Страница 42 из 54
Добравшись тайными тропами (не дай боги ещё какой-нибудь зубоскал увидит название фолианта!) до личного домика, Салли погрузился в мир макраме. Однако больше часа читать у него не получилось: пора было приступать к домашним заданиям.
Только дойдя до середины учебника, на что ушло три недели, Салли, наткнулся на то, что нужно.
В этом варианте цепочка плелась на самом кулоне, каждая сторона отдельно. Единственное, что коробило подростка: камень предполагалось переворачивать вверх ногами.
Приглядевшись к образцу внимательнее, он заметил, что камень в книге «проткнут» сверху, перпендикулярно плоскости, тогда как у его камней отверстие сбоку. Салливан полез в мешочек с материалами (как хорошо, что ещё не успел отдать!) и, о чудо, там нашёлся подходящий держатель. Сделанный из серебристого чернёного металла в виде скрученной в дугу веточки с иголочками, направленными вовнутрь — самое то для детского амулета, и камень не придётся крутить. На глаза Салли попались четыре цилиндрика из того же металла, что и держатель, и пара эглетов-пирамидок — он взял всё.
Собрав все составляющие, подросток поспешил к себе: там, даже если кто и придёт, издеваться не станет.
Развернув держатель вверх ногами, Салли фыркнул: в таком положении веточки напоминали рога молодого оленя. Покачав головой над пришедшей на ум ассоциацией, он закрепил работу булавками на диванной думке.
Затем, положив рядом раскрытую книгу и сверяясь с каждым шагом, начал плетение: три плоских двойных узла с одной стороны, перевернуть, три узла с другой, соединить все нити и провязать ещё два узла. Петля готова. Снова разделить нити надвое.
На нити основы (две средних нитки) наложить волос чёрного единорога, временно прикрепить магией, провязать два дюйма — отменить приклеивание. Повторить для второй половинки.
Продеть основу в первый цилиндр, закрепить одним двойным плоским узлом, после чего начать вывязывать витую цепочку, провязать четыре дюйма и закрыть вторым цилиндром. Повторить на второй части.
Подросток сладко потянулся, и в спине что-то хрустнуло. Поясница от напряжения просто разламывалась. Он вздохнул и перевернул думку обратной стороной, скрыв плетение — хорошего понемногу.
На «довязку» цепочки ушло ещё два дня, и вот сегодня Салли с чувством полного удовлетворения вывязал замок и закрепил на концах эглеты.
Всё, теперь набрать браслет для сеньоры — и можно сдавать работу Диего.
С ним было намного проще: никаких цепочек и застёжек. Вымоченная в специальном составе нить гигантского паука слегка растягивалась, поэтому всё, что было нужно — это нанизать пятнадцать камней на четыре параллельные шёлковые нитки и завязать. Через полчаса на столе лежало готовое изделие.
Теперь наложить комплекс лечебных заклинаний, и можно звать Диего. Однако Гарри решил отложить этот момент ещё на один день — слишком много сил ушло у него на амулеты. «Зарядить» он их сможет и завтра.
Спрятав готовые украшения в мешочек и убрав его на самое дно чемодана, он вышел прогуляться до кухни. Время ещё позволяло.
Набрав «солнечный» пароль, работавший только для их факультета, он толкнул дверь и нос к носу столкнулся с Нозером. Тот даже бровью не повёл, пребывая в состоянии нирваны.
— Нозэр, приём! — помахал рукой у него перед лицом Салли. — Ты где витаешь?
Юный Штольц в момент схватил его за мельтешащую кисть и с восторженным взглядом зашептал:
— Ты просто не представляешь, брат! Я недавно написал Консуэлле, графине Эльгадра, и она ответила. Она прислалатакое … Её записи — бесценны! А ещё… она ждёт личной встречи… со мной… Представляешь?
— Конечно, брат, — успокаивающе похлопал Салли старшего по руке (до плеча он, к сожалению, не дотягивался). — Графине, очевидно, понравились твои выкладки и теперь она жаждет лицезреть того, кому принадлежит столь острый ум.
— Считаешь?
— Уверен.
Часы в холле пробили половину десятого, а значит, обоим пора было возвращаться к себе. Попрощавшись друг с другом, ребята вышли на улицу и разошлись каждый в свою сторону.
На следующий день сразу после завтрака Салли влетел в спальню, достал из чемодана мешочек с амулетами и юркнул на кровать. Он с осторожностью вытащил оба украшения и разложил их на покрывале.
Сделав глубокий вдох и медленный выдох, Кринж настроился: чтобы не повторять заклинание дважды, он решил наложить его сразу на оба предмета.
Салли вытянул над украшениями руки и мысленно произнёс формулу. Если всё получится, то и браслет, и кулон должны засветиться ровным золотистым светом (по крайней мере, так написано в одном из учебников). Открыв глаза — оказывается, он зажмурился от напряжения — подросток увидел на кровати два крошечных солнышка. Когда амулеты, наконец, перестали источать свет, Салли убрал их в мешочек и, держа его в руке, потянул дверь на себя.
На пороге с поднятой для стука рукой обнаружился Диего — просто дежавю.
— Я думал, ты опять про обед забыл, — объяснил он своё присутствие.
— А сколько времени? — удивился Салли: он-то полагал, что ещё нет и десяти часов.
— Говорю же: обедать пора. Чем ты тут занимался?
— Добавлял последние штрихи к твоему заказу, — пожал плечами Кринж. — Принимай работу.
Диего распустил тесёмки и вытащил кулон: на чёрной с синими искрами плетёной цепочке качался синий с чёрными прожилками треугольник со скруглёнными вершинами. От амулета веяло спокойствием и надёжностью.
— Класс, — только и смог сказать он. — То что нужно для Микаэллы!
— Какой Микаэллы?! — испугался «мастер». — Я же зачаровывал амулет для мальчугана лет пяти…
— И почти не ошибся, — успокоил его приятель. — Мика — ещё та оторва! По крышам бегает, по деревьям лазает… В платье её можно увидеть только по праздникам, и то недолго — на время официальной части. — Диего отложил кулон, вытащил браслет и присвистнул: — Ну, надо же: амарикс, синий варисцит и два вида кварца — вот бабуля обрадуется! Её как раз память подводить стала.
Салли выдохнул: клиент доволен. Больше всего он боялся, что придётся переделывать кулон — ведь изначально договаривались на два браслета. Сунув руку за пазуху, Кринж нащупал ещё один мешочек — с «остатками» материалов, и протянул его Коннару.
Тот удивился:
— А это что?
— Как что? Остатки волос единорога и шёлка гигантского паука, камни, фурнитура — то, что не пригодилось. Вот, возвращаю.
Диего покачал головой, и сказал: