Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 31 из 56

Прежде всего, цель была слишком размытой. Если бы у нас был конкретный пункт назначения, мы бы шли к нему. Но поиск объекта, находящегося неизвестно где и выглядящего непонятно как, требовал методичного изучения местности, чтобы ничего не упустить, и это оказалось изматывающим и бессмысленным занятием. Сначала мы с Ханасиро были настроены как на сложный высокогорный поход, но после нескольких паутин в лицо и почти падений разговоры утихли, и в итоге мы чуть не заблудились, забыв дорогу назад.

К тому времени, как мы вернулись к туннелю Урасима, наш вид был поистине жалок.

Снимая с волос прилипшую паутину, Ханасиро виновато сказала:

– Это было слишком опрометчиво…

– Я тоже должен был лучше все спланировать… Сейчас только три часа, но, может, на сегодня хватит?

– Да. Так хочется в душ…

Мы двинулись в обратный путь.

Поднявшись по лестнице, мы вышли к железнодорожным путям. Тут я обратил внимание на одну вещь.

Я похлопал по карману. Ожидаемого предмета не было на месте. Засунув руку внутрь, я убедился, что карман и правда пуст.

– Что такое?

– Кажется, ключ от дома потерял.

– Это ничего страшного?

– Ну, запасной есть дома, так что все в порядке… Просто теперь надо где-то убить время до вечера…

До вечера, а если точнее – до возвращения отца с работы. В выходные он приходит раньше, так что попасть домой я смогу часов в восемь.

– Тогда, может… – начала Ханасиро, и голос ее прозвучал чуть выше обычного. Она покраснела – то ли от солнца, то ли по другой причине. Помолчав, она нерешительно продолжила:

– …Зайдешь ко мне?

Ханасиро жила в многоквартирном доме, который располагался недалеко от центра.

Пройдя дверь с домофоном, мы попали в коридор, в котором было очень чисто. Признаться, даже в сравнении с домом, где жила Кавасаки, этот выглядел просторнее и гораздо опрятнее.

Я остановился у одной из дверей.

«Наверное, это здесь», – подумал я, но, взглянув на табличку, увидел совершенно другую фамилию – не «Ханасиро».

Точно, у нее ведь нет родителей.

Я вспомнил ее признание в тот день, когда она поколотила старшеклассника. Хорошо, что не пришлось спрашивать.

Ханасиро открыла дверь, и я, следуя за ней, ступил в прихожую. Тут из комнаты рядом показалась женщина лет пятидесяти. Ее тронутые сединой волосы были собраны в пучок, а в руке она держала холщовую сумку для покупок. Кажется, она как раз собиралась в магазин.

– Я вернулась, – сказала Ханасиро.

Мне показалось странным, насколько формально она обращается к женщине, но я тоже поклонился и поприветствовал ее.

– У Андзу… появился друг?

Женщина с удивлением посмотрела на меня. Потом вдруг спохватилась и прикрыла рот рукой – Может, мне приготовить вам чай?

Ханасиро тут же замотала головой.

– Не стоит. Лучше сходите за покупками.

– Ну что ж, раз ты настаиваешь… Тогда я пойду.

Женщина прошла мимо меня и вышла из квартиры.

– Иди сюда.

Я последовал за Ханасиро по коридору.

– Это моя тетя, – как бы отвечая на мой немой вопрос, она стала объяснять. – Ее муж умер два года назад, а дочь уже живет отдельно. Так что сейчас мы вдвоем. До моего переезда к ней мы почти не общались, поэтому и сейчас продолжаем сохранять формальность.

– Ясно…

– Заходи.

С ее разрешения я вошел в комнату в конце коридора.

– Подожди здесь минутку.

Она поспешно вышла и вскоре вернулась, держа в руках полотенце для рук и стакан.

– Держи, влажное полотенце и чай.

– Спасибо.

– Я сейчас в душ. Можешь освежиться и подождать здесь.

Нажав кнопку на пульте, чтобы включить кондиционер, Ханасиро снова покинула комнату.

Я остался в полном одиночестве.

Сначала я сел на пол, подогнув под себя ноги, и отпил чай. Потом, вытирая лицо и шею влажным полотенцем, я принялся осматриваться.

Первым в глаза бросался огромный книжный шкаф во всю стену. На полках вперемешку стояли самые разные книги – от карманных изданий до манги, рассортированные по издательствам.

Характер владельца чувствовался даже в этом.

Взгляд сам собой упал на письменный стол. Идеальный порядок в комнате резко контрастировал с творческим беспорядком на его поверхности.

Книги лежали небрежной стопкой, и повсюду рассыпаны крошки от ластика.

Комната была непримечательной, скромной и очень похожей на ту, в которой жила Кавасаки. Может, так сейчас и живут многие девушки? Или же это у меня сложилось ошибочное представление, как должны выглядеть их комнаты?

Я закончил обтираться и не знал, что мне делать. Сидеть без дела в такой обстановке неловко. Даже попытка отвлечься и ни о чем не думать разбивалась о сладковатый, характерный для комнаты девушки аромат, витавший в воздухе и мешающий сосредоточиться.

Чтобы чем-то занять себя, я решил почитать мангу и подошел к книжному шкафу. Вряд ли она будет против, если я одолжу один томик.

Я сразу заметил мангу, которую давно хотел прочесть, и взял именно ее. Когда я вытянул том с полки, одна вещь привлекла мое внимание.

Между выстроившимися в ряд томами манги и полкой был зажат конверт – будто его намеренно там спрятали.

Поддавшись любопытству, я потянулся к нему. На конверте красовались логотип и название издательства. Он был уже вскрыт.

Без разрешения читать чужие письма, конечно, не стоит. Я уже хотел вернуть его на место, но вдруг остановился.

«Кажется, это то самое издательство…»

Тут в памяти всплыла сцена, когда мы с Ханасиро вошли в туннель Урасима.

…Неужели Ханасиро…

Любопытство и чувство вины вступили в борьбу в моей голове, и с минимальным перевесом верх взяло первое. Я медленно вытащил лежавшие внутри документы.

– …Вот оно что.

Раздался щелчок, и дверь открылась.

– Прости, что так долго… О, это.

– Ага, заняться было нечем. Взял почитать, – я приподнял мангу в качестве объяснения, сидя на полу и прислонившись к кровати. – Не против?

– Вовсе нет, – последовал ответ.

Ханасиро была в домашнем топе и шортах – в такой открытой одежде я ее еще не видел. От одного ее появления мое сердце забилось быстрее. А когда она опустилась рядом со мной, напряжение достигло предела.

Я отложил мангу на столик и, стараясь избежать неловкого молчания, заговорил с ней:

– Не знал, что ты и мангу читаешь.

– Читаю. Это удивляет?

– Пожалуй. В школе ты обычно с книгами.

– А ты наблюдательный.