Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 13 из 123

Принц прилег рядом, обнял и прижал к себе девушку, его захлестнула волна всепоглощающего счастья, он слился воедино с ее телом, передавая свою силу и жар. Наполняя теплом, лаская, даря нежность каждой клеточке ее тела. Дыхание Ясинии сразу успокоилось, с лица сошли строгость и заносчивость, на щеках выступил румянец, алые пылающие губы слегка приоткрытого ротика манили, поднимали из недр дракона до сих пор неведомые чувства. Он еле сдержался от порывов, чуть коснулся губами ее лба и, почувствовав жар, нахмурил брови.

Наследный принц резко открыл глаза, понимая, что этот сон был слишком явным. Он встал, быстрым движением руки выпустил заклинание и оказался уже полностью одет. Выйдя из комнаты, прошел по коридору, завернув за угол, остановился, прислушиваясь к себе. Быстрым шагом направился в том направлении, где совсем недавно его душа, слившись воедино с сущностью, пыталась спасти девушку. Открыв тихо дверь, вошел в комнату и замер, любуясь красотой Ясинии.

Сон был вещим, да и сон ли это был, он не стал задаваться вопросом. Девушка лежала вся раскрасневшаяся, ее голова металась по подушке, лицо раз за разом искажалось от болезненной ломоты тела. Черные волосы лежали в беспорядке, лоб был полностью покрыт капельками пота от жара. На ее руках, шее и подбородке то и дело выступали голубые маленькие чешуйки, на миг замирали и медленно, с неохотой исчезали под кожей.

Девушка, пытаясь бороться с болезнью, старалась принять свою истинную ипостась, но, наверное, из-за большой температуры и слабости, ей это не удавалось, и она еще больше теряла силы. Ясиния была в беспамятстве и могла в любой момент умереть из-за большой потери жизненного потенциала.

Дракон подошел к кровати, раскинув пальцы над девушкой, зашептал заклинания. С его рук полилась золотая энергия, присущая только драконам королевских кровей. Она бережно окутала тело девушки, создавая плотный золотой исцеляющий кокон. Принц наблюдал, как ее тяжелое дыхание постепенно выравнивается, как ее лицо медленно расслабляется, отступает болезненный спазм, уступая место умиротворению.

Сакран еще постоял некоторое время, развернувшись, вышел. Душа рвалась на части от тоски и расставания, ему хотелось рушить этот мир, бросаться на горы от отчаянья, раз за разом врываться в твердый камень своим телом — до тех пор, пока не наступит покой. Старший наследный принц отдал бы все, лишь бы истинный дух признал Ясинию его истинной парой, но дух молчал, оставив принца наедине с его душевными терзаниями.

Желание быстрей покинуть замок мутило разум. Но покидать дом, который принял так радушно — это было бы неприлично.

Принц прошел в гостиную и встретился с взволнованным и удивленным взглядом хозяина дома.

— Так рано?

— Да. Дела. Спасибо за гостеприимство. Рад был познакомиться с вами и вашей дочерью ближе. Не хотелось покидать ваш дом с плохими новостями, но, к большому сожалению, ваша дочь немного простыла.

Ревель вскинул голову, в глазах его скользнули боль и растерянность, он быстрым шагом направился к выходу.

— Простите за вмешательство, я окутал ее золотым коконом.

Граф замер и поднял на принца полный недоумения и удивления взгляд.

— Я не прикасался к вашей дочери, не беспокойтесь, и не советую воздействовать на нее сейчас магией, это ей не поможет. Кокон сам исчезнет, когда полностью восстановит ее. Передайте Ясинии, — задумался принц, — а хотя… ничего не передавайте, лучше оставить все как есть.

***

Старший наследный принц вышел из дома и остановился на крыльце, окинул взглядом горы. Посмотрел на ползущий с них холодный липкий туман, который стлался серым тяжелым покрывалом над поверхностью озера. Ему казалось, что его душа сейчас тоже подобна этому мокрому и тягучему туману. Он рванул ввысь, на ходу совершив оборотничество, рывком вошел в серое марево, разбивая взмахом своих больших черных крыльев холодную липкую взвесь.

Дракон бил, рвал в клочья тонкую нить связи с единственной и самой дорогой на свете. И как бы в упрек за поспешное бегство — у него перед глазами стояло ее лицо, на котором замерла печаль, а черный зрачок на желтой радужке глаз поблескивал тоской. Одинокая слеза, скатившаяся по ее щеке, совсем опьянила разум старшего принца. Издав крик, раздирающий тоской и мукой, прокатившийся эхом по горам, дракон взмыл в небо. Летя подальше от манящего тела Ясинии, подальше от жгучего желания сорвать все запреты. Схватить, унести в уединенное место и сорвать цветок невинности хозяйки замка.

Вот чтобы не наделать этих глупостей, принц рвал облака своими крыльями, подставлял разгоряченное тело потокам прохладного воздуха, но ничего не помогало остудить желания.

Лишь через четверо суток полета, когда тоска по девушке совсем замутила разум, когда разлука стала совсем невыносима, Черный дракон рванул ввысь и, сложив крылья, полетел вниз. Его могучее тело разрывало сплошные плотные потоки воздуха, разбрасывало по небу мягкие белые облака, оставляя после себя голубой небосвод, покрытый белыми хлопьями пуха.

Его внутренняя сущность вынырнула из мрачных оков тоски и, тихонько дотронувшись до разума принца, вымолвила: «А может, ты ее не вылечил?»

Сознание окатило жаркой волной страха, Черный дракон расправил крылья и завис в нескольких метрах от земли. Медленно опустившись, коснулся лапами зеленой травы, спрятав голову под черным могучим крылом, и провалился в сон. Сон был глубоким и тяжелым, таким же, как и сознание принца. Он, слившись с серыми холодными камнями горы, наблюдал, как на той стороне озера на берегу сидела Ясиния. Положив голову на колени, она смотрела на игру небольших волн, ударяющихся о берег. Печальный взгляд ее глаз цвета сумрачного неба излучал тоску, в них погас лучистый свет. Старший принц увидел, как ее плечи поднялись от тяжелого вздоха и долго не спешили опускаться.

— Ясиния!

Девушка, не отреагировав на окрик отца, молча смотрела пустыми глазами на волны.

Граф спешил к своей дочери, его взгляд скользил по ее опущенным плечам, а сердце обливалось кровавой болью. Когда дочь проснулась после болезни, он сразу понял, что его крошка стала другой. Ее глаза лучились светом счастья и любви всего лишь несколько мгновений. И вмиг потухли, когда она узнала, что гость уехал, не попрощавшись с ней.