Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 116 из 143

. Они провели один безумный вечер в Манхэттене, в ходе которого Мин выяснил, что она продолжает переписку с таинственным любителем живописи, но девушка увиливала от обсуждения подробностей.

Человек, ищущий власть, обязан коллекционировать тайны – так считала Мара. Крошечные подспудные крупицы могут многого стоить. Ведь никто не ценит свой секрет так, как его владелец. Так что раскидываться собранными – прямая дорога к лишению власти. И вместо того, чтобы оберегать собственные, Мара выбирала жить как на ладони, чтобы их и вовсе не было. Поэтому такая скрытность расходилась с философией подруги. Мина крайне удивляло, что она вообще кем-то увлеклась настолько, что поступилась ею.

Однако эта небольшая деталь затерялась в болтовне Мары – Мин растворился в искрометном словесном потоке и позабыл о собственных проблемах. Когда они прощались, Мара сказала, что, когда он вернется в Бангкок, сама будет уже как несколько недель в городе, поэтому Мин обещал сразу же позвонить ей и встретиться. Но теперь ехал к ней совсем из других побуждений.

Квартира подруги была хорошо знакомым ему местом, хотя чаще они проводили время вместе в ее баре. Мара не открывала. Он проверил телефон и увидел, что сообщение не прочитано. Что ж, ему повезло. Ее пароль он узнал несколько лет назад, когда Мара перепила на свой день рождения. Она так его и не сменила, поскольку дверь пискнула, оповещая о правильности комбинации.

Он намеревался подождать Мару, раз уж той не оказалось дома, но, когда из спальни выскочила растрепанная хозяйка, Мин не мог не испугаться.

Подруга предстала в совершенно несвойственном для себя виде – со смазанным макияжем, в леггинсах и свободной футболке, с небрежным пучком на голове, державшимся на карандаше. Такую Мару крайне редко удавалось лицезреть.

– Мин? – Она выглядела ошеломленной.

– Почему не открывала, если дома? – Он сразу же метнулся к дивану. – Я написал, что еду к тебе.

– Что-то случилось? – Девушка присела рядом, отбросив привычные игривые замечания. Похоже, он сейчас источал пугающую серьезность.

– Я прямо из полицейского участка. – Мара была в курсе нападения на его отца, как и Бест, ведь на следующий день об этом кричали все заголовки. – Отец кое-что скрыл от меня о случившемся.

– Твой старик как обычно.

– Не в этом суть. Оказалось, в отца стреляли. Но с чего вдруг? Да, у нас свой бизнес, но это сеть больниц, а не наркопритон. Плюс, я точно знаю благодаря последним трем месяцам, что «VN Medicine» никому ничего не должна. Нет ни тайных долгов, ни отмывания грязных денег. Все изначально как-то странно. А потом по фотороботу одного из тех мразей я узнал Макао, который работает на Нану. Этот ублюдок участвовал в этом! – Мин хотел оставаться спокойным, однако нога невольно дергалась, отбивая бешеный ритм.

– Ты ведь не думаешь, что это из-за ситуации с Наной? – недоверчиво вздернула бровь Мара. – Да, мы обвели ее вокруг пальца, но кто стреляет в отцов парней, которые немного поиграли с тобой? Это же безумие!

– А похищать и насильно навязывать брак – не безумие? Но… в последний вечер перед моим отъездом я видел Нила Напата у нас дома.

– Что? – воскликнула Мара, сдавливая обивку подлокотника. – И ты умолчал об этом?

– Напомню, ты тоже в этом умелица. Просто… меня тогда занимали другие мысли, –

о чертовом Лайте.

– Я случайно подслушал их разговор, Напат требовал от отца возмездия. Если в этом деле участвовал Макао, все сходится. Напат прислал людей, чтобы призвать меня к ответу, но те не нашли меня в городе и взялись за отца. – Мин пытался отбросить чувство вины, хотя оно держало его цепкой хваткой за горло. Но он продолжал изворачиваться, чтобы не потерять рассудок.

– Окей, без паники. Что ты рассказал полиции?

– Правду. Я устал… – Он запустил пальцы в волосы и сжал их кулаком. – Устал от последствий того, что мы с тобой наделали. Отец узнал обо всем от Напата. Папаша Наны рассказал ему о наших с тобой играх в тот вечер.

– Так тебя сослали в Шанхай в качестве наказания? – выведывала Мара.

– Нет, – уверенно покачал головой Мин. – Отец… даже не сказал, что Напат приходил к нему. Он…

Защитил меня.

Вот, что сделал отец. Стоило наконец признаться себе в этом.

И тут из спальни Мары раздался какой-то шум. Мин встрепенулся, уставившись на закрытую дверь. Шестеренки активно завертелись, пока несколько фактов не сложились в одну картину, и он резко перевел взгляд обратно на подругу:

– Ты не открыла мне, потому что у тебя уже гость? Я не вовремя?

Мин уловил в ее глазах то, чего не видел никогда: страх разоблачения и… что-то еще.

– Не говори ерунды! – чуть громче, чем следовало, заотрицала Мара. – Я тебя пытаюсь отловить с самого приезда. Просто именно сейчас была немного… занята.

Мин изучающе всматривался в девушку, словно искал подтверждение ее слов.

– Твой «гость», надо полагать, слышит все, о чем мы тут говорим. Хреново ты оберегаешь информацию, а еще мне что-то предъявляешь! – Он поднялся с дивана.

– Ты уходишь?

– А ты ждала, что присоединюсь третьим? – сгримасничал он, демонстрируя отвращение.

– Стой! – Мара вскочила, когда он направился к выходу. – Ты же для чего-то приехал ко мне.

– Я не стану говорить при посторонних. Ты и так не соизволила предупредить раньше. Выйдем в коридор.

– Да подожди ты, Будда милостивый! – крикнула вслед подруга, но, когда Мин вышел из квартиры, последовала за ним.

– Выясни местоположение и состояние Наны, – приказал он. – Напат упоминал, что она наглоталась таблеток в клинике.

– Она возомнила себя героиней «Ромео и Джульетты»? – не проявив ни капли сострадания, хмыкнула девушка. – У нее точно шарики за ролики заехали!

– Папаша дочурке под стать, раз натравил своих головорезов на моего отца. В общем, оторвись от любовных утех и помоги разобраться с этим. Я умолчал о твоем баре в полиции, поэтому можешь не опасаться за себя.

Мин развернулся, чтобы уйти, но его задержали брошенные ему вслед слова:

– Нана отлично умеет манипулировать людьми, поэтому я не верю, что она взаправду хотела убить себя, а еще меньше – что из-за тебя.

Слова бальзамом легли на душу. Мин знал, что Нана его не любила, а лишь считала достойной партией для себя. Желала одержать победу над тем, кто ей не подчинился. И, скорее всего, просто не простила ему задетую гордость, учитывая ее диагноз.

Но все же Мин нуждался в том, чтобы услышать это от кого-то другого.

* * *