Страница 15 из 106
Я невольно напряглась. Ничего не могла с собой поделать. И сама же себя за это возненавидела. Адди была доброй — и сломленной. Она выросла в таких условиях, каких я и врагу бы не пожелала, с отцом, который возвел жестокость в абсолют, причем как физическую, так и психологическую.
И все же я не могла не ревновать ее к тому времени, что она проводила с Калдером и его дочками. Она становилась частью их семьи. Я часто задавалась вопросом, сделает ли Калдер первый шаг, чтобы перевести эти отношения во что-то большее. Они подходили друг другу. Куда лучше, чем мы с ним. Она была изранена, а он — защитник до мозга костей.
От этой мысли к горлу снова подступила тошнота, и я отложила сэндвич, чтобы сделать глоток воды. Все внутри меня бунтовало против такого исхода. Потому что я была по уши влюблена в Калдера Круза с того самого момента, как он научил меня тянуться к звездам.
Входная дверь части открылась, и кто-то кашлянул, привлекая к себе внимание.
— Хэдли Истон здесь?
У меня вспыхнули щеки. Ну супер, стало еще хуже. Парень, которого мы спасли на прошлой неделе, собирался устроить это представление при всех. Я медленно слезла со стула и поднялась.
— Привет. Я Хэдли.
Мужчина просиял и зашагал ко мне, протягивая руку.
— Очень рад знакомству. Я Эван Гиббс. Мне сказали, что именно благодаря вам они смогли вытащить меня из машины.
Я мысленно выругалась в адрес того болтуна, который это растрепал.
— Мы всегда работаем в команде.
— Возможно, но мне хотелось подарить что-то лично вам. Вы были так отважны. — Он потер шею сзади. — Я не знал, что выбрать, но подумал, что женщины любят украшения. — Он протянул мне черную бархатную коробочку.
Я инстинктивно сделала шаг назад.
— Простите, мистер Гиббс. Нам запрещено принимать дорогие подарки. Подарочных корзин более чем достаточно. Правда. Мы просто рады, что вы в порядке.
Мистер Гиббс покраснел.
— Зовите меня Эван. И я уверен, что в данном случае они сделают исключение. — Он снова протянул коробочку.
— Простите, я действительно не могу.
— Это глупо. Позвольте мне поговорить с вашим начальством. Я все улажу.
Сзади я почувствовала тепло чужого тела.
— Мистер Гиббс, я лейтенант Круз. К сожалению, мисс Истон права. По уставу мы не имеем права принимать подарки стоимостью более ста долларов. Но вы всегда можете сделать пожертвование в благотворительный фонд нашего ведомства. Им всегда нужна помощь.
Мистер Гиббс хмуро уставился на Калдера.
— Я не хочу делать пожертвования. Я хочу отблагодарить женщину, которая спасла мне жизнь.
— И вы уже это сделали, — вмешалась я. — Я ценю вашу благодарность и уверяю вас, что подарок не нужен.
На его щеке дернулся мускул.
— Я поговорю с капитаном. Для меня он сделает исключение. — И с этими словами он развернулся на пятках и ушел.
Напряжение между лопатками немного спало, стоило мистеру Гиббсу скрыться из виду, но окончательно избавиться от него не получалось. Теплые ладони легли мне на плечи, разворачивая.
— Ты как?
Глаза Калдера въелись в мои, и я едва подавила желание отступить на шаг.
— Все нормально.
— Слышал, он у нас в городе новый застройщик. Похоже, не привык слышать слово «нет». — Он хмуро посмотрел мне за спину, и его руки соскользнули.
Мне тут же не хватило тепла этого простого прикосновения.
— Уверена, кэп найдет способ все замять.
Взгляд Калдера вернулся ко мне.
— Скажи мне, если он снова станет донимать тебя, ладно?
— И что ты сделаешь, побьешь его?
Уголок его рта пополз вверх.
— Не думаю, что до этого дойдет.
— Он вообще-то не похож на драчуна.
— Скорее уж натравит на тебя адвокатов.
Я тихонько рассмеялась.
— Представляешь такое дело в суде? «Ваша честь, она отказывается принимать мой подарок».
— Вышел бы занятный процесс. — Калдер посерьезнел. — Но если серьезно, обещай, что скажешь мне, если он начнет докучать.
— Обещаю.
— Вот и отлично. — Калдер приобнял меня за плечи, увлекая обратно к стойке. — А теперь давай доедать завтрак.
Я не могла дышать. Легкие отказывались работать. Я уже сто лет не чувствовала от Калдера такого тепла. Мне хотелось раствориться в нем и никогда не возвращаться к реальности. Но я знала, что это ошибка. Потому что это могло снова разбить мне сердце.