Страница 86 из 137
И не беда, что СССР и коммунистов теперь уже, в общем-то, и нет.
Это даже наоборот – очень и очень хорошо. А то у них и танков было по всей Европе натыкано, и бомбы были, и ракеты, а главное – полное отсутствие желания проплачивать всему миру историю двадцатого века.
Возвращаясь к нашей дилемме – мы дураки или не дураки, но во всем виноваты – кто же нас дураками – то называл? Советских историков мы обсудили. Остались западные. Подобных там до проха. И каждый дудит в свою дуду – полнейший плюрализм. И что же по этому поводу говорят цитировавшиеся Суворовым западные авторы? В его "Ледоколе" их, кстати, всего шесть ‹Забавная картинка – вся обличительная книжка записного Резуна построена на советских изданиях, где, по его же словам, сплошная бредятина. Получается так – "свидетельствуют кремлевские фальсификаторы"!!!›. Из них собственно историческими монографиями могут похвастать только двое: "В. Н. Liddel Hart", автор книги "История Второй мировой войны", и некий "D. Woodward" с
"Британской внешней политикой во Второй мировой войне".
И кто из них употребил сие сакраментальное выражение о дураке?
Кто утверждал нашу умственную неполноценность? Вудворда я, честно признаюсь, не читал. Лиддел Гарт, неоднократно издававшийся в Союзе, никогда в жизни таких кунштюков не выделывал – он нам не перебежчик.
Более того, позиция Лиддел Гарта диаметрально противоположна обзыванию нас дураками. Лиддел Гарт – крупный английский историк, современник и очевидец событий Второй мировой, близкий к Черчиллю и многим ключевым фигурам того времени. И он без колебаний возлагает ответственность за развязывание войны на Гитлера, не отрицая при этом соучастие западных стран, столь усердно Суворовым обеляемых. И к Советскому Союзу, по его мнению, вынесшему основную тяжесть войны на своих плечах, он относится вполне уважительно. Просто он – историк, а не запутавшийся в своей полуправде скорый на расправу беглец. Ладно, оставим их.
Самое главное в том, что для того, чтобы опровергать заявление некоторой, очень узкой русофобской секты английских околоисториков о якобы глупости советского народа вовсе не обязательно рвать на груди рубаху, беря на себя вину за Вторую мировую. Гораздо проще на них просто… плюнуть. Кое-кто на Западе считает нас дураками? Так значит фиговые они историки. Или купленные, что, впрочем, одно и тоже.
От кого решил защитить честь Родины уже однажды нехорошо поступивший с нею Суворов? От этой кучки писак? А надо ли? Чем навредит нам кучка английских историков-русофобов? А признание нас инициатором Второй мировой войны? Чувствуете разницу?
3
Кстати, немного об этих ужасных английских историках. Их точку зрения на историю Второй мировой войны, СССР и свой бессмертный
"Ледокол" Суворов излагает в довольно пространной, сумбурной и как бы это сказать… форме. Да ладно, судите сами.
"Однажды в Лондоне собралось совещание историков ‹Конференция по-ихнему, по-историческому.›. Титулы, звания, степени. Один я, серый, без титулов и званий ‹Сразу на свет пробиваются чисто карьеристские зависть и чинопочитание Суворова.›. И без приглашения.
Проник любопытствующим зрителем. Тема: начало Второй мировой войны.
Потому и проник: интересно.
Обсуждают ученые мужи начало войны и очень скоро (куда им деться?) дошли до "Ледокола".
‹Такое наивное самолюбование… В одной Англии таких мерзких желтых околонаучных антисоветских книжонок по десятку в год выходит.
Во всех врут, так что же теперь, и разоблачать каждого? Кстати, если верить нашим газетным публикациям, английский тираж "Ледокола" после пары разгромных рецензий перестали брать, и тираж большей частью пошел под нож.›
Смеются, зубоскалят, уличают, обличают, обсуждают и осуждают ‹И воблу пивом запивают. Глумятся, поганые еретики.›. Все им ясно: этот самый Суворов написать "Ледокола" не мог ‹Он ведь, судя по уровню интеллекта и исторических знаний, неграмотный.›. Это кто-то за него написал ‹Наверное, нянечка.›. В каждом деле надо искать кому выгодно, так сказать, cui prodest ‹А я латынь знаю, а я латынь знаю!!! Хотя знание отдельных выражений не означает знания латинского языка. А за попытку доказать, что вторую пуническую войну начал Рим, представитель подвида homo vovus rezunus vulgaris был бы найден даже в Индии и пущен в расход.› А выгодно русским ‹Им очень выгодно брать на себя ответственность за Вторую мировую, возвращать полученные по ее результатам территории и выдавать кучу своих полководцев во главе с Жуковым, а также гражданских деятелей во главе с Брежневым на международный трибунал в Нюрнберг, к которому означенный Суворов в своем "Ледоколе" постоянно призывает.›.
Все знают ‹Кроме, конечно, тех, кто в школе историю изучал.›, что они воевать не умели, что они вообще ничего не понимали, дураки, да и только. А почитаешь "Ледокол", выходит, что не они дураки, а люди
Запада. Не Сталин дурак, а Гитлер с Черчиллем и Рузвельтом ‹Хороша компания, а? Все трое в одной лодке.›. Одним словом, все ясно – это написали эксперты из советской разведки, и группу лучших историков
СССР им в помощь дали ‹Понимаете, мешает им Калининград. Не нужен он им. Вот и решили советские правители таким образом избавиться и от
Калининграда, и от лавров победителей в той войне. Им больше нравится перед всей Европой несколько десятков лет на брюхе скользить, извиняться, как это после войны тогдашняя зачинщица -
Германия – делала (а в некоторых случаях, делает до сих пор).›. И с
"Аквариумом" все ясно. "Аквариум" – восхваление советской армии
‹Особенно то место, где рассказывается о предательстве одного из ее офицеров и его бегстве на Запад.›. Кому выгодно? Все понятно – на то
Союз писателей СССР и существует… Долго ли заказать? ‹Да прислать в Англию наложенным платежом на адрес опекающей с самого побега
Суворова Секретной английской службы.›
Сидел я, слушал, не выдержал, поднимаюсь: "Братья историки, – говорю. – Тут я. Бейте меня" ‹Хищник! Хищник! Бей меня! Ломай меня!
Раздери мне спину в кровь!›.
Сначала, как водится перед грозой, попритихло все. А потом взорвался зал. И грянул бой ‹И грянул бой – нас рубят на тушенку. И только не могу себе простить… Один историк мне отбил печенку. А я за кисть его не сдюжил укусить.›.
Долго они меня цитатами молотили, цифрами били. А потом все разом стихли. Подымается самый уважаемый. Затих зал до гробовой тишины.
Соображаю: это главарь исторический ‹Сразу видны представления
Суворова о научном диспуте и системе научных званий – главарь и шестёрки. Все как у людей, все как на зоне.›. В его глазах огонь испепеляющего гнева: держись, терзать буду!
И я держался ‹Держись, Суворик, держись!!! Бей первым!!! В нос его кусай!!! (глупый зритель).›.
Он ударил цифрами так, чтоб сшибить первым ударом. Чтоб втоптать меня в чернозем. Без вступления объявил, что Сталин на Гитлера напасть не мог, так как к войне был не готов ‹Подобный бред не делает чести даже Суворову. Вероятно, последний его просто не понял.
Историки не любят сослагательного наклонения, чем и отличаются от журналистов и беглых разведунов, так что описываемый "главарь", вероятно, сказал следующее: Сталин не мог напасть на Гитлера, потому что в реальности он не напал. А обсуждать гипотетическую вероятность так и не произошедшего события – не наше дело.›. Вот и доказательство: развернул список полутораметровый и зачитал сколько тушенки, лопат, сгущенки, бинтов, танков и сливочного масла Америка передала Сталину во время войны.
Зачитал, зал ему ропотом одобрительным ответил. А он, подбоченясь, ко мне оборачивается: как выкручиваться будем, мистер
Суворов?
Мне бы, понятное дело, было бы эффектнее вынуть из портфеля такой же полутораметровый список и его в ответ зачитать. Но ни портфеля, ни списка со мной не случилось, потому я ему просто на память все эти цифры повторил ‹Крут я, крут, что греха таить. Наизусть все знаю. А не знаю, гик совру и глазом не моргну.›.