Страница 12 из 13
11
11
Ночью в его комнате было тихо. Ставни закрыты, через щели пробивалась полоска лунного света, на полу лежали их разбросанные вещи. Вера лежала на его плече и смотрела на звезды, торчащие в окне.
— Я сдала билет, — сказала она.
Лев замер.
— Когда?
— Еще неделю назад, до нашего разговора.
— Вера…
— Мне здесь правда хорошо. По-настоящему. — Она прижалась к нему сильнее. — Я давно себе ничего не разрешала, а сейчас разрешаю. Этот месяц, этот отдых, тебя. Хочу попробовать не загадывать, не планировать, просто быть здесь и наслаждаться. Я не хочу уезжать, потому что всё это уже происходит со мной, и мне нравится, как я себя в этом чувствую. И не потому, что ты просил или уговаривал. Ты вообще молчал как партизан.
Он засмеялся, и в этом смехе дрожало что-то, чего она раньше не слышала.
— Я старался не давить.
Она не ответила. Просто потянулась к нему и поцеловала: медленно, долго, так, как целуют, когда не надо торопиться. Спускаясь поцелуями по его шее, груди, животу, она слушала, как меняется его дыхание. Он был уже твёрдый, горячий, и когда она взяла его в рот, он тихо выронил изо рта ее имя.
Она ласкала его языком медленно, внимательно, чувствуя каждую его дрожь, как раньше он слушал её. Ей нравилось видеть его лицо сверху: расслабленное и напряжённое одновременно, с приоткрытым ртом и закрытыми глазами. Потом она села на него сверху и медленно опустилась на его влажный член, глядя ему в глаза.
Он вошёл в неё полностью, и они оба выдохнули. Она не двигалась пару секунд, просто чувствовала его внутри, наполняющего и настоящего. Потом начала покачиваться: сначала почти неподвижно, потом шире, глубже, и он внимательно смотрел на неё, как будто видел первый раз.
— Ты невероятная, — сказал он. Голос у него был хриплый. — Вера.
Его руки скользили по её бёдрам, по талии, по груди, ладони сжимали её, и она двигалась быстрее, откинув голову назад, чувствуя, как нарастает давление внутри. Лунный свет лежал полосой на её плечах. За окном шумел ветер.
— Я сейчас… — выдохнул он.
Она двигалась так, как подсказывало тело, глубоко, плотно, чувствуя, как он дрожит под ней. Она кончила первой, почти беззвучно, с одним долгим выдохом, и он последовал сразу, вцепившись в её бёдра.
Они лежали, не разъединяясь, мокрые и уставшие, и она слушала, как стучит его сердце.