Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 60 из 65

Глава 30

Глава 30

Всё закончилось. И надежда на то, что будет новый виток, улетучилась, когда началась вторая неделя существования в моём родном мире.

Здесь ничего не изменилось. Всё такое же серое, хмурое, люди унылые, не знающие, что бывает одежда оранжевого цвета.

Холодный ветер дует в лицо, но я почти его не ощущаю. Как не ощущаю вкуса еды, смены собственных эмоций, присутствия других людей. Мне всё чуждо в этом мире. Даже я сама.

На третий день пребывания дома я с рыданиями обрезала волосы, сделав себе корявое каре. А сегодня надела красные колготки и оранжевый берет. И вроде должно стать чуточку легче, но нет… Я утоплена. Только моё тело продолжает держаться на поверхности.

На работе всё гладко. Словно я никуда не исчезала. Начальство хвалит, студенты учтиво улыбаются. Вроде так было и раньше, но мне видится, что всё изменилось.

В памяти нет ничего с того периода, пока меня не было, и это настораживает. Вдруг окружающие знают то, чего не знаю я?

Я набралась смелости и поехала к родителям. Меня встретили так радостно, что я почувствовала себя неуютно. Мама со счастливой улыбкой порхает вокруг, папа улыбается с умилением. Они отчего-то радуются, а я никак не пойму, что изменилось. И спросить не решаюсь.

Я вообще приехала к ним для другого разговора. Когда всеобщая радость слегка притупилась, я перешла к цели.

- Мам, можно задать откровенный вопрос?

- Конечно, моя дорогая, - мамина улыбка стала менее счастливой. В уголках губ застыла печаль, а в тусклых глазах тревога.

Все мы уселись на диван перед телевизором. Я вскользь отметила, что у родителей теперь плоский экран. Сколько себя помню, отец заверял, что никогда не выбросит дряхлый ящик, хотя сам без конца его чинил.

- Я хотела спросить, как так получилось, что ты вышла замуж беременной от другого?

- Ох… Леся… Ты об этом… Мы уж подумали, что ты сомневаешься… А я разве не рассказывала тебе? Да и с чего ты взяла, что я была беременна? Мы с папой встретились, когда тебе было восемь месяцев. Я искала работу, но нигде не хотели брать, услышав, что у меня грудной ребёнок. А вот Виталик взял. Я принимала заказы в его мастерской, а ты частенько сидела рядом со мной. То в коляске, то на сиське. Виталик даже помогал с тобой сидеть, если бабуля отлынивала. Вот так у нас закрутилось, а потом он сделал мне предложение.

- Ого… Почему вы мне не рассказывали?

- Хотели, чтобы ты считала меня настоящим отцом, - перехватил папа Виталик. – У нас не могло быть больше детей, и мы хотели отдать тебе всё, что у нас было. Но я зарабатывал настолько мало, что мы всегда жили от зарплаты до зарплаты. Вот только на обучение тебе скопили. И не зря ведь ужимались. Вон какая ты теперь умная. С профессорами иностранными водишься. Конечно, видят такую талантливую, не могут пройти мимо.

- Пап, ну не преувеличивай. Я всего разок на симпозиум в Англию летала.

- Грант привезла, - гордо говорит мама, а я отмахиваюсь.

- Так кто был моим отцом, мам?

Мама опустила взгляд, а когда подняла, посмотрела только на папу, словно извиняясь, что ей приходится об этом говорить.

- Встречалась я с одним парнем. Совсем недолго. Думала, любовь. Доверяла ему во всём. А когда забеременела, его и след простыл. Он иногородний был, и ничего кроме его имени и временного местожительства я не знала. А больше никогда его не встречала. Вот такая простая история, дочка.

- Как ты это пережила, мам? – беру её за руку, уже не сдерживаю слёзы. – Как пережить, если теряешь того, кого любишь? Скажи мне, мам…

- Лесь, ты чего, душа моя? – папа подсел ко мне, обхватил за плечи. – Он тебя обидел? Бросил? Ты только скажи, ух я этому иноземцу… Да я ему…

- Пап, ничего ты ему не сделаешь, - вытираю сопли поданной мамой салфеткой. – Я просто не знаю, как жить дальше. Всё вдруг стало бессмысленным. Даже работа, которая мне всегда нравилась…

- Может, ещё помиритесь, Лесь? Он с виду очень порядочный человек. Вон, даже телевизор подарил. Папа всё отнекивался, а сейчас оторваться от него не может. Пылинки сдувает да будущего зятя нахваливает.

- Зятя? – я икнула и перестала хныкать.

- Он руки твоей у папы просил, - словно о божестве, говорит мама. – Только — тсс… Это секрет. Сделай вид, что удивишься. Он же на неделю всего уехал, а ты уже рыдаешь. Ну-ну, деточка, утри глазки. Всё у вас будет хорошо. Такие мужчины на вес золота. А ты ещё деток нарожаешь.

До следующего дня я ходила в тревожных раздумьях и озиралась каждый раз, когда слышала незнакомый мужской голос.

Родители предельно ясно дали мне понять, что Элесия занималась в моём теле отнюдь не наукой.

Карма настигла меня на второй неделе пребывания в родном теле. Я в это время сидела за столом в пустой аудитории, перебирала сданные студентами тесты.

- Олеся Витальевна, - голос с проникновенной хрипотцой прозвучал так неожиданно, что я вздрогнула. Вяло подняла голову, одарила непониманием стоящего рядом бородатого мужчину. – Я вернулся.

- Что, простите?

- Оформил полный перевод, - радостно, но с акцентом, сообщает незнакомец и раскрывает руки, словно хочет меня обнять. - Теперь работаю здесь. Квартиру пока не подыскал. Можно пожить у тебя?

- У меня? – мой голос предательски пищит.

В защитном жесте притягиваю к груди папку.

- Олесь… Ты что же… Не рада?

Присаживается около стола, кладёт подбородок на угол и смотрит на меня тёмно-зелёными глазами. Седоватая борода сминается и выглядит ещё белее на фоне бордового стола. Мужская ладонь поднимается, тянется к моему лицу, а я отшатываюсь.

- Не может быть… - туго сглатываю и непрерывно качаю головой.

- Может, Лесь. Я переехал в другую страну ради тебя… Ты подстриглась, вижу. Тебе очень идёт.

Мужчина меняет положение тела, становится на одно колено рядом со мной. В его руке красная коробочка, и он открывает её дрожащей рукой. Я не смотрю на кольцо, просто знаю, что там именно оно. Мой взгляд притягивает ладонь, испещрённая венами и морщинками.

- Выходи за меня, Лесь.

Передо мной на одном колене мужчина лет пятидесяти в опрятном костюме, в солидных очках. Такому человеку наверняка тяжело стоять на колене, а он упрямо стоит и ждёт моего ответа.

- Что же ты молчишь, моя девочка? Не ожидала? Или не хочешь?

А я не знаю, что сказать. Этот человек мне абсолютно чужой, но смотрит на меня так, словно я для него важна, словно в жизни нет ничего ценнее.