Страница 93 из 155
Глава 63
— Боже, как всё сложно… — я устало покачала головой, чувствуя, как в висках пульсирует боль от потока информации. Но внутри уже закипало новое возмущение. Я вскинула голову, встречаясь взглядом с Верховным богом: — Так если Асура всех отправил к праотцам, то какого хрена творится сейчас? Как этот идиот снова смог отправить своих «детей» сюда? И как Асура потерял силы? Хотя чего я спрашиваю — я знаю, как он их потерял. — я осеклась, вспомнив слова о том, что вера питает богов. — Но что стало новым толчком для этой войны? Не беря в расчёт основную фигуру… женщину.
Я замолчала, чувствуя, как от собственных вопросов голова идёт кругом. Слишком много информации. Слишком много имён, событий, тысячелетий, уместившихся в несколько минут разговора.
— Ну, я ещё не дорассказал, — в голосе Танатоса послышалась лёгкая усмешка.
— А… простите… — я почувствовала, как щёки заливает краска. — Продолжайте, пожалуйста.
— Хорошо.
Он кивнул и продолжил. Голос его лился ровно, как течение великой реки, — спокойно, неумолимо, величественно.
— В тот момент, когда я думал, что всё закончилось и этот мир тоже начнёт умирать, силы, что Миат хранил и откладывал веками на окраине моего мира, дали этому миру новый глоток жизни. Ситхэ бежали. Остатки Хэт лишились своих сил и превратились в обычных смертных людей. А из освободившейся энергии родились новые создания: драконы, наги, оборотни, грифоны и мазоку.
Я слушала, затаив дыхание. Перед внутренним взором проносились картины древнего мира, где магические существа рождались из самой ткани реальности, где люди учились заново постигать чародейство, а боги наблюдали за этим со своих небесных тронов.
— Что-то их не особо много тут, — пробормотала я себе под нос, оглядываясь по сторонам, словно ожидая увидеть дракона, парящего в небе.
— Ну, тут тоже своя история. — Танатос сделал паузу, давая мне осознать, что даже у магии есть свои пределы. — Они активно размножались и процветали, отдельно от людей. Те тоже на месте не сидели: заново начали познавать основы магии, учиться чародейству. Так появились дети Асуры. А после «Бездельник» снова постарался — подкинул яблоко раздора.
— И всё же меня мучает вопрос… — я снова не выдержала, перебив его, но уже не так резко, а скорее растерянно. — Если у вас такая сила, то почему вы не вмешиваетесь? Почему не освободите всех⁈ Почему не создадите этого своего наместника, помощника — или кто он там?
Танатос посмотрел на меня с лёгким удивлением, словно я спросила, почему солнце не светит ночью.
— Зачем? — просто спросил он.
И меня это поразило. Как так можно⁈ Как можно смотреть на страдания смертных и спрашивать «зачем»? А следующая его фраза поставила всё на свои места. Разрубила узел моих сомнений одним ударом.
— У меня есть ты. — Он смотрел мне прямо в глаза, и в этом взгляде не было сомнений. — Ты — мой меч. А Айн — мой щит.
У меня перехватило дыхание. Меч. Щит. Мы — оружие бога. Это было одновременно пугающе и… правильно. Будто пазл, который всё это время лежал разобранным, вдруг сложился в цельную картину.
— Понятно… — выдохнула я, переваривая услышанное. — А про какую задачу вы говорили? Вы так и не рассказали.
Верховный бог усмехнулся — тепло, почти по-отечески.
— А ты так и не сказала, как тебе новые способности? — передразнил он меня, и я невольно фыркнула. Какое чудное сверхсоздание. Боги, оказывается, тоже умеют дразниться.
— Шикарные! — честно выпалила я, чувствуя, как внутри разливается тёплая волна гордости. — Но контролировать их тяжело. Тяжело не выходить за рамки человека.
— А тебе и не надо их контролировать, — перебил он мягко, но твёрдо. — Эти способности я дал тебе не для самоконтроля. А для того, чтобы ты могла использовать их в своей войне против Демонов.
Я замерла.
— Ты же задумала переворот. Ликвидацию верхушек.
Это был не вопрос. Утверждение.
— Да. — ответила я, глядя ему прямо в глаза. В этом не было смысла врать.
— Тогда слушай. — Он подался вперёд, и я почувствовала, как воздух вокруг наэлектризовался. — Для этого надо создать новую личность. Неуловимую. Абсолютно не похожую ни на кого. Пока Ашер будет играть твою роль, ты будешь из тени делать то, что задумала. Твоя магия будет в корне отличаться от твоей обычной. Таким образом, на тебя не падут подозрения.
Он сделал паузу, и я физически ощутила, как сила наполняет воздух вокруг нас.
— Я ещё усовершенствую твою магию ветра и воды. Тогда тебе не будет равных! — В его голосе зазвенел металл. — Ты должна стать их кошмаром. Их палачом.
По коже побежали мурашки. Не от страха — от предвкушения. От осознания, что вся моя боль, все потери, вся ненависть к этим тварям — всё это было не зря.
— Хорошо. — Я кивнула, чувствуя, как в груди разгорается холодное пламя решимости. — Но какая моя конечная цель?
Танатос смотрел на меня долго, очень долго. А потом начал перечислять — спокойно, будто зачитывал список покупок, но каждое слово врезалось в память раскалённым железом:
— Задача следующая. Не дать Главе храма найти пушку Юпитера. Иначе магические существа обречены. Свергнуть «псевдо» правителей с престолов и вернуть законным владельцам. Уничтожить Храм. Избавить мир от захватчиков. Вернуть Асуре его былую мощь. — Он сделал паузу, и голос его потеплел. — Прожить человеческую жизнь с Айном в любви и согласии. Родить ему наследников, что унаследуют твою волю. А на смертном одре отдать свою душу Асуре и стать его вечной спутницей.
Тишина. Гулкая, звенящая.
— То есть моя душа не попадёт в круг перерождения? — спросила я, чувствуя, как внутри всё холодеет от осознания масштаба сказанного.
— Нет. — Тантос покачал головой, и в его глазах блеснуло что-то похожее на нежность. — Ты станешь супругой бога.
Супруга бога. Слова эхом отдавались в голове, не желая укладываться в сознании. Я — обычная девушка, которая ещё недавно боролась за выживание, — стану женой бога войны?
— Ясно… — выдохнула я, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Вы мне так доверяете? А если я предам?
Вопрос вырвался сам собой — может, от страха перед такой ответственностью, может, от неверия, что кто-то может настолько верить в меня.
Он улыбнулся. Спокойно, мудро, чуть печально.
— Не сможешь. Твоя судьба уже предначертана. Тебе осталось просто идти по своему пути.
На этих словах что-то толкнуло меня в грудь.