Страница 12 из 81
Глава 11
Рэйя слышала всё, что происходит вокруг, но не могла пошевелиться. Даже веки не поддавались. Она словно была заперта в собственном теле, наблюдая за миром сквозь мутную пелену.
А этот глупый герцог… Он пододвинул свечи ближе к кровати и разожёг и без того жаркое пламя в очаге. Мерзавец понятия не имел, что своими действиями лишь ускорял её гибель.
Жар обволакивал Рэйю, высасывая последние крохи сил. Если так пойдёт и дальше, ей действительно настанет конец. Энергия утекала стремительно — её не осталось даже на робкий жест, не то что на взмах руки, способный заставить хоть один предмет в комнате сдвинуться с места.
У всякой фейри есть дар, и Рэйя не была исключением. Она умела передвигать предметы силой мысли, особенно легко это давалось с чем‑то деревянным. Но этот дар никогда не подчинялся ей полностью. Всё из‑за крови: мать была чистокровной фейри, отец — лишь наполовину. Значит, и в Рэйе‑Оррен текла людская кровь, ослаблявшая её силу.
Она могла двигать предметы, но не умела менять их суть и форму, как это делала мама. Сейчас, если бы у неё получилось хоть что‑то, Рэйя непременно выбила бы кресло из‑под ненавистного герцога. Как он смеет спать, пока она тут умирает⁈
Вульфхарт храпел, будто у него не было ни единой заботы в мире. Рэйе хотелось выжить хотя бы для того, чтобы преподать ему урок.
«Посмотрим, что ты скажешь, — мысленно бросила она вызов, — когда я обрушу все деревянные балки в замке тебе на голову! Сможешь ли найти и этому „разумное“ объяснение? Или твоя самоуверенность рассыплется в прах?»
В попытке помочь себе Рэйя напрягла разум и обратилась к единственному другу, который у неё когда‑либо был. Мысленно, конечно же.
«Сильва, прошу, помоги»,
— послала она призыв в темноту, в пространство между мирами.
Огромная тёмно-серая волчица наверняка не находила себе места, не понимая, куда делась Рэйя. Должно быть, она бегала среди болот и пустошей, обнюхивала следы, кружила по опушкам и поднимала морду к луне — призывала подругу вернуться. А Рэйя лежала тут, во власти глупца, недостойного своего славного имени.
«Пожалуйста, Сильва
, — повторила Рэйя, посылая свои мысли в эфир. —
Я умираю. Мне… нужна… помощь».