Страница 32 из 56
– Это ты всегда на виду.
Ханасиро тихо рассмеялась. Мне стало немного спокойнее.
Потом мы болтали о всяких пустяках. О любимой манге, книгах, еде – таких незначительных вещах. Время в гостях у Ханасиро текло медленно, словно густой мед.
– На самом деле, у меня есть родители.
К этому признанию она перешла после истории об одной старой компьютерной игре.
– Я не соврала, что их нет здесь… но все же извини, что ввела в заблуждение. Мои отец и мать живут в Токио. Они очень строгие, и, похоже, мой строптивый характер оказался для них непосильной ношей. Поэтому в качестве «перевоспитания» меня сослали сюда, к тете.
– «Сослали», говоришь? – я криво усмехнулся.
– Кажется, сейчас это универсальное слово.
Я усмехнулся, поскольку наш город все-таки нельзя было назвать глухой провинцией, куда отправляют в ссылку, но это не имело значения.
– Я испытывала глубокую неприязнь к обоим – и к матери, и к отцу. Меня раздражало их слепое преклонение перед заурядной работой и презрение к тем, кто стремится к своей мечте, несмотря на все трудности. Но когда я услышала, что они отправляют меня в Кодзаки, это стало настоящим потрясением. Как бы я ни пыталась их презирать, в глубине души осознавала, что не могу ненавидеть их всей душой. Правда же, глупо?
В голосе Ханасиро звучала горькая усмешка.
– С этим чувством никчемности я приехала в Кодзаки и почти опустила руки. Я и раньше дралась, но чтобы парень ударил меня по лицу и пнул в живот – такое впервые, и тогда я едва не расплакалась. Но потом… – продолжила Ханасиро, – …появился ты, Тоно… Помнишь, что ты ответил, когда я сказала, что у меня нет родителей?
– Кажется, что-то вроде «здорово»?
– Верно. В твоем ответе не было ни злобы, ни жалости – ты был так естественен. В тот момент я подумала: «О, этот человек уже на шаг впереди меня в этой жизни». Я пошла за тобой после уроков именно поэтому – хотела понять, почему ты так сказал.
– …Теперь понятно.
– Возможно, это прозвучит странно… может, даже неуместно, но я восхищалась тобой. Обычным, но в то же время необычным Тоно, у которого была своя история.
Ее плечо коснулось моей руки.
Аромат был настолько сладким, что у меня закружилась голова.
– Эй, Тоно. Посмотри на меня.
Я медленно повернулся к Ханасиро.
Раскрасневшееся лицо. Сияющие глаза. Влажные губы.
Она сглотнула.
– Тоно, ты мне…
– Ханасиро, – оборвал я ее. Возникло противное чувство, будто отрубаешь голову живой рыбе.
– Что?..
На ее лице мелькнуло недовольство.
Я спросил прямо:
– Ты рисуешь мангу?
На лице Ханасиро отразилось полное недоумение.
«Неужели я ошибся?» – мелькнула тревожная мысль. Но мои опасения оказались напрасными.
– Что?.. Как…
Ханасиро затряслась, ее рот беспомощно открывался и закрывался, как у рыбы на воздухе. Ее раскрасневшееся лицо пылало еще сильнее, а глаза стали круглые как блюдца. Шок, смущение, растерянность – все эти яркие эмоции нахлынули на нее разом.
– Почему…
Все еще не в силах поверить, Ханасиро искала ответ у меня.
– Я увидел конверт, когда брал мангу. Мне стало интересно, что это, и я заглянул внутрь. Там лежали бумаги. Это же оценочный лист, да? Его присылают, когда отправляешь работу на конкурс.
Сдавленно вскрикнув, Ханасиро вцепилась в меня. Из-за близкого расстояния я не успел увернуться, меня прижали к полу.
– Зачем ты посмотрел?!
Усевшись на меня верхом и дрожа всем телом, Ханасиро допрашивала меня. От резкого движения бретелька ее топа соскользнула с плеча, обнажив часть нижнего белья. Я поспешно отвел взгляд.
– Просто стало интересно…
– Ч-чужое смотреть без спроса нельзя!
– В этом я виноват, прости. Но не надо так смущаться.
– Я вовсе не смущена! Я в ярости!
Она разозлилась гораздо сильнее, чем я предполагал…
– Кстати, судя по отзыву, работу высоко оценили. И сюжет мне показался интересным, даже прочитать захотелось.
– Что?
Ее руки, которые трясли мои плечи, внезапно замерли.
Я выбрался из-под Ханасиро, и мы оказались друг напротив друга.
– На столе такой беспорядок, значит, ты и сейчас рисуешь? Я хочу увидеть твою мангу, Ханасиро.
– Нет, она еще не готова…
Ее голос звучал так тихо и неуверенно, что трудно было поверить, что всего минуту назад она была в гневе. Наблюдать за этим довольно забавно.
– Раз отправляла на конкурс, значит, хочешь стать мангакой? Тогда мнение со стороны очень важно. Я дам обратную связь.
– Слишком стыдно…
Нужно надавить еще совсем немного.
– Но я так хочу посмотреть! Мечтаю увидеть творение мастера Ханасиро! Я даже заплачу, если нужно, только покажи!
– М-м-м…
Реакция неоднозначная.
Трудно сказать, обрадовалась она или расстроилась.
Ханасиро подползла к столу, вынула из ящика пачку бумаг и, протягивая ее мне обеими руками, словно вручая почетную грамоту, произнесла:
– Это… самая свежая из готовых работ. Можешь посмотреть, если интересно.
– Правда можно?
– Т-только не жди ничего особенного. По сравнению с работами профессионалов это просто детский лепет…
– Я посмотрю.
Я с почтением принял стопку листов, скрепленных зажимом.
Рисунок на обложке, на мой взгляд, весьма неплох. На первый взгляд, он ничуть не уступал работе профессионала.
С такой обложкой и содержание должно быть стоящим. Я принялся за чтение.
Между нами повисло молчание. Гул кондиционера внезапно стал казаться невыносимо громким.
Пока я читал, Ханасиро не находила себе места. Она накручивала волосы на палец и ерзала. Эта ее новая, нервная сторона привлекала внимание, и я, переворачивая страницы, украдкой поглядывал на нее, пока она не сделала мне замечание: «Читай внимательнее!» Я тут же извинился и сосредоточился на манге.
Мангу я закончил меньше чем за пять минут.
Похоже на научную фантастику. Действие происходит в мире после гибели цивилизации, где одна уцелевшая девочка путешествует по свету в поисках других выживших.
– Ну… как? – робко поинтересовалась Ханасиро дрожащим от напряжения голосом и села, поджав под себя ноги.
Я решил быть откровенным.
– Это невероятно интересно!
Размахивая листами, я восторженно продолжил: