Страница 78 из 83
Последним в сознании Инь Чэня стало неизменно благородное и прекрасное лицо Гильгамеша. Его спящий образ, его безмятежная фигура остались навечно запечатленной картиной в постепенно увеличивавшихся и в конце концов застывших зрачках Инь Чэня. Глаза князя до последнего оставались плотно закрыты, не распахнулись, чтобы взглянуть на апостола, что провел с ним в разлуке долгие годы.
– Проснулся? Тогда иди же.
Кто-то разговаривал с ним в темноте. Последний голос, прозвучавший в голове Инь Чэня. Знакомый голос.
«Князь, это вы? Вы проснулись?»
«Это вы говорите со мной?»
– Даже если не удастся его спасти, то пусть я останусь навечно заточен вместе с ним, или же умру рядом.
Когда-то, сидя на высоком утесе лицом к ветру и тихо улыбаясь сквозь слезы, он сказал эти слова Гуйшань Ляньцюань. В прекрасных полумесяцах его глаз сияла по-детски невинная простота.
На лице его было не отчаяние, не горе, не гнев и не ненависть.
То была окрашенная грустью надежда.
– А что же тогда с Ци Лином?
При звуке ее вопроса лицо его постепенно разгладилось, зрачки слегка дрогнули.
Выражение на лице никому было не разгадать.
Оно навечно растворилось в реке времени, точно послание, наполненное давно потерянными древними письменами, которое никто больше не прочтет, никто больше не разгадает.