Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 41 из 51

И злиться на него... не получается. Совсем. Даже когда он так нагло заявляет, что ничего не обещал. Даже когда целует, не спрашивая разрешения. Я должна бы возмутиться, оттолкнуть, сказать что-то резкое, но вместо этого мои пальцы вцепляются в его плечи, а тело предательски льнёт ближе. Кай не ждёт моего ответа. Его губы снова находят мои, и на этот раз поцелуй глубже и требовательнее. Язык скользит по моей нижней губе, дразнит, заставляет приоткрыть рот, и я подчиняюсь. Его рука ложится на затылок, пальцы путаются в кудрях, слегка оттягивают, запрокидывая мою голову. Поцелуй становится ещё откровеннее и жарче. Я чувствую, как его язык исследует мой рот, сплетается с моим, и от этого внутри разливается такое тепло, что, кажется, я сейчас расплавлюсь. Сердце колотится где-то в горле, лёгкие горят, но я не хочу останавливаться. Не хочу дышать. Не хочу, чтобы это заканчивалось. Вторая рука Кая скользит с талии вверх, останавливается на моей щеке, большим пальцем гладит скулу. И это движение такое нежное, что у меня перехватывает дыхание. Целует так, будто хочет выпить меня до дна. Будто каждый миг без меня был пыткой. Словно действительно скучал по мне... Так же, как и я. Ох... Я помню этот вкус. Тот поцелуй перед моим освобождением, такой отчаянный и прощальный. Сейчас он другой. Пальцы Кая сжимаются на моей талии, приподнимают, и я оказываюсь у него на коленях, сидя боком, прижатая к его груди всем телом. Он даже не прерывает поцелуя, просто подхватывает меня, пересаживает, и от этого движения у меня внутри всё переворачивается. Кай такой огромный и сильный, а я в его руках кажусь себе хрупкой. Мои ладони скользят с плеч выше, пальцы зарываются в его волосы, и я чувствую, как он вздрагивает от этого прикосновения. Такие же, какими я их запомнила.

Мягкие, шелковистые, чуть длиннее на макушке и короткие на висках. Мои пальцы перебирают пряди, и где-то глубоко в груди разливается что-то тёплое. Это он. Тот самый. Мой немой альфа.. Кай отрывается от моих губ, давая нам обоим глотнуть воздуха. Тяжело дышит, смотрит на меня глазами, в которых плещется что-то тёмное. Его лоб касается моего, и я чувствую, как он дрожит.- Сера, - выдыхает он хрипло, и в этом одном слове столько всего, что у меня подкашиваются колени. Хорошо, что я уже сижу, иначе точно бы рухнула.

Его губы снова находят мои. Он целует так, будто запоминает. Я чувствую, как язык скользит по моим губам, и каждый миллиметр, которого он касается, начинает гореть. Руки Кая ложатся на мою спину, прижимают ближе, и я ощущаю каждый контур его тела сквозь тонкую ткань блузки. Невыносимый жар, от которого плавится мозг, прокатывается по телу.

Запутываюсь пальцами в его волосах, притягиваю ближе, и поцелуй становится глубже. Я чувствую, как его язык сплетается с моим, как он втягивает мою нижнюю губу, слегка прикусывает, и из груди вырывается тихий стон. Кай замирает на мгновение, а потом с рыком вжимает меня в себя так сильно, что становится трудно дышать Но я не хочу дышать. Я хочу только этого. Только его.

Губы альфы отрываются от моих, затем скользят по подбородку и челюсти, спускаются к шее. И когда его дыхание опаляет кожу на шее, я выгибаюсь дугой. Он целует каждый сантиметр, и от этого по телу разбегаются мурашки.- Кай... - шепчу я.

Он поднимает голову, смотрит на меня. Глаза у него яркие и серые, и в них столько желания, что у меня перехватывает дыхание. Но есть в этом взгляде и что-то ещё. Он смотрит так, словно я для него не просто девушка, которую он поцеловал. Словно я целый мир... О боже.

Ты даже не представляешь, что со мной делаешь, - говорит он хрипло. Наверное, то же, что и ты со мной, - выдыхаю я, и уголки его губ поднимаются в лёгкой улыбке. Блин, ну вот, я почти призналась.

Я чувствую, как его рука скользит по моей спине, останавливается на пояснице, прижимает ближе. Но в голове всё ещё роятся вопросы.

Собрав всю свою волю в кулак, я упираюсь ладонями в его грудь и отстраняюсь. Чувствую, как он напрягается, и руки на моей талии сжимаются крепче, не желая отпускать.- Мы не договорили, - говорю я. - У меня к тебе остались вопросы. Кай замирает. Смотрит на меня долгим взглядом, а потом его руки медленно разжимаются. Не пытается меня удержать. Просто смотрит.

- У тебя всегда ко мне вопросы, клубничка, - говорит он с лёгкой усмешкой. Я надуваю губы, стараясь выглядеть строгой, хотя понимаю, что покраснела до корней волос. Вся эта ситуация... Я на его коленях, растрёпанная, с припухшими от поцелуев губами. И это совершенно не способствует серьёзному разговору. Но я пытаюсь. Правда, пытаюсь.

И всё равно,

говорю я, вздёргивая подбородок. - Ты мне должен ответить.

Кай смотрит на меня. И в его взгляде такое обожание, что у меня сердце пропускает удар. Ты такая красивая, когда дуешься, - говорит он, и я чувствую, как жар разливается по шее, поднимается к ушам.

- Кай! - возмущаюсь я.

Он улыбается. И я не могу отвести взгляд.

- Спрашивай, - говорит он мягко. - Я отвечу.

Делаю глубокий вдох.

Почему ты притворялся, что немой? - выпаливаю я. - В подвале. Ты мог говорить, но молчал. Почему? Кай какое-то время молчит. Его руки, лежащие на моей талии, чуть расслабляются, пальцы вычерчивают на ткани какие-то узоры. А я жду. Затаив дыхание.

- Я не притворялся, - наконец говорит он, и я удивлённо вскидываю бровь. Вернее, не совсем. Сера, ты не должна была вообще никого видеть и слышать. Это было условие. Дед настаивал, чтобы ты не знала, кто тебя похитил, не могла опознать никого из нас. Мне запретили с тобой разговаривать. Запретили появляться на свету. Ты не должна была знать даже, сколько нас. Он замолкает, проводит рукой по моим волосам, убирает выбившуюся прядь за ухо. Я нарушил все возможные запреты, - продолжает он тихо. - С первого же дня. Когда ты очнулась и начала говорить... я не смог уйти. Должен был сидеть в другой комнате. Но я пришёл. Сел в кресло и слушал тебя. Ты говорила, а я не мог нарушить молчание. Потому что если бы я заговорил, то не смог бы остановиться.

Не смог бы притворяться, что ты для меня никто.

Голос становится хриплым, и я чувствую, как его пальцы на моей талии чуть сжимаются.- Каждый раз, когда ты что-то спрашивала, я хотел ответить. Даже когда ты перепутала меня с крысой, очень хотел, правда. Но я не имел права. Я не должен был даже приходить к тебе, а я приходил. Каждый день. Каждую ночь. Не мог держаться подальше. Ты стала для меня... всем.