Страница 46 из 63
Глава №22 Вовка
В голову вонзается пронзительный гудок автомобиля, и я уже собираюсь поругаться на Даню, что опять не закрыл окно. Вечно он со своей любовью к прохладе оставляет окна открытыми, чтобы утром просыпаться от шума. Но затекшее тело, онемевшая шея и запах — такой знакомый, но непривычный для общаги, заставляет быстро распахнуть глаза.
Сквозь пелену сна и размытое зрение я вижу то, что даже во сне не мог увидеть. Кира. Спит рядом, укутавшись в плед. Боже, я что, заснул в машине? Как неловко-то, а. Ещё и накрыла меня, опустила кресло, вот же дурная.
И такая красивая. Господи, ну почему она такая красивая! С неё только картины рисовать, да и то ни один художник не сможет передать это очарование.
Не шевелюсь, чтобы не разбудить, иметь возможность дальше смотреть на неё. И не важно, что нам на учебу нужно, да и вообще мне надо готовиться к дурацким вопросам от друзей. Даня вчера по телефону меня задолбал выпытывать, где и я и с кем, а сегодня будет только хуже. Но я готов. Ради этих минут, когда я могу незаметно для неё смотреть на красивое лицо.
Я начинаю понимать Даню, его одержимость Лерой, желание постоянно быть рядом. Зря я его осуждал и ругался, не знал, что это такое — хотеть быть только с одним человеком. Мы не вместе, но я мечтаю, что вчерашний день будет повторяться по кругу без остановки. Мы снова пойдем пристраивать котят, потом поболтаем в машине, проснемся рядом. И потом заново.
Волосы падают Кире на лицо, и я осторожно, чтобы не разбудить, убираю их. Пальцы касаются кожи, и замирает дыхание. Я не могу дышать, внутри все сжимается от нежности, от дикой потребности поцеловать. Смотрю на розовые, чуть приоткрытые губы, представляя, какие они на вкус. Наверняка мягкие, сладкие, такие, от которых не оторваться.
Что же ты со мной делаешь, Кира? Зачем притягиваешь, если потом все равно оттолкнешь?
Губы Киры трогает легкая улыбка, ресницы вздрагивают, и она пальчиками проводит по носу. Она даже просыпается мило, ярче, чем солнце. Веки приподнимаются и зрачки фиксируются на мне.
— Ты так смотришь, у меня тушь осыпалась? — спрашивает она тихим, сонным голосом.
— Нет, у меня тело одеревенело просто, разогнуться не могу, — вру я
Она улыбается ещё шире и потягивается, скидывая плед.
— Сильно торопишься? — спрашивает, смотря на время. — Мне домой надо заехать переодеться, а потом я тебя до института докину.
— Поехали, — соглашаюсь и отворачиваюсь к окну. — Родители тебе ничего не скажут?
— Да они даже не заметили, что я не ночевала дома, — фыркает она и тут же сжимает челюсти.
— Почему? — удивление на лице и в голосе скрыть не получается.
Кира выруливает на дорогу и кивает своим мыслям.
— У меня сложные отношения с родителями.
Видно, насколько неприятна для неё эта тема. Мне сложно понять её — у меня другая атмосфера в доме, и мама бы уже оборвала телефон, не приди я домой ночевать без предупреждения.
— А хочешь, я с тобой одним папочкой поделюсь? У меня два запасных есть.
Она не сразу понимает, о чем я. Потом слегка посмеивается, расслабляясь.
— У вас классные отношения, — улыбается Кира.
— Классные? — восклицаю громко. — Они зануды и опекуны. Вечно встанут надо мной как два старших брата и смотрят так, будто я у них девчонок отбил.
Мне так нравится, когда она улыбается. В этот момент я завидую Ярику — он видит её улыбку чаще.
Кира привозит нас в элитный район, заезжает на территорию дома, который я только на картинках видел. Большой, дорогой, с огромным количество стекла на фасаде.
— Подождешь? Я быстро.
Я могу лишь кивнуть. Она уходит, а я пытаюсь догадаться, сколько стоят квартиры в этом доме. Наверное, как весь мой город. Рядом стоят дорогущие машины, ходят люди в модных костюмах, и я. Сижу в чужом автомобиле, в дешевой, помятой рубашке и нулем в кармане.
Хотя, вру. Не нулем. Минусом. Макс ещё вчера напомнил, что неделя прошла, пришлось пообещать, что через пару дней отдам. Но почему-то мне кажется, что ничего не изменится за два дня. И тогда я знатно опозорюсь перед друзьями и Кирой. Хуже и придумать нельзя.
Кира возвращается достаточно быстро. В другом костюме, с двумя термостаканами в руках. Неужели она опять решила меня накормить? Как же ей объяснить, что мне стремно?
Открываю ей дверь, и она сразу сует мне в руки стакан. От него приятно пахнет свежим кофе — не так, как от растворимого, который мы пьем с пацанами в общаге. Кира делает глоток и прикрывает глаза, а я снова не могу оторвать от неё взгляд.
— А, вот ещё. — Она лезет в сумку и достает контейнер с бутербродами. Даже, наверное, сэндвичи это вроде называется. — Бери.
Она не предлагает, а настаивает. И я соглашаюсь, потому что больше такая возможность позавтракать вместе вряд ли предоставится.
— Спасибо, — искренне говорю я. — Я настолько худой, что ты решила меня откормить?
Она машинально кидает взгляд на меня, и мне становится совсем неловко.
— Не люблю есть одна, — оправдывается Кира.
Интересно, она догадалась, что я нищий? Так пытался выглядеть в ее глазах крутым, а получилось наоборот. Но какое это теперь имеет значения?
Кира заводит автомобиль и везет нас на учебу. И я понимаю, что нам придется разойтись. Что отличный вечер, плавно перетекший в прекрасное утро, заканчивается. Мы снова будем делать вид, что не знакомы. Я снова буду смотреть на неё украдкой, а она не замечать меня.
Возле института Кира смотрит по сторонам, и становится ещё хуже. Ищет глазами Ярика, чтобы он не увидел меня в машине. Хочу предложить высадить меня подальше, но молчу. Он и так получил слишком многое, обойдется. Это утро мое.
Мы заезжаем на парковку, и весь в своих мыслях я слишком поздно замечаю друзей.
— Черт, — ругаюсь сквозь зубы.
Они совсем близко от машины, и я резко наклоняюсь, пытаясь спрятаться. Кира смеется, привлекая внимание, а я про себя читаю изгоняющее заклинание. Пусть не заметят, пусть уйдут.
За спиной раздается стук в окно. Не шевелюсь, притворяюсь креслом, пока Кира веселится рядом.
— Думаю, они узнали тебя, — говорит она. — И точно не уйдут.
— Скажи, что это не я, — шепчу ей. — Задави их!
Она смеется ещё громче и поворачивает ключ. Двигатель глохнет, и открывается моя дверь.
— Вовчик, — говорит Даня и хватает меня за плечо. — Долго прятаться будем?
— Вы ошиблись, товарищи, — качаю головой. — Закройте дверь с той стороны.