Страница 25 из 67
Глава 12.
* Андрей *
В доме царит тишина. Я сижу на кухне, погружённой в темноту. Только слабый свет уличного фонаря пробивается сквозь жалюзи, создавая на столе полосатую тень. На столе остывший кофе, телефон с выключенным экраном и пачка сигарет, которую я так и не открыл. Это просто усталость: тяжёлая, вязкая усталость, не отпускающая даже после двенадцати часов работы.
Вдруг слышу, как открывается входная дверь. Приглушённые шаги. Лёгкие и осторожные.
Лиза.
Она заходит на кухню. Замирает на пороге, увидев меня. В полумраке её лицо кажется бледнее обычного.
— Как салон? — спрашиваю я.
— Нормально, — она старается говорить легко, но я слышу дрожь в голосе.
— Почему так долго?
— Заболтались. Ты же знаешь Катю.
Она лжёт. Я ощущаю это всем своим существом. Но причина не в её словах — в её позе, в том, как она отводит глаза, в том, как судорожно теребит прядь волос.
— Ясно, — говорю я. — Отдыхай.
Она берет стакан воды, кивает и стремительно поднимается наверх. Шаги быстро затихают на лестнице. Я жду, пока захлопнется дверь её комнаты.
Минуты тянутся медленно. Я уже собираюсь уйти к себе, когда слышу шаги на крыльце. Затем раздаётся короткий звонок в дверь. Странно, Гена обычно приходит без предупреждения.
Открываю. На пороге стоит Гена. Его лицо непривычно напряжённое, почти встревоженное. Он не заходит сразу, а оглядывается по сторонам, словно проверяет, нет ли кого рядом.
— Заходи, — говорю я.
Он заходит, закрывает дверь, проводит рукой по волосам.
— Андрей, — начинает он, понижая голос. — Я, кажется, кое‑что заметил.
— Что именно?
— Сегодня я дважды видел один и тот же «Мерседес». Первый раз он стоял возле соседского дома минут двадцать. Второй раз я заметил его, когда вез девочек. Он следовал за нами.
Я чувствую, как внутри всё напрягается.
— Ты запомнил номера?
— Да, — Гена достаёт блокнот, листает страницы. — А427 МР. Московская регистрация. Машина тёмная, тонированная. Водитель — мужчина лет сорока пяти, коротко стриженый.
Я крепко сжимаю край стола. В этот момент в кухню заходит Игорь. Он одет в домашний свитер, но держится с уверенностью, словно пришёл на важное совещание: спина прямая, взгляд цепкий, движения выверенные. В руке у него не кружка чая, а смартфон, который он небрежно бросает на стол.
— О чём шепчетесь? — спрашивает он, сканируя нас взглядом.
Гена повторяет рассказ с самого начала. Игорь слушает, не вмешиваясь, но его пальцы нервно барабанят по столу — явный признак раздражения.
Когда Гена заканчивает, Игорь резко поворачивается к нему:
— Ты что, слепой? Почему сразу не сказал? Почему позволил машине следовать за Лизой? Ты отвечаешь за её безопасность, а ведёшь себя как мальчишка, который боится поднять тревогу!
Гена краснеет:
— Игорь, я…
— Молчи! — Игорь делает шаг вперёд. — Ты видел подозрительную машину дважды, записал номера — и только сейчас решил сообщить? Это халатность.
Гена опускает глаза:
— Я хотел сначала проверить…
— Проверить?! — голос Игоря звучит холодно и жёстко. — Когда речь идёт о безопасности моей племянницы, не проверяют — докладывают немедленно. Это базовый принцип. Или ты забыл, на кого работаешь?
Я поднимаю руку:
— Достаточно, Игорь. Сейчас не время разбирать ошибки.
Игорь переводит взгляд на меня. Его глаза сверкают.
— Не время? — переспрашивает он. — А когда будет время? Когда Лизу похитят? Когда её втянут в то, что мы пытались от неё спрятать?
— Успокойся.
— Успокоиться? — он резко разворачивается. — После смерти отца ты взял на себя роль хранителя, но хранишь ли ты что‑то, кроме секретов?
Я медленно качаю головой:
— Около нашего дома крутиться просто так не будет.
Атмосфера в комнате меняется. Игорь понимает, что это не просто слова.
— Что ты имеешь в виду? — его голос становится тише, но не менее напряжённым.
— После смерти отца начались расследования. Пропали важные документы. Кто-то их искал. Некоторые люди были недовольны исходом. История не завершилась, Игорь. Она просто приостановилась.
Гена осторожно уточняет:
— Думаешь, это люди Дмитрия?
Тишина. Я молчу, и это молчание красноречивее любых слов. Игорь глубоко вдыхает, берёт себя в руки. Его лицо выражает внутреннюю борьбу: он усилием воли подавляет гнев и возвращается к хладнокровному расчёту.
.
— Значит, они вернулись, — произносит он почти шёпотом. — И выбрали момент, когда Лиза начала вести себя более независимо.
Гена вдруг хмурится и добавляет:
— Знаете, а ведь всё это началось, когда Женя и Ольга Стрельниковы в нашем доме объявились. До их появления никаких «Мерседесов» возле дома не было. Никаких странных звонков, никаких случайных прохожих у ворот.
Мы с Игорем переглядываемся. В его глазах читается понимание: пазл начинает складываться.
— Стрельниковы… — медленно произносит Игорь. — Отец Жени был партнёром Виктора. Совпадение? Но ведь Ольга просила меня помочь Жене со стажировкой. Он, конечно, тот еще тип, но вряд ли будет работать на кого-то вот так. Слишком независимый и горделивый.
— Вряд ли, — отвечаю я. — Виктор что‑то знал о схемах Дмитрия. Возможно, оставил информацию Жене. Или Ольге.
Игорь сжимает кулаки:
— То есть теперь они используют Лизу, чтобы добраться до информации? Через её связь с Женей?
— Давай-ка проверим, — киваю я. — Гена, организуй нам распечатку звонков Стрельниковых за последние пару месяцев и поставь кого-нибудь хвостиком за ними. Больно уж резко они решили появиться у нас в гостях. Я верю Дмитрию, но в таком вопросе не обойдешься одним лишь доверием. Если они снова начали шевелиться, значит, что-то задумали.
— Кто «они»? — спрашивает Игорь.
Пауза. Долгая, звенящая...
— Люди, из‑за которых ваш отец и дед погибли, — наконец произношу я.
Кухня погружается в безмолвие. Слышно тиканье часов. Гена крепко держит блокнот в руке. Игорь устремляет на меня взгляд, в котором читается не страх, а расчетливый и холодный гнев. Он уже всё предусмотрел и разрабатывает план действий. Этот человек — настоящий хищник бизнеса, который не допустит, чтобы кто-то угрожал его семье.
— И еще, — добавляю я, — не выпускать больше из дома никого без охраны никуда. Ни Катю, ни Лизу, ни Лену. Семью Ани Ленской тоже проверьте. Понятно?
Оба мужчины кивают.
Игра началась.