Страница 72 из 73
Петр Антонович в эти летние дни постоянно находился на Лавенсари, возглавляя группу управления. А вот командир РОН прибыл сюда специально, едва узнал, что мы выдвигаемся к острову. Сам захотел лично побеседовать со мной и с Мосяевым до того, как мы перейдем в Ленинград.
— Ну что, товарищи? — Сидоренко, кивком указав нам на стулья, развернул на столе несколько карт. — Приступим к подробностям. Капитан-лейтенант, начнем с вас.
Я взял видавший виды красный карандаш и принялся ставить отметки, четко и по существу сообщая детали похода. Отметил линию «Зееигеля», добавил район, где работал замеченный нами немецкий «минензюхбоот», прочертил направление вражеской морской «магистрали».
— Вот здесь и здесь, — договорил я, — имели контакт с вражескими транспортами. Один из них, идущий под финским флагом, был нами успешно потоплен.
— Еще раз мои поздравления, товарищ Беззубиков, — кивнул Петр Антонович. — Результативный поход, ничего не скажешь. Но стоило ли так рисковать, когд вас уже и так обнаружили финны?
И посмотрел с хитрым прищуром.
— Так точно, товарищ командир дивизиона, — я отвечал не раздумывая. — Основная задача уже была выполнена, добытые сведения переданы радиограммой, а разрешение атаковать противника при контакте нам было дано. Я оценил ситуацию и принял решение.
— И получил результат, — снова кивнул Сидоренко. — Это главное. Далеко пойдешь, Иван Иванович. Ты знаешь, что твоя успешная атака на финскую «Саукко» людей вдохновила?
Я помедлил, переведя взгляд с комбрига на усмехнувшегося Прохватилова и обратно, а Петр Антонович уже продолжал.
— Остальные «малюточники» рвутся в бой, каждый хочет открыть собственный счет. Равнение на Беззубикова — как тебе?
Почувствовал, что краснею, и сумел выдавить только жалкое:
— Рад стараться… — потом мгновенно собрался, прочистил горло и, гордо выпрямившись, отчетливо произнес. — Служу Советскому Союзу!
— Ладно, не скромничай, — комдив улыбнулся, заметив мое замешательство. — Побольше бы нам таких парней, кто успел раскрыться… А кто-то ведь не успел.
Петр Антонович задумчиво замер, в моей голове тоже роились мысли. Вспомнился почему-то один из первых командиров «Малютки» М-77, старлей Николай Хлюпин. В июле прошлого года его разжаловали за пассивность в сухопутные части, и он пропал без вести уже в сентябре в боях за Ленинград. Ведь та же самая участь могла ожидать и Беззубикова, только его пронесло, командование дважды давало ему шанс наконец проявить себя. И потом я как раз очутился в его теле. Комдив сейчас, скорее всего, и имеет в виду незавидную судьбу парней вроде Хлюпина, кто не смог сразу пересилить себя, и тех, кто просто пал раньше времени от вражеской торпеды или глубинной бомбы.
— Командиров толковых много, — прогудел Прохватилов. — Шансы в этой кампании проявить себя есть у всех. Тем более когда перед глазами отличный пример.
— Лично я с Беззубиковым куда угодно пойду, — добавил Коля Мосяев. — В нем я уверен. Надежный командир.
— Вот и отлично, — подытожил, придя мне на помощь комдив. — Иван Васильевич?
Прохватилов кивнул и обратился к своему подчиненному.
— Давай, Коля. Твоя оценка проведения операции?
— Взаимодействие с экипажем подлодки дало отличный результат, — принялся докладывать Мосяев. — Переход к точке высадки, десантирование и последующая эвакуация прошли согласно плану, если не считать последующую попытку финнов перехватить нас. Оборудование, экипировка — все показало себя при выполнении задачи с лучшей стороны.
— Разведданные уже ушли наверх, — напомнил комдив. — Может, у вас есть еще что добавить?
Я еще раз проникся глубоким уважением к разведчикам, которые умудрились на кишащем финнами острове наладить радиосвязь и передавать сведения о противнике прямо у него под носом. И еще ощутил гордость: ведь мы провернули вылазку на Гогланд за год до похожей операции флотского разведчика Эйно Рется с группой десантников, которых доставила на остров М-96 под командованием Николая Карташова, сменившего ушедшего на С-13 Сашу Маринеско. Часть разведчиков тогда были схвачены финнами и расстреляны после пыток, а у нас обошлось без потерь. И хочется верить, что добытое нами будет использовано с умом.
— Если интересна общая оценка, — подумав, ответил Мосяев, — то я бы сказал, что финны серьезно укрепляют остров. С юга, как считает враг, остров надежно прикрыт минными постановками, потому-то нам и удалось высадиться незамеченными. Но с востока противник явно ждет нашей атаки: примерно в полусотне метров от кромки воды берег укреплен проволочным заграждением. Вдобавок на восточном склоне вот этой высоты, — он показал на карте, — имеются блиндажи. И то, и другое задержит продвижение высадившегося десанта. Еще мы заметили не только реальные артбатареи, но и деревянные макеты, намеренно плохо замаскированные от наблюдения с воздуха.
— Разумно с их стороны, — нахмурился Прохватилов. — Рассчитывают, что наши бомбардировщики напрасно положат ценные боеприпасы на ложные цели, а реальные пушки останутся без внимания.
— Что по судам противника? — лицо нашего комдива также быстро стало серьезным.
— За время нахождения на острове мы не раз наблюдали движение по Западному Гогландскому плесу. Тральщики, самоходные баржи под финскими флагами. Встречались и сторожевые катера с солдатами на борту. Но самое интересное… — Коля перевел взгляд на меня, потом продолжил. — Движения вдоль Восточного плеса замечено не было, финны благоразумно ходят под прикрытием «Зееигеля» и островного гарнизона вдоль западного побережья. Однако на восточном берегу у воды мы заметили макеты судов.
— Обманки, — добавил я, зная об этом еще из рассказов Мосяева во время перехода. — При наблюдении с дальней дистанции их легко можно принять за реальные суда и атаковать. Потратить торпеды и заодно обнаружить себя.
— Что ж, — Петр Антонович задумчиво покачал головой. — Положение не очень хорошее, зато нам многое стало известно. Проще станет планировать новые операции и не распылять силы на ложные цели. Объявляю вам, товарищи балтийцы, свою благодарность.
— Служим Советскому Союзу!
— Иван Иванович, — комдив повернулся ко мне. — Готовьте «Малютку» к переходу на базу в Ленинград.
— Есть! — я отдал честь и, получив разрешение покинуть расположение группы управления, выдвинулся вместе с Колей к своим морякам.
А по пути думал, что если Гогланд вернется к нашим на пару лет раньше, это будет крутой поворот в войне.