Страница 39 из 125
«Почему мы все собрались здесь?» – задался он про себя вопросом, в глубине души уже зная ответ. Мистеру Джеймсу и мистеру Ши удалось навести справки о Койне – и они намеревались объявить правду. Койн будет задержан, а Ройсу сообщат, что его услуги больше не требуются. Его работа здесь была настолько небрежной, настолько неоспоримо халатной, что он может получить выговор из Атланты, когда его фиаско грохнется на стол к начальству кипой неприглядных, но объективных фактов.
Никаких больше заданий в этом регионе!
Будь он участником дикого игрового шоу, этаким лихим парнем на родео, то звон колокольцев, мигание лампочек и махание флажками уже объявили бы о его самом ярком выводе. Итак, каков приз?
– Берите бокалы, ребята. Я проведу для вас экскурсию. Вам непременно стоит глянуть на местный зимний сад. – Мистер Джеймс встал и поманил их за собой, следуя к одному из боковых проходов.
– Ну ни фига себе! Зимний сад? – вопросил Койн с едва заметной долей сарказма. Это его добродушное притворство, как уже выяснил Ройс, неизменно производило впечатление на начальство и потенциальных любовниц.
Мистер Ши прикрыл рот рукой и сказал Ройсу вполголоса:
– Не делай вид, что ты слишком впечатлен. Это всего лишь атриум – и он примерно такой же дерьмовый, как и все остальное в этом месте.
Ройс закурил сигарету, не зная, радоваться ему или огорчаться из-за того, что все его труды вот-вот будут вписаны в колонку «зряшные расходы». Он протянул сигарету Койну, затем поднялся, чтобы последовать за мистером Джеймсом и мистером Ши. Они прошли чередой тусклых, неухоженных коридоров, украшенных всенепременными папоротниками в горшках, безвкусными натюрмортами и безжизненными, выцветшими полотнами маринистов. За дверями без табличек таились темнота и пустота – Ройс чуял это нутром.
Атриум, как и пообещал мистер Ши, был обычным. Дождь с шипением барабанил по потрескавшимся и истертым плиткам вогнутого пола и собирался в лужу. Комары жужжали в ушах Ройса, злобно кусали его за шею. Он пытался остаться сухим, прячась в тени колонн из белого мрамора. Мистер Джеймс тем временем втолковывал Койну:
– Когда-то этой землей владел один канадец, чье семейство неплохо так зарабатывало на текстильной промышленности. Японский консорциум приобрел это предприятие в… гм, в каком году это было? В девяносто пятом или девяносто шестом?
– В девяносто шестом, – сообщил мистер Ши. – Якудза купили это дело. Одному богу известно, что происходило у них в подсобных помещениях, а? – Он выразительно провел ребром ладони по горлу.
– Какие еще, на хрен, якудза? – Мистер Джеймс скривился. – Якудза не промышляют ничем за пределами Японии. Это были какие-то другие черти. Узкоглазые с Окинавы.
– Похоже, это отличное место для второсортного досуга, – заявил Койн.
– Точно! – Мистер Джеймс проткнул воздух перед собой тлеющим кончиком сигареты. – Даже если кто-то из клиентуры начнет буянить, все это легко уладить…
– А зимой в отеле никто не останавливается, так что никто не услышит ничьих криков – хоть во все горло вопи! – добавил мистер Ши.
Мистер Джеймс провел их через атриум по крытой аллее. Та вела в сад. В саду их встретили песчаная яма, обсаженная кустарником, пруд с карпами и несколько мраморных скамеек. В пруду покачивались деревянные планки, и Ройс подумал, что это, должно быть, такая ловушка для карпов. С трех сторон участок был огорожен бамбуком, а за ним смутно виднелись очертания стены. Мужчины остановились на краю сада под навесом.
– Готорн, я хочу поблагодарить тебя, – обратился к Ройсу мистер Джеймс. – У меня сложилось впечатление, что ты зря тратишь наше время и деньги на эту свою охоту на бекасов…
– Да, мы решили, что ты приехал просто ради шлюх, выпивки и бесплатной квартиры, – со смехом подхватил мистер Ши. – Извини, дружище. Не обижайся на нас, у нас в бизнесе вечно отираются тунеядцы и дармоеды. Думаю, ты понимаешь, о чем речь.
Ройс был уверен лишь в одном – ему сейчас
ничего
не понятно. Он оглянулся на Койна, вполглаза следя за его реакцией.
– Да, – произнес он – просто чтобы не молчать.
– Но при всем том, Готорн, вывести нас на эту девицу… блестящая работа! Тонкая…
– Исключительно тонкая, – подхватил мистер Джеймс.
– Да, тончайшая, – не унимался мистер Ши. – Вообще, можно было сообщить нам обо всем прямым текстом. Но, в конце концов, кто мы такие, чтобы учить непревзойденного профессионала делать свою работу?
– Вот именно! – Мистер Джеймс отшвырнул пустой бокал в кусты.
Койн молча переводил взгляд с одного лица на другое. Он смотрел вопросительно, как человек, пропустивший в последней шутке всю соль.
– Ройс, о чем разговор?
– Не бери в голову, – ответил Ройс. На его лице застыла пустая улыбка. Он
все еще
не понимал, что тут творится. Он инстинктивно отошел от мистера Ши и мистера Джеймса на шажок, пытаясь определить, в каком из темных углов притаились головорезы в бушлатах.
– Что это там? – встревоженно спросил Койн, вглядываясь в прудик в глубине сада. В воде что-то плескалось и трепыхалось, и планки-деревяшки качались на легких волнах.
– Ты красиво ее окучил, – сказал мистер Ши Ройсу. – Для нас вообще загадка, как ЦРУ выпустило ее из своего курятника…
– Но это мы еще выясним, – подхватил мистер Джеймс. – И выведаем, от кого шла к ней вся информация.
Мистер Джеймс многозначительно взглянул в спину Койну. Тот подошел к пруду и стоял, во все глаза глядя в воду.
– Она просто курьер. Нам еще предстоит докопаться, кто тот иуда, что обчистил наши карманы.
– Только погляди, какая работа! – Мистер Ши вручил Ройсу кипу весьма разномастных удостоверений государственного образца. Почти все они обгорели и оплавились, и надписи на них еле-еле читались; фотографии под пятнами копоти и слоями обугленного пластика угадывались с большим трудом. Но Ройс моментально признал эти ксивы. – Эта шлюхенция – самый натуральный Лон Чейни
[9]
[Лон Чейни (1883–1930) – американский актер, режиссер, сценарист и гример немого кино. Прославился способностью до неузнаваемости изменять свою внешность, благодаря чему получил прозвище «Человек с тысячей лиц».]
. У нее тут бумажки на все случаи жизни. ЦРУ турнули ее из своих рядов шесть лет назад – и с тех пор, похоже, она работает на себя. Мышка юркнула под ковер!