или ногу на излом в скобу и проспать пару суток как летучая мышь башкой вниз, ни один зверь столько ждать не будет. Разойдутся все не солоно хлебавши. Брешут конечно, мне один знаток говорил, сколько б человек не весил, но кость на излом не выдержит, сломается, да и больно это очень … я сам как-то раз проверял когда сил держатся не осталось руку с дуру сунул … боль такая хрен уснёшь, а тут пару суток… брехня. Хорошо Косой подоспел и арканом меня вытащил, схряпали бы меня гаврики… косточки бы не осталось.
Однако, надо что-то делать… Погоня всё ближе, затылком чую. Мной овладело смутное беспокойство… И скобу покидать жалко, сроднился я с ней как голубь с гнездом, не достанут меня тут сто пудов, а … вдруг засаду устроят? И на этаж перебираться не охота.
На этаж, значит наследить, запах им свой оставить, и будет ли ещё такое уютное местечко, кто его знает. И тут сидеть долго не смогу, Толстый я и этим всё сказано … и руки хоть и сильные, но бесконечно вес держать не смогут. Эх, и чего я не Муха ногу в скобу бы засунул и спать башкой вниз… Вот нервы у человека были, там грызня в низу идёт, его мясо делят а он спит. Нет, не буду ждать дольше… надо сваливать отсюда пока не поздно. Сменил руку, уцепился двумя пальцами правой, а теперь подобрал правую ногу под себя уперся в стену и … полетели. Хлоп и я на этаже. Довольно удачно приземлился, тихо и без пыли. Обследовал этаж. Ничего интересного. Всё мало-мальски полезное сперли ещё до рождения моего деда, а может и до рождения деда моего деда.
Кто его сейчас разберёт. Говорят и твари нынешние не твари вовсе были, с одними мы вроде дружили… бред конечно, взгляните на торков, они толпой ходят, меньше трёх особей не бывает и схарчат тебя чихнуть не успеешь, не то что здравствуй сказать или матушку их помянуть. Другие из тварей маленькие были и безобидные, что птицы их склевать могли…
Это я удачно зашёл … Этаж внезапно кончился. Другая сторона здания отсутствовала напрочь. Из стен торчали трубы и толстые и тонкие верёвки. Верёвки я с детства любил, как на них раскачаешься как прыгнешь… Да и привязаться к ним всегда можно.
Так. Пока нет никого, можно обследовать местность на предмет съестного, краснеет там в углу кто-то подозрительно. Кого-то не дожрали, а раз кровь красная, для еды не опасная.
Этому с детства учат. И тут неважно, твоего собрата и врага, главное чтоб он послужил на благо. Не успел я добраться до мяса, как заявились его хозяева. Оба, на!
Торки, трое, как и говорил. Помянёшь торка, и он тут как тут. Они, конечно, меня учуяли и двинулись вперёд, стуча клешнями. А я тем временем уцепился рукой за ближайшую верёвку, ведущую к крыше, и стал неспешна подниматься. Я от дедушки ушёл, я от бабушки ушёл, а от тебя бестолковый торк и подавно уйду. На крыше я от них конечно не спасусь, они и туда залезут, но есть у них одна особенность. Стоит оказаться у них за спиной, и ты в безопасности. Почему так неведомо, но торки никогда не возвращаются назад и практически не оборачиваются… То ли зрение у них плохое, то ли нюх. Хотя если ты надумаешь сховаться от них на их глазах, не выйдет… Главное выпасть из их поля зрения. А для этого надо хорошенько раскачаться на верёвке как я сейчас и внезапно выпустить верёвку. Оп, ля! Здравствуй жопа новый год!