Страница 67 из 75
Брим прикусил губу. Маленькие кораблики были вовсе не безобидны. Конечно, размерами и главным калибром они уступали крейсеру, но вот торпеды на них были точно такие же. А торпеда — оружие очень и очень мощное. Поступай он согласно инструкциям, после первого захода он прошел бы по прямой и только потом начал бы разворачивать свои корабли для новой атаки. А это сделало бы их легкой мишенью для шести торпедных залпов. Грамотно прицелившись, КМГСовские торпедисты могли бы уничтожить все четыре его корабля еще на первом заходе. Он раздраженно тряхнул головой. КМГС…
Поворачивая вправо для второго захода, он смотрел, как канониры готовят свои разлагатели к новому залпу. Башня «Е» оказалась быстрее остальных, а когда он переключил свой монитор на внутреннюю камеру, ее расчет уже завершил проверку систем и огромные орудия были готовы к бою. Еще через несколько мгновений все шесть башен доложили о готовности открыть огонь.
Далекий форт еще пылал радиационными пожарами в тех местах, куда попали разлагатели «Звездных». И тут на глазах у Брима вышла в первую атаку на цель четверка Молдинга. Они заходили с того направления, откуда их с самого начала ждал противник: вдоль оси астероидного скопления. Но теперь все батареи форта были направлены вслед эскадрилье Брима, находившейся вне радиуса их стрельбы! И прежде чем мощные разлагатели облачников успели развернуться к новой угрозе, сорок восемь 406-х уже нанесли свой удар. Теперь пожарами была охвачена уже почти четверть изломанной поверхности форта.
Впрочем, несмотря на впечатляющий вид разрушений, трудно было сказать, насколько серьезный ущерб нанесли форту крейсера при первой атаке. Радиационные пожары легко распространяются, но легко и гасятся Н-излучением, тем же самым, которое помогает обнаруживать корабли-невидимки. Именно этим, как подозревал Брим, и занимались сейчас облачники внутри форта: сдерживанием пожаров в надежде создать у противника впечатление, что разрушения больше, чем они есть на самом деле. Почему-то он не сомневался в том, что им еще предстоит нанести решающий удар…
А потом корабли Молдинга вышли из зоны обстрела, и настало время вновь заходить в атаку. На этот раз форт палил по ним из всего имеющегося в распоряжении оружия, так что взгляды всех были прикованы к «Королеве». Присоединится ли она к огню? Ее огромные башни поворачивались следом за четверкой «Звездных» Брима. Единственным средством защиты было для них теперь маневрировать в попытке затруднить вражеским канонирам прицеливание.
Впрочем, это же маневрирование мешало прицелиться и своим канонирам. Поэтому рано или поздно кораблям пришлось бы прекратить рысканье, дав возможность работать орудийным расчетам ИДК. В конце концов, именно для этого они здесь и находились. И конечно, облачники и их марионетки из КМГС прекрасно понимали это.
В тот самый момент, когда Брим перевернул корабль через борт и нацелил его на форт, старая «Королева Элидеан» — величественный символ гордой Империи — открыла огонь. Первый же залп разбил правый понтон Мак-Альды и отшвырнул его «Звездный гнев» на тысячу иралов вбок. Для ведомого Брима бой, а возможно, и война закончились.
Карескриец немедленно дал «Звездному ужасу» и «Звездному духу» команду продолжать рысканье и положил «Звездный огонь» в крутой левый вираж.
— Готовься, шеф! — яростно крикнул он в микрофон. — Опять нам с тобой работа. С этим бардаком пора кончать!
— Я готов, кэп, — отозвался Барбюс. — Прям как на старине «Свирепом»!
Брим мрачно ухмыльнулся и принялся бросать корабль из стороны в сторону, приближая его к точке пуска торпед. В этом заходе все зависело только от них двоих — его и Барбюса.
— Миша! — рявкнул Брим. — Я хочу, чтобы твои разлагатели били по «Королеве», как только те опомнятся. Постарайся попасть в мостик. Держи этих жукидов ослепленными. Ясно?
— Ясно, капитан, — ответил тот. Почти сразу же мощные разлагатели «Звездного огня» открыли беглый огонь, превратив пространство вокруг набирающего скорость крейсера в ослепительный ад — и продырявив бронированный борт линкора дюжиной попаданий, каждое из которых запросто испарило бы корабль поменьше.
«Королева» отвечала редкими залпами. Канониры из КМГС пытались бить наверняка; Брим полагался на это… собственно, это могло и спасти еще его операцию. Вверх… вниз… вираж… скольжение на борт… вверх… Рывки корабля делались все резче. Он вел его прямо на пылающие пробоины, отметившие последние попадания его разлагателей, и надеялся на то, что «миролюбивые» канониры КМГС не будут стрелять в одну точку дважды.
«Королева»… гордая и прекрасная. Брим любил этот корабль. Да что он: каждый, кто любил Флот, любил его!
— Наружные створки открыты, — доложил Барбюс. Брим смахнул горькие слезы и покосился на приборную панель. Восемь индикаторов сменили цвет с красного на мигающий зеленый.
— Наружные створки открыты, — подтвердил он. Как раз в это мгновение один из залпов «Огня» поразил крыло мостика «Королевы», горящие обломки которого полетели во все стороны. Что ж, это проучит угнавших ее жукидов, подумал Брим. Может быть, это даже заставит их выйти из боя.
— Не сбавляй огня, Миша! — крикнул он и тут же едва не вылетел из своего кресла, когда близкий разрыв тряхнул крейсер, на мгновение вырубив системы его внутренней гравитации. На мостике послышались крики от боли и неожиданности. Труссо повернулась к Бриму — глаза ее сделались большими как блюдца. Почти сразу же на экране появилось лицо Ридвича с пульта контроля повреждений. Длинное, узкое лицо его оставалось совершенно невозмутимым.
— Серьезных повреждений нет, капитан, — доложил он таким тоном, словно речь шла о простом засоре канализации.
— Внутренние створки открыты, — доложил Барбюс, и мигавшие до того зеленые огоньки на пульте загорелись ровным зеленым светом.
Брим бросил взгляд на Барбюса: рослый старшина согнулся над своим пультом, лихорадочно вглядываясь в мелькавшие на дисплеях строчки информации.
— Так держать, кэп, — бросил он, не отрываясь от дисплеев.
— Есть так держать, — отозвался Брим. «Звездный огонь» прорвался теперь сквозь чудовищный перекрестный огонь разлагателей линкора и форта, а все, что он мог сделать сейчас, — это стиснуть зубы, удерживать курс — и ждать…
— Торпеды на боевом взводе, — доложил Барбюс. Новый близкий разрыв подбросил нос крейсера вверх. Отчаянным усилием Брим удержал корабль на курсе.
— Так держать, шкипер…
— Есть так держать…
Казалось, «Королева Элидеан» заполнила все передние гиперэкраны. «Шеф! — подумал Брим. — Уж не собираешься же ты идти на таран?»
— Напряжение на пусковые системы, — доложил старшина. — Держите машину ровнее, кэп…
Перекрестный огонь сделался теперь таким ожесточенным, что при всем своем умении Бриму удавалось удерживать корабль лишь на слабом подобии прямого курса. Конечно, система стабилизации огня выправит часть погрешностей, но…
— Десять, — напряженным голосом объявил Барбюс. — Девять… восемь… семь…
Теперь уже казалось, будто они прорывались через один сплошной взрыв. Только благосклонность Вута могла провести их сквозь такое море огня.
НУ ДАВАЙ ЖЕ, БАРБЮС!
— Четыре… три… два… один… Торпеды пошли, кэп! В то же мгновение восемь темных смертоносных игл, оставляя за собой полосы алого света, вырвались из-под мостика «Звездного огня» и устремились к линкору. Брим немедленно задрал нос корабля и на полном форсаже начал уводить его из-под огня. Но он опоздал на долю тика. Корабль содрогнулся от киля до клотика, и с ужасающим грохотом вся передняя часть правого понтона «Звездного огня», включая башню «А», исчезла. Взрыв, должно быть, снес и КА'ППА-антенну, поскольку экран сразу же погас. Оставляя за собой клочки оплавленной брони, корабль встал на дыбы и дернулся вправо, словно раненая карендарская ездовая ящерица. Корпус крейсера жалобно стонал от перенапряжения, а генераторы угрожающе визжали в ответ на попытки Брима вернуть контроль над израненной машиной.