Страница 2 из 13
Через два часа у меня готова первая конструкция. Делаю сразу так, чтобы не пришлось думать, как всю конструкцию потом перетаскивать. Я сама себе конструктор, но, к сожалению, не грузчик-погрузчик. Силенок не хватит, чтобы все это тягать. Иногда подумываю, а не прикупить ли мне лебедку. Кстати, об этом нужно будет подумать. Поэтому вбиваю старенькой кувалдой бруски по углам, которые изначально успела подточить, чтобы шли хорошо. И вуаля. Первая грядка готова. Ну, почти. Осталось ее заполнить всяким, чтобы она стала похожа на грядку. Кто молодец? Я молодец! И с чувством, что, наконец, дела начинают идти по плану, иду в дом. Время для работы на улице закончилось. В жару работать невыносимо. Можно уделить время и удаленке. Если бы не она, ни черта я не смогла бы воплотить свои идеи в жизнь.
Что может быть хуже запаха шашлыка? Только запах, идущий с улицы, который так и манит выйти и присоединиться к трапезе.
Даже желудок заурчал.
Вздыхаю.
Смотрю на часы: уже четыре. Даю себе ещё полчасика на работу. А потом уже можно будет и перекусить.
Снова утыкаюсь взглядом в экран ноутбука. Пальцы порхают по клавиатуре.
Пик-пик: в чате спрашивают прайс на яйца и творог; в почте — два «срочно, пожалуйста»; в админке соцсетей очередь из комментариев. Кидаю ссылку на ассортимент, правлю пост о сыре (переставляю фото повыше), ставлю в отложку объявление про ягнятину, отвечаю коротко и тёпло: «Отправка – по средам, самовывоз – по выходным». Звоню Михалычу, уточняю, сколько сметаны будет к воскресенью, и параллельно проверяю геометку у сторис: чтобы не терялась. В общем, работа – сборная солянка из мелочей, и мне это нравится. И лучший бонус – ни офиса, ни болтовни у кулера: тишина, я и дела.
За окнами на улице неожиданно раздаётся хлопок, и я чуть не подскакиваю на стуле, ударившись коленом о стол.
– Что за чёрт? – выхожу из комнаты и иду на улицу.
Пахнет всё же первоклассно: тёплый дым, треск жирка на решётке, кислинка маринада. Давно я не ела шашлык. Да и, в принципе, давно не ела.
Прислушиваюсь.
С соседнего участка доносятся мужские голоса. Те же работники? Странно, что мясо жарят, а не работают.
До слуха доходит дружный мужской хохот.
Возвращаюсь на кухню, заглядываю в холодильник.
М-да.
Надо бы выбраться в город за продуктами. Без машины в деревне грустно. Придётся просить кого-нибудь из местных. А для закупки на пару дней можно дойти до местного райпо… Вечером прогуляюсь.
На перекус иду собирать ягоды. Как раз клубника вовсю зреет. Под яблонями разрослась ковром. Бабушка за ней приглядывала и не давала так заполонить свободное место. Мне же нравится. Может, потом я поменяю своё мнение. А пока пусть так растёт, мне не жалко. Места много, и ягоды тоже.
Набираю себе в небольшую миску, промываю водой из шланга и возвращаюсь в дом. Из холодильника достаю сметану, добавляю в неё немного сахара и сажусь за стол.
– М-м-м, – вкус детства. Клубника со сметаной.
А ещё свеженького бы батончика, хрустящего, ещё тёплого, и стакан холодного молока. Вот жизнь-то была! Ничего лучше придумать нельзя было. А сейчас! Нужно быть взрослой. И всем остальным из этого вытекающим.
Вздохнув, наевшись до отвала, несу себя во двор. Дела себя сами не сделают.
Дальше по плану… Оглядываюсь. Собрать ещё две грядки. Но сегодня я всё же смогу сделать одну. Завтра с утра — третью. А потом уже буду заниматься их наполнением.
И, кивнув своим мыслям, приступаю к работе.
– Шурик, мать твою, – вздыхаю, – когда понимаю, что аккумулятор шуруповёрта сел не вовремя.
Несусь к дому, проверяю второй. Ну я была бы не я, если бы второй аккумулятор оказался заряженным.
– Ася, блин, – ругаю себя.
Ставлю на зарядку. И приземляюсь на ступеньки крыльца.
Ну и какой план?
Вскакиваю, схватив пилу. Пойду подготовлю бруски.
И работа снова закипает.
Как говорила моя бабуля, беспокойная голова рукам покоя не даёт. Вот это прям моё кредо. Но мне и так неплохо. Мою неуёмную фантазию не усмирить. А нехватка денег с детства привела к тому, что я себе сама что-то да делала, мастерила. Начиная с новогоднего костюма, заканчивая… да и не заканчивая до сих пор.
– Девушка!
Замираю с пилой в руке. Прислушиваюсь. Показалось?
Продолжаю пилить.
– Девушка? Эй!
Выпрямляюсь и оглядываюсь.
У забора, с того самого «нелюбимого» мной соседского участка, стоит мужчина — тот самый, который шумел сегодня с утра. Стоит, руки сложил поверх штакетника и лыбится. На нём выцветшая футболка с пятном маринада, бейсболка козырьком назад; от него тянет дымком и уксусной кислинкой. Голос — баском, с хрипотцой.
– Чё надо? – спрашиваю.
– Вам помочь?
На вид лет сорок. Высокий, подтянутый. Да-да, я наблюдательная. На левой брови тонкий шрам — заметила сразу, когда улыбнулся.
– Себе помогите, – отвечаю и, отвернувшись, продолжаю своё дело.
Что-то себе пробубнил, но отстал.
Ишь какой. Помочь мне собрался. Знаю я вас, рукож… тьфу, настроение всё испортил!
Но я не бросаю на полпути начатое. Поэтому злюсь на себя, но делаю. Ёжики, они такие: кактус жрут и плачут.
Установив вторую грядку, сажусь на её край и выдыхаю. Стягиваю перчатки с рук, кидаю рядом. Ой, кажется, мозоль натёрла.
Смотрю на часы на запястье.
Почти семь.
Вскакиваю. Райпо закроется через час. Нужно переодеться и бегом до магазина добежать. Что и делаю.
Собираюсь быстро. Переодеваю свой рабочий комбез на выходной. Люблю я этот вариант одежды. Удобно, практично. Под комбез — рубашку, закатываю рукава. Повязываю бандану на голову, убрав торчащие в разные стороны непослушные завитки. Ну вот я и готова.
Хватаю связку ключей с холодильника и выхожу из дома. Закрываю входную дверь. Замок пока навесной. Вот поменяю дверь, тогда хороший вставлю. Выскальзываю во двор открываю калитку и выхожу на улицу. С уличной стороны возвращаю калитку на место и, просунув руку между штакетинами, накидываю крючок обратно: у меня там выведена тонкая петелька из шпагата – вернусь, дёрну, открою. Так удобнее, пока новый замок не поставлен.
И всё, бегом до магазина.
– Ася, давно не заходила ко мне, – за прилавком стоит Людмила.
– Заработалась, – вздыхаю. – Привет, Люд.
– Что хочешь? У меня всё свеженькое.
– Всего, – глаза аж разбегаются. – Молока, хлеба, чтобы завтра с утра не бежать, – и продолжаю набирать.
– Ась.