Страница 63 из 70
- Аникино. Видишь реку? В трех километрах ниже по течению - тот самый пляж, где нашли одежду. Только пляж на другом берегу. В тот день, когда исчезла Марьяна, в Аникино провожали в армию двух ребят. Гуляли всей деревней. Наутро одна из хозяек снимала белье, которое вывесила накануне, и не досчиталась платья. А у другой пропали резиновые шлепанцы, оставленные на пороге. Обсуждая эту сенсационную пропажу, местные кумушки припомнили, что в ту ночь в деревне как-то особенно яростно лаяли собаки. Но проверить, в чем дело, ни у кого не было сил. Хорошо, надо полагать, погуляли. Нам с тобой не помешало бы получить описание пропавшего платья. Есть у меня подозрение, что оно сейчас укрывает от нескромных взглядов нашу беглянку.
Чавкнула, открывшись, дверь на веранду, послышались неровные шаркающие шаги, потом что-то стукнуло, звякнуло, и комната наполнилась сытным запахом зажаренной на сале картошки. Марьяна отвернулась к стене. Шаги прошаркали в ее сторону и замерли у занавески, отделявшей закуток, где ее поселили, от "горницы".
- Ужинать-то будешь?
Марьяна не ответила. Старуха поковыляла обратно к столу, сердито ворча, что девка совсем уморит себя голодом, и зачем только она ее пустила на свою голову, будто своих неприятностей мало... Перечень неприятностей Марьяна выслушивала уже раз двадцать. И если сначала жалобы старухи ее умиротворяли, отвлекая от мыслей о собственном несчастье, то теперь вызывали только глухое раздражение. Кем нужно быть, чтобы искать сочувствия у растерянной, больной, полуживой от страха девицы? Неужели старая карга не понимает, что неудачный опорос и побитые морозом яблони выглядят просто благословением божьим на фоне тех проблем, что заставили Марьяну забиться в первую попавшуюся щель, отбили у нее аппетит, желание разговаривать, двигаться и вообще хоть как-то радоваться жизни?
Впрочем, нужно сказать спасибо, что ее хозяйка - черствая, жадная, эгоистичная, озлобленная на весь мир старуха. Будь она душой общества, вся округа давно чесала бы языки, гадая об обстоятельствах, вынудивших бедную девушку бежать из родного дома и проситься на постой к незнакомой женщине в чужой деревне. А самой бедняжке пришлось бы отвечать на бесконечные, исполненные благожелательного любопытства вопросы. Нет уж, спасибо! Пусть лучше старуха ворчит и жалуется о своем. Отвечать на вопросы и рассказывать о себе Марьяна не желала. Более того, она и думать-то о себе не желала, и вообще с радостью согласилась бы на старую добрую амнезию, лишь бы никогда не вспоминать о кошмаре, преследующем ее во сне и наяву. Но амнезию, как известно, придумали романисты, а запретить себе думать о чем бы то ни было - задача невыполнимая. Можно закрыть глаза, натянуть на голову одеяло, до изнеможения повторять про себя детские стихи и считалки, а перед глазами все равно будут вставать картины, достойные классического триллера.
Вот она, фыркая и отплевываясь, выныривает на поверхность и ищет глазами незадачливого шутника, с тем чтобы обрушить на его дурную голову шквал проклятий. Но вчерашний спаситель и защитник, человек, в которого Марьяна готова была влюбиться, вовсе не похож на шутника. Вода будто смыла с него симпатичную маску добродушного и немного легкомысленного рыцаря, обнажив лицо холодного, расчетливого убийцы. Он оценивает глазами разделяющее их расстояние и ныряет. Марьяна делает отчаянный рывок к берегу, но через минуту щиколотку обхватывают сильные пальцы и снова утягивают ее под воду. Ей опять удается вырваться, но отдышаться она уже не успевает, один глоток воздуха, и мерзавец ее настигает. Марьяна пытается бороться, но силы быстро иссякают, грохот в ушах становится нестерпимым, сознание меркнет. В последний миг, когда она уже готова сдаться и сделать роковой вдох, который наполнит легкие темной мутноватой водой, ее рука утыкается в дно и судорожно вцепляется в небольшой острый камень.
Дальше следовал короткий провал. Марьяна не помнила, как освободилась от хватки убийцы, удерживающего ее под водой, как одолела три или четыре метра, отделявших ее от спасительного воздуха. Следующая картинка, зафиксированная сознанием, снова была залита ярким солнечным светом. Она вяло - только чтобы удержаться на поверхности - шевелит конечностями и жадно-жадно дышит. Когда всплеск за спиной возвещает о появлении противника, Марьяна уже не пытается соревноваться с ним в скорости. Она поворачивается и поджимает под себя ноги, вынуждая его подплыть ближе. А потом бросается навстречу, замахивается и из последних сил бьет его камнем по темени.
В его глазах отразилось смятение, но взгляд тут же помутнел, и голова скрылась под водой. Марьяна завороженно следила за вереницей всплывающих пузырьков, отмечавших путь несостоявшегося убийцы, потом ее охватила невероятная слабость, и только благодаря инстинкту самосохранения ей удалось добраться до берега. В полуобморочном состоянии она заползла в какие-то кусты, где ее выворачивало наизнанку до тех пор, пока сознание не померкло окончательно.
Очнулась она от истошных воплей. Какие-то горлопаны бегали вдоль берега и, отчаянно матерясь, призывали неведомых придурков прекратить совокупляться и вылезти на свет божий. Или хотя бы подать голос, чтобы не пугать понапрасну добрых людей. Когда до Марьяны дошло, каких придурков имеют в виду добрые люди, у нее в мозгах заметно прояснилось, поэтому она не только отказалась от намерения позвать на помощь, но и забилась поглубже в кусты.
Очевидно, крикуны нашли на берегу брошенные вещи. Если Марьяна себя обнаружит, ей придется давать объяснения по поводу гибели своего спутника. Правда настолько невероятна, что не стоит и пытаться донести ее до лиц, ответственных за отправление правосудия. Они неизбежно заподозрят Марьяну в убийстве любовника и неуклюжей попытке запутать следствие. Сказать, что произошел несчастный случай? А вдруг на теле утопленника найдут следы борьбы, которые невозможно объяснить естественными причинами?
Так или иначе, Марьяну все равно задержат до окончания следствия. Она окажется на виду, не имея возможности скрыться от неведомого врага, подославшего к ней наемного убийцу. В том, что Сергей был наемным убийцей, Марьяна не сомневалась. Помня о предупреждении Оксаны Вольской остерегаться неожиданных знакомств, она улучила минутку, заглянула в паспорт молодого человека и убедилась, что его действительно зовут Сергеем и живет он не в Старграде, где должен обитать таинственный недруг Марьяны, а в Петербурге. Поскольку у незнакомца, живущего в Питере, не могло быть никаких личных причин желать ее смерти, оставалось предположить, что Марьяну ему заказали. И когда заказчик узнает о неудаче, постигшей исполнителя, он натравит на нее нового убийцу.
Последняя мысль и заставила ее забиться поглубже в кусты. Если "добрые люди" ее не найдут, то решат, что хозяева вещей утонули. Вскоре весть об этом разнесется по всей округе и рано или поздно достигнет ушей заказчика. Злодей успокоится, а к тому времени, когда у него появятся сомнения, Марьяна будет уже далеко.
Лежать было холодно и неудобно, мокрый купальник неприятно лип к телу, веточки и травинки кололи кожу, по ногам и спине ползали какие-то букашки, в ноздри настойчиво лез кислый запах рвоты. Но Марьяна старалась не двигаться и терпеливо ждала, пока крикуны убедятся, что звать бесполезно, и уедут сообщить о трагедии кому следует. Она едва не расплакалась от облегчения, когда услышала тарахтенье мотора, сначала громкое и отчетливое, потом все более невнятное, стихающее вдали. Но стоило ей пошевелиться, чтобы восстановить циркуляцию крови в затекших конечностях, как до слуха донеслись отдаленные всплески и фырканье. Марьяна снова замерла, догадавшись, что кто-то из крикунов остался вылавливать тела утопленников.
Но терпеть дольше не было сил. Она осторожно раздвинула ветви и поползла от берега в сторону дороги. Потом, выбравшись из зарослей, двинулась под прикрытием ивняка к своему рюкзачку. Марьяна надеялась, что добровольные спасатели не успели основательно ознакомиться с его содержимым, поскольку собиралась изъять оттуда сухую одежду и конверт с долларами, полученными от Виталия, и не хотела, чтобы их исчезновение навело кого-нибудь на размышления.