Страница 16 из 18
Он помолчал немного, отведя глаза. Алексина молчала, даже дышать старалась как можно тише, и он продолжил:
— Я видел в жизни многое, и таких людей, как твои родители, повидал... Они не плохие, нет; никому не делают зла, а это уже немало, но они слабые. Им кажется, что если зажмуриться и накрыться одеялом, гроза за окном прекратится, долги исчезнут сами собой, и не надо будет ничего решать, — Алексина невольно усмехнулась: сложно было не согласиться. Рик между тем говорил дальше, не глядя на нее: — Увы, таких чудес не бывает. Я знаю про чудеса другого рода — когда человек, вдруг попавший в беду, не озлобляется и не ломается, а становится сильнее прежнего — но я видел твоих родителей... они бы не смогли так, прости за прямоту. Ты смогла бы, но ухаживать за несчастной сломленной матерью, работать, не покладая рук, где придется, и ждать, когда отец выйдет из долговой тюрьмы — не лучшая участь для молодой леди. Я подумал: раз мне все равно хочется жениться на молодой леди, почему не на тебе? Остальное ты знаешь...
"...но будь я на двадцать лет моложе — я бы, конечно, так не думал. И спасать вас просто потому, что мне нетрудно, не стал бы", — повисло в воздухе, хотя Рик ничего такого не говорил и наверняка не собирался.
Алексина встала, подошла к нему, взяла его руки в свои.
— Я рада, что моим мужем стал именно ты, — повторила она и уточнила: — Не другой мужчина и не тот дурень, который носил твое имя двадцать лет назад. Мне нравится тот Эмерик, который сидит передо мной.
Он наконец-то взглянул на нее и улыбнулся:
— Я рад это слышать.