Страница 60 из 67
— Постой отец, — Руслан потащил из-за пазухи пакет с книжицей. — Ответь только на один вопрос. Это твоё?
Незнакомец развернул пакет, и без церемоний стал листать тетрадку, вглядываясь в строчки.
— Надо же в каком виде она к вам попала… О! тут вижу есть страницы, которые я ещё не писал… Занятно! Ну, что я могу сказать тетрадь, несомненно, моя. А где вы её взяли?
— У старосты, — буркнул Лис, — Так значит, ты писал, что Лис и Руслан спасли меня?
— Нет. Но думаю, напишу попозже. Только сейчас я тороплюсь. Вы идете со мной?
— Идем! — Ответил за двоих Руслан.
— Утро красит нежным цветом, стены древнего Кремля.. — Донеслось снаружи.
Да, что же это такое? Возмутился, я. Они, что старые совсем сбрендили? Однако, высунув заспанную морду наружу, я убедился, что да, красят… В смысле, утро наступило. Розовый рассвет залил небеса. Господи! Прожил половину жизни, а сроду такой красоты не видел.
Таких цветов! Небо я раньше знал всякое. Серое, серо-свинцовое, серо-зеленое, серо-желтое летом и серо-бардовое при песчаной буре. Ну были ещё оттенки черноты ночью.
Но, чтоб вот так переливалось. Отродясь не видывал. Второе день как солнце увидел.
Второе утро встречаю как сказку. И кажется это теперь будет моим любимым занятием, любоваться рассветом и закатом. Красота! Хаймович мурлычет какую-то песню с видом кота, стырившего кусок мяса. Вид свежий, как будто не он всю ночь у костра языком чесал. А вот Николаевич видать с похмелья мается. Глаза как у совы днем, смотрит а не фига не понимает. Луиза стыдливо отвернувшись кормит малыша грудью. Шустрый пожитки собирает. Роза вчерашнюю уху греет. Получается, что мы с Косым самые засони.
А Ябеда где? Не видать, наверное по нужде ушел. Надо бы и мне.
Отметившись в дальних кустах, попугав с утра комаров голым задом, я вернулся.
Ополоснул лицо в прозрачной холодной воде озера. Странно, но вода показалась теплее чем вчера. У костра уже все собрались. Косой задумчиво хлебал с миски на дедовский манер, как чай пил. И действительно, зачем тут ложка? Хаймович отложив свою миску, как-то внутренне подтянулся и начал по деловому:
— Ну, что друзья. Лев Николаевич согласился довести нас до места. Так, что следующую ночь мы проведем я думаю в комфорте, поскольку уже сегодня достигнем цели нашего путешествия. Если б я был герой гражданской войны, то пригладил бы сейчас усы и скомандовал: По коням!
И Хаймович довольно рассмеялся.
Странно но никто кроме самого Хаймовича особой радости не испытывал, только Роза бледно улыбнулась. Хотя, вру. Она здорово подрумянилась на солнце за два дня и стала ещё аппетитнее. Я быстренько перевел мысли на другую дорогу, пока желание не захлестнуло меня целиком и плюнув на окружающих, не потащил Розу в ближайший подлесок.
Но видимо что-то такое на мне проявилось, Роза спрятала глаза и отвернулась. А я почувствовал как кончики моих ушей загорелись. Как будто кто спичку поднес. Мы засуетились поднимаясь. Когда рюкзаки были уже на плечах обнаружилось, что не хватает Ябеды.
— Искать будем? — Спросил Федор у Хаймовича. Не сказать что он озаботился его здоровьем, но иметь громоотвод выручающий в беде всегда не плохо.
— Да, шо ему будет! — Махнул рукой дядя Лева. — Жрать захочет, сам нас найдет. Пошли что ли?
Всклоченная борода деда Левы уже приобрела причесанный вид и как стрелка компаса указывала нам на ту сторону озера.
Быстрый темп в котором начали двигаться друзья едва поспевая за отцом основателем, замедлился и вскоре они перешли на шаг.
— Да уж. Крысиная диета дает о себе знать. Сил не хватает.
— Джокер тебя что крысами кормил? — С любопытством спросил Николай.
— Нет. Он меня кормил обещаниями долгой и мучительной смерти. А кормился я тем, что в подвале поймаю.
Руслан покачал головой, вот же урод. Зря он его в живых оставил. Лис запустил руку в свою суму и протянул кусок варенного мяса.
— Спасибо.
Мясо перекочевало в руку незнакомца. И тот стал понемногу отщипывая отправлять в рот.
— Скажи отец как тебя звать? В деревне тебя помнят под странным именем Муха?
Муха улыбнулся переводя дух.
— А Муха и есть. Хотя в деревнях меня знают как Гончар, Кузнец, Ткач. Это не имена конечно. У меня есть имя вполне человеческое, но я его уже сам подзабывать начал.
— А Муха то за что дали? Не уже ли ты того? Летать умеешь?
— Немного. Только низенько низенько. Шучу. Это долгая история.
Меж тем небосклон за макушками домов серел. Наступало утро. С неба опять начал сеять дождь, прекратившийся ночью. Куртки друзей совершенно раскисли и от них ощутимо несло мокрой шерстью, а точнее псиной. Муха же в короткой кожаной куртке по пояс и синих штанах из грубой ткани бежал налегке. Не было у него никакой поклажи, ни лука с тугим колчаном стрел, ни ножа у пояса. Вообще ничего. Николай заметил эта несправедливость и протянул ему свой трофей. Муха подарок принял и покрутил в руках.
— Сам ковал?
— Это он у Джокера позаимствовал.
— Так как ребята вы меня нашли?
— Джокер сказал. Правда после того как я у него между ног эти тесаком пошерудил, — гордо заявил Коля.
— А вообще как?
— Ну, сначала через туман прошли… Потом вот, — замялся Коля.
— Потом я прочитал книжицу и узнал, что тебя выручать надо.
— Туман говоришь?
Муха насупился и морщины пролегшие на лице показали, что не так уж он молод как кажется.
— Ну да, туман. В нем ещё много всякого странного и чудного.
Муха покачал головой.
— Чудно то, что вы из него выйти смогли. Не туман это. Это гной времени. После великой войны город закуклился и река времени потекла по другой ветке реальности. Город же остался язвой на теле земли. По краям язвы время отмирает, исходит гноем, где перемешаны прошлое, настоящее и будущее. Плохо то, что язва увеличивается и своим существованием грозит новой реальности. Той в которой вы жили…
Николай открыл рот.
— Рус, ты что-нибудь понял? Вот надо же, вроде по-русски говорит, а не понять не фига.
— Он говорит, что миру опасность грозит. Нашему миру. И беда от города идет. Понял?
— Ага. Оно всегда так и было. Что городскому хорошо, деревенскому смерть.
— Да можно и так сказать, — улыбнулся Муха, — вот я и пришел сюда это исправить.
— А Джокер то за что тебя так?
— Джокеру нужны способности какие мы с вами имеем а он нет.
— Это какие способности?
— Трансформироваться в животных.
— Да ну?
— Он знает, что есть средство. Вернее догадывается. Только вот помогать ему из человеческого урода превратится в чудовище я отказался.
— И правильно! Хватит нам Руслана. Он знаешь в кого может? Никто такого зверя в жизни не видел!
Муха на мгновение сосредоточенно оглядел Руслана.
— Ну и болтун ты Лис! — недовольно сказал Руслан.
— И действительно, — Муха прищурил один глаз, — Сроду не думал, что есть такая разновидность рапторов. Костяные наросты и шипы характерны для травоядных ящеров. А тут явно хищник!
— Как это ты разглядел отец?
— Поживешь подольше, научишься в людях разбираться.
… ным образом мой институт оказался причастен к существующей проблеме. Возникшая аномалия качала энергию из разности потенциалов прошлого и будущего. Нет, пожалуй не так. Из разности потенциалов разновременных линий развития. Чем больше прошло времени после войны, тем больше энергии она получала. Уж не знаю каким образом, из того, что мне пояснили я понял примерно столько же, сколько понял из моих пояснений житель леса. Но именно институт и закрытый объект за городом, связанные между собой вполне реальной связью и давали эту энергию. Моей задачей было…
Птицы. Это оказались птицы. Важные с длинными шеями они скользили по водной глади, любовались своим отражением, выпендривались друг перед другом. Лебеди, назвал их Хаймович. Ещё одна птица с длинным клювом высунулась из камышей, узрела нас и поднялась в воздух, нелепо перебирая длинными тонкими ногами. Цапля, опознал старый.