Страница 2 из 107
Теперь ее ждала новая работа, но если дело не выгорит, Сэнди всегда могла потянуть компанию в суд за половую дискриминацию, за незаконное увольнение либо предъявить иное приличествующее случаю обвинение. Именно так она поступила с «Мармонс», крупной электрокомпанией, которая выбросила ее на улицу за кражу средств на мелкие расходы. Тогда до суда не дошло: компания предложила Сэнди триста фунтов, и она совершила великую глупость, взяв их, ведь все вокруг знали о том, кто присвоил денежки, но Джулия Старки была дочерью босса, и никому даже в голову не пришло бы ее увольнять. Козлом отпущения оказалась Сэнди Пол, и Джулия дала ей еще пятьдесят фунтов за то, что она приняла на себя вину. Впоследствии Сэнди пришла к выводу, что могла бы получить от Джулии куда больше. Впредь она будет умнее.
Отложив косметичку в сторону, Сэнди осмотрела себя в зеркале и попыталась взбить волосы. Какая жалость, что она не может сделать прическу до отъезда, но любой лондонский салон вдесятеро лучше местной парикмахерской, к тому же Сэнди не терпелось побыстрее отправиться в путь.
Вновь оттянув подкладку чемодана, она достала черный кожаный кошелек. Пока она расстегивала молнию, ее сердце гулко билось. Сэнди заглянула внутрь и едва не рассмеялась от облегчения. Деньги были в целости и сохранности. Семьсот пятьдесят три фунта; ей оставалось лишь молиться, чтобы этого хватило на первое время. Сэнди уже видела, что денег недостаточно. Ее ждали расходы не только на автобус до вокзала, поезд до Лондона и такси до отеля; нужно было оплатить сам отель, комнату, которую она снимет потом, а еще надо чем-то питаться целый месяц и ездить на службу и обратно. Но не беда – она как-нибудь раздобудет денег. Сейчас уже ничто не могло ее остановить.
В десять минут двенадцатого Сэнди спустилась по лестнице с чемоданом в руках. Поставив его у входной двери, она порылась в сумочке в поисках ключа, положила его на столик в прихожей и собралась с силами, готовясь распрощаться с единственным обитателем дома, разлука с которым ввергала ее в грусть.
Дейзи, преданная хворая дворняжка, которой исполнилось четырнадцать лет, лежала в своей корзинке в углу кухни. При виде Сэнди Дейзи завиляла похожим на обрубок хвостом, а ее огромные карие глаза выжидательно воззрились на единственного члена семьи, который не забывал ее прогуливать. Увидев милую мохнатую мордочку, Сэнди едва не утратила решимость. К глазам подступили слезы, но она не позволила себе расплакаться, иначе у нее поплыла бы косметика, а Морин могла появиться в любую минуту.
– Привет, – сказала Сэнди натужно-веселым голосом, склоняясь над собакой. – Помнишь, я тебе рассказывала о своей новой работе? Ту, которую мне предложили в агентстве по трудоустройству, когда пару недель назад я ездила в Лондон? Все решили тогда, будто я собираюсь покутить с девчонками из конторы. И что ты думаешь? Я получила место. Приступаю к работе в понедельник. Ну разве это не здорово?
Дейзи лизнула ее руку и уткнулась носом в ее ладони.
– О Господи! – всхлипнула Сэнди, промокая уголки глаз и поглаживая мордочку Дейзи. – Постарайся меня понять, хорошо? Я не могу остаться. Мне пора начинать собственную жизнь. В воскресенье мне исполнится двадцать четыре года, и я не хочу застрять тут до гробовой доски.
Дейзи печально взирала на свою любимицу.
– Ради Бога, не смотри на меня так, – дрогнувшим голосом попросила Сэнди. – Мне невыносима сама мысль о том, что ты останешься здесь в одиночестве. Придется мне забыть тебя, а ты забудешь меня. Договорились?
Она наклонилась еще ниже и чмокнула Дейзи в затылок, потом, заставив себя не оглядываться, повернулась и вышла в прихожую.
Шагая по садовой дорожке, Сэнди с трудом сдерживала слезы, представляя, как Дейзи стоит у двери, прижавшись носом к стеклу, и ждет возвращения хозяйки. Девушка понимала, что собака будет ждать ее до самого конца, до которого уже недолго осталось. Как только она уедет, Глэдис отвезет Дейзи к ветеринару и попросит ее усыпить.
Она отправилась к остановке сорок четвертого автобуса длинной кружной дорогой, прошла мимо лавки мясника Дьюхерста и пересекла улицу Файвей-Рондебаут, которую вновь перерыли монтажники Британской газовой компании. Был путь и покороче, но там Сэнди рисковала столкнуться с Морин, торопливо шагающей домой по Фуллерз-лейн с сигаретой в зубах. К счастью, Шарон обслуживала другой маршрут, но водитель сорок четвертого вполне мог заметить Сэнди и доложить сестре, что она уехала на его автобусе с чемоданом, принаряженная и подмалеванная. Однако к тому времени Сэнди будет уже далеко, и даже если родные догадаются, что она отправилась в Лондон – Сэнди уже давно поговаривала об этом, – они никак не смогут ее там отыскать. Впрочем, вряд ли у них появится такое желание.
Укрывшись под навесом, она дожидалась появления автобуса, сунув руки в карманы и постукивая ногами друг о друга, чтобы не замерзнуть. Сэнди была человеком мнительным, хотя и пыталась убедить себя в обратном, и теперь, в надежде обрести уверенность, она принялась вспоминать положительные отзывы о своих способностях, которые когда-либо слышала из уст окружающих. Чаще всего ее выделяли за умение быстро учиться, схватывать все на лету. В общем и целом она неплохо ладила с людьми, хотя и держалась несколько замкнуто – вероятно, оттого, что в школе перешагнула сразу два класса и почти не общалась со сверстниками. В четырнадцать лет она получила свидетельство о среднем образовании, к шестнадцати преодолела еще два курса повышенного уровня и наконец, утомленная экзаменами, бросила школу, собираясь зарабатывать деньги, чтобы иметь возможность ходить с сестрами по пабам и дискотекам. Но уже очень скоро эти развлечения прискучили ей, она не видела в них смысла, разве что ей захотелось бы забеременеть, предстать перед алтарем с кем-нибудь из приятелей своих братьев и остаться в городе навечно. Осыпаемая насмешками сестер, Сэнди записалась на трехлетние вечерние курсы в школе бизнеса и довольно долго посещала их, но все же не закончила учебу. Получив диплом, она все равно застряла бы в этой дыре. Оставив курсы, Сэнди всерьез задумалась о переезде в Лондон, о котором говорила уже давно. Однако слово и дело – разные вещи, и до сих пор она не могла набраться храбрости. Сэнди старалась держаться уверенно и смело, но в глубине души она была робкой, застенчивой и с ужасом сознавала, как плохо она приспособлена к жизни.
Наконец подкатил автобус. Сэнди сдала чемодан в багаж и уселась в заднем ряду, надеясь, что если в салоне появится кто-нибудь из знакомых, она сможет делать вид, будто бы не замечает его. Автобус ехал медленно, и у нее было достаточно времени, чтобы бросить прощальный взгляд на городок, в котором она прожила всю жизнь, – тускло-коричневые ветшающие дома, гараж, руководство которого в свое время уволило с работы ее брата Кейта, поймав его на краже запчастей, дряхлая церковь, в которой венчались ее старшая сестра и мать и были окрещены все дети семейства Пол. На погосте этой церкви нашла последний приют бабушка Мардж, могилу которой навещали только Сэнди и Дейзи, да и то изредка.
Выбросив из головы мрачные видения, которые навевал проплывающий мимо пейзаж, Сэнди попыталась сосредоточить мысли на ярких, радостных событиях, которые сулило ей будущее, и уже секунду спустя ее сердце забилось с надеждой и волнением. Сэнди казалась сама себе птицей Феникс, восстающей из пепла предыдущего существования, которое было лишь подготовкой к настоящей жизни, в которой Сэнди станет тем, кем ей полагается быть, – энергичной образованной молодой женщиной. Теперь, когда ее ждала работа в «Маккан и Уолш», одном из самых престижных театральных агентств Лондона, Сэнди не видела препятствий на этом пути.
Ее захлестнуло лихорадочное возбуждение. Казалось, будущее сулит радужные перспективы, и она была не в силах обуздать свое воображение. Она была никем и ничем, а теперь станет причастна к самым шумным сенсациям экрана и сцены. Впрочем, жизнь порой преподносит и не такие сюрпризы. Да, Сэнди еще не доводилось выступать в роли актрисы, но вряд ли это так уж трудно. А может, она станет деловой женщиной и возглавит свое собственное агентство, если, конечно, прежде ей не попадется богатый плейбой, с которым она объедет весь свет, который будет баловать ее мужским вниманием и миллионами долларов. Эта мысль заслуживала самого пристального внимания, но больше всего Сэнди интересовал Майк Маккан, один из будущих ее боссов. Она еще не встречалась с Майком – тот был в отъезде, когда Сэнди приезжала в агентство для собеседования, – но видела множество фотографий, запечатлевших его в компании с десятками знаменитостей. Один лишь взгляд на Майка убедил Сэнди в том, что это именно тот мужчина, который ей нужен и который сможет обеспечить ей достойную жизнь. Сэнди видела перст судьбы в том, что получила эту работу. Всякий раз, когда она думала о Майке Маккане, ее сердце сладостно сжималось – точно так же, как тогда, на собеседовании в тесной комнатушке, хотя там не было Майка, только его фотографии. Сэнди гадала, как поведет себя Майк, впервые увидев ее; было трудно рассчитывать на ответные чувства со стороны мужчины такой головокружительной внешности, однако Сэнди удалось кое-что выяснить о нем у Зельды, женщины, которая с ней беседовала, – а именно то, что Майк до сих пор холост.