Страница 42 из 102
Трудности арабских ВВС. Если система работает без сбоев, судьба воздушного противника незавидна. Но для этого ее надо иметь. Ни в Египте, ни Сирии ничего подобного не было в период военных разгромов 1956 и 1967 гг. Летчики арабских ВВС пытались противостоять американской авиации, исповедующей иную концепцию боевого применения. Американский самолет в небе самодостаточен. Необходимые приборы обнаружения, слежения и нацеливания находятся на его борту. Принимать самостоятельные решения его летчику нелегко. Но — возмож но, если он хладнокровен, знает теорию и имеет богатую практику. Миниатюрные приборы «Фантома» позволяют дальше видеть, тщательнее следить и точнее стрелять в сравнении с МиГом, оторвавшимся от своей тоталитарной системы управления. В принципе это не страшно. Приборное превосходство изделий янки или европейцев не было подавляющим. Тактически грамотный, умелый летчик добьется успеха на МиГе и без советов с земли, но сделать это труднее.
Начало перелома. В результате в воздушных боях потери, как правило, составляли 3:1, не в пользу арабов. Но такой бадане сохранялся лишь до того времени, когда небесные защитники пространства над Суэцем и другими боевыми районами не были увязаны в систему советского образца. Построить таковую нашим специалистам удалось в период необъявленной войны. Обстановка в воздухе начала меняться, сбитые израильтяне или американские пилоты-наемники, привлекаемые к операциям, стали жаловаться на то, что Хель Хаавир не имеет возможности наладить управление с земли. В протоколах допросов стали звучать фразы типа: «Это у вас русские напридумывали всякого, а мы, взлетая, никогда не знаем, кто будет нами управлять».
Чей самолет лучше? Какой из взглядов на боевой самолет лучше, советский или американский, оценить однозначно нельзя. Все зависит от предполагаемого применения. Оптимальное решение, конечно, в создании и самостоятельного самолета, и сверхмощной системы консолидированного управления. Но это очень дорогой путь. Относительно бедный Советский Союз не мог себе позволить создания подобных боевых систем до конца 70-х гг. «Самостоятельными» у нас были только ударные машины. Стратегический бомбардировщик легко поднимает тяжелое оборудование, вес которого не сильно отражается на боевых качествах самолетов.
У американцев были свои проблемы, их система слежения за воздухом считалась «дырявой» и остается таковой по сей день. Решать эту проблему они научились за счет применения наблюдательно-командных пунктов типа АВАКС, позволяющих создать локальную систему управления на интересующих участках воздушных фронтов. Впрочем, к тому времени врожденные дефекты советской авиации в значительной мере были устранены. Но при этом следует учесть, советские самолеты хуже продавались за рубеж. Те, кто имели достаточно средств, брали американскую продукцию. Она была подороже, зато позволяла сэкономить на построении системы управления. Любителям локальных переделов своих границ американская концепция самостоятельных самолетов нравилась больше.
Накануне Октябрьской войны Египет стал обладателем всех сегментов советской системы и получил локальное превосходство в воздухе над будущей зоной боевых действий. О чем в Израиле имели весьма смутное представление, относя участившиеся потери к разряду случайных или достигнутых исключительно русскими.
Усиленная подготовка арабов. Как выше говорилось, в 1972 г. президент Садат неожиданно распорядился выслать из Египта основную массу советских специалистов. На самом деле удалили далеко не всех. Участники тех событий вспоминают, что многие советники остались на своих местах. Возможно, это была замаскированная под скандал эвакуация иностранцев, обычная для предвоенного периода. Возможно, еще что-то.
В любом случае, в декабре 1972 г. Египет принял решение о продлении «военно-политических льгот» Советскому Союзу на пять лет. В Москве это приняли с «пониманием», поэтому военные поставки шли в необходимых размерах, продолжалось экономическое сотрудничество. С декабря 1972 по июнь 1973 г. Египет получил советского оружия больше, чем в течение 1971–1972 гг. Всего же с 1955 по 1975 г. общий объем военно-технического сотрудничества между двумя странами, а вернее — безвозмездной помощи СССР — составил около 9 миллиардов долларов.
Что касается Израиля, то окружение Даяна расслабилось. В Тель-Авиве сочли, что с отъездом русских дела вновь пойдут на лад. Арабов там в расчет по привычке не брали, а зря. В 1973 г. советские наблюдатели констатировали, что арабы имеют уровень боевой подготовки «выше среднего» и могут рассчитывать на успех в деле овладения воздухом.
Новое отношение к «деталям». Таким образом, важнейший аспект подготовки арабского реванша в Тель-Авиве оставили без внимания. Дальнейшее было делом техники. Поднаторевшие арабы теперь внимательно относились к «мелочам». Переброска войск и техники на исходные рубежи на африканском берегу капала происходила скрытно, мелкими группами и только по ночам. Все сосредоточенное немедленно маскировалось самым тщательным образом. Халатность прошлых лет, когда танки покрывали маскировочными сетями со всей тщательностью, но забывали удалить следы гусениц, ушла в прошлое. Не забыли в Каире об инженерной подготовке операции. Прежде египтян отличало стремление купить побольше танков, не обеспечив их необходимыми средствами, на этот раз было иначе. Были закуплены понтонные парки для наведения переправ через водные преграды, способные пропустить тяжелую технику. Быстроходные катера для первой ударной волны десанта. Массы амфибийной техники советского производства. В районах, недосягаемых для большинства разведсредств противника учились пользоваться этим оборудованием.
Новое оружие. Вновь воссозданная армия Египта и вооруженные силы Сирии получили новое оружие. Главной ударной силой сухопутных войск стали отличные советские танки Т-62. Перевооружили пехоту. Вместо разномастных автоматов ввели единый. Знаменитый «Калашников», АК-47, который и израильтяне признавали лучшим в мире и, грубо поправ лицензионные права, после небольшой доработки пустили в производство под маркой «Галила».
Бойцы-пехотинцы в изобилии получили дешевые, но практичные советские ручные противотанковые гранатометы, ставшие лучшим средством борьбы с вражеской броней на малых дистанциях. На больших ту же функцию выполняли ПТУРС (противотанковые управляемые реактивные снаряды) «Малютка». Маленькая ракетка на станке, переносимом двумя номерами расчета и легко маскируемая, наводила жуть на танкистов. На траектории ее полетом управлял оператор. В его руках находился джойстик, передающий команду по длинному, тонкому и очень прочному кабелю, соединенному со снарядом. По нему поступали сигналы, обеспечивающие коррекцию полета и возможность попадания в цель типа «танк» с вероятностью 65–70 %. Подготовленные расчеты легко перекрывали эти цифры. На тренировках с дорогими снарядами арабы не скаредничали, обеспечив возможность брать за один ПТУРС — один танк. В то время как обычные противотанковые пушки для уничтожения танков тратили 10 и более снарядов. «Малютки» ставились также на шасси бронированных машин и следовали в составе механизированных колонн, обеспечивая усиление противотанковой обороны на дистанции до 2 километров. Еще более опасны для врага были вооруженные противотанковые вертолеты на базе советских машин Ми. Революция военных технологий в мире глобального противостояния докатилась до Ближнего Востока. Причем перечисленным ее проявления не исчерпывались.
Разведка позиций. Перед наступлением много внимания уделяли разведке позиции и сил противника. Для чего с успехом использовались уже упомянутые истребители МиГ-25. Оснащенные современной фотоаппаратурой, самолеты на скорости в 3 тысячи км без опаски вторгались в воздушное пространство над Синаем, доставляя необходимую планировщикам информацию. Достать их израильские истребители и зенитные ракеты могли лишь в случае серьезных ошибок пилотов. Но МиГ-25 водили лучшие летчики. В 1970 г. две такие машины, глумясь над вражеским ПВО, совершили высотный рейд на Тель-Авив. Они не бомбили, просто покрасовались недосягаемостью и отбыли домой, оставив нехороший осадочек в душах тех, кто отвечал за воздушную оборону израильской столицы.