Страница 15 из 156
Черный цвет приглянулся Дурову. Тотем обожал пафос и, когда писал код, включал речи выдающихся ораторов: Муссолини, Мартина Лютера Кинга, Малкольма Икса. Если лепить себе маску, черный цвет идеален: это цвет пафоса, миссии, строгости, проповеди, начальства. Логотип durov.com, книга в золотом сиянии на черном фоне, смотрелся символом масонской ложи. Дуров интересовался масонами, и позже он скажет, что «Мораль и догма» Альберта Пайка стала для него своеобразным нравственным ориентиром.
А пока он стоял перед зеркалом и прикидывал, как выглядит. Черная бейсболка, костюм, туфли, чемоданчик. Это очень просто: не надо париться с выбором одежды, ты всегда выбираешь и носишь черное. Но пока стиль не так важен, людям нужно скорее узнать о форуме, а его творец будет завоевывать доверие уже в онлайне.
Дуров списался с модераторами факультетских форумов, и они начали осваиваться на spbgu.org. Но писали и спорили пока недостаточно, мало скандалов, активность перетекала на новый форум вяловато. Следовало нанести удар и вручить власть тем, у кого ее нет и кто ее жаждет.
Наушники на голове, реальность растворяется, и, как в «Матрице», создается иной мир: шуршат цифры, зеленый двоичный код. Дуров сидит в кресле и рисует афиши форума.
Светлые тона: зеленый, салатовый. Они нравятся юзерам durov.сom больше других. Выделяем адрес сайта. Эта штука перевернет жизнь университета.
«Когда мы выйдем на улицы, мы сразимся за общую цель. Против врага, который у нас один на всех и который не хочет нашей свободы!»
Да, ключевое – свобода. Вот эту плашку вниз – «Без рекламы!». Здесь нет маркетологов. Метастазы общества потребления, порабощающего всех, кто мыслит стереотипами, не дотянутся до нашего мира.
Нет, конечно, не будем забывать про инстинкты: ставим анимешницу наверх, приоткрываем ей декольте, подчеркиваем талию, бедра, ресницы уже прорисованы. Пафос не должен отрываться от земли, от базовых потребностей, иначе его носителя легко затроллить за чрезмерную духовность.
Сам Дуров тоже троллил. Они с Перекопским выписали диск с «Тупым и еще тупее» без дубляжа и субтитров – тотем писал курсовую по англоязычному юмору.
И вот настает время продать форум людям.
Звонит будильник.
(Проснись, Нео.)
Дуров сворачивает плакаты в рулон, берет чемоданчик, натягивает бейсболку.
(Нео выходит из телефонной будки, чтобы принести людям веру в их неограниченные возможности под «Wake Up» Rage Against the Machine.)
Спускается на лифте и видит, что какой-то урод опять поставил машину у подъезда. Приходится ее огибать.
(«Посмотрите в окно, это закат человечества, а будущее за нами, – наставляет пленного Морфеуса его враг, агент Смит. – Я хочу поделиться теорией. Все животные приспосабливаются к среде обитания, но человек не таков. Заняв какой-то участок, вы размножаетесь. Чтобы выжить, вам приходится захватывать все новые и новые территории. Есть один организм на земле со сходной повадкой. Знаете какой? Вирус. Человечество – это болезнь, раковая опухоль планеты. А мы – лекарство».)
Дуров мстит недостойному сыну автомобилизации: вытаскивает из кармана гвоздь, царапает борт и уходит.
Заброшенный аэродром, где он сидел с книгой, начали застраивать, потребительское общество возводит там вавилонские моллы. В маршрутке он не платит, считая, что право студента на бесплатный проезд распространяется и на нее. Если водитель орет: «Кто не передал?!» – встает и выходит.
Через полчаса он у цели. Холл экономфака, где бродят стада студенток со стаканчиками кофе, конспектами, сигаретами. Кто-то болтает по телефону, кто-то вполголоса материт опаздывающего старосту, кто-то сдает в раздевалку пальто. Движение, трафик. Живой трафик, люди, которым сложно создавать связи в жизни.
(«Я знаю, ты здесь. Я знаю, что ты боишься. Боишься нас. Боишься перемен. Я не знаю будущего. Я не могу рассказать тебе, каким оно будет. Но я могу показать тебе, как начать его менять. Я покажу мир без контроля и границ, мир, где возможно все».)
Доступ к трафику лимитирован вахтером. Студбилет филолога на него не действует. Дуров предельно вежлив: показывает афишу, рассказывает про сайт и улыбается, улыбается, улыбается, мысленно посылая привет американцам из бара «Идиот». Это не всегда срабатывает, но вахтер экономфака не слишком подозрителен и впускает человека с чемоданчиком.
Дуров ищет точку, с которой просматривается тусовочный пятачок. Изучает лица, одежду, стиль, жестикуляцию. «Мы вербуем сторонников, которые расклеят афиши. Если плакатики сорвут, пришпилим новые, и так пока администрации не станет ясно, что форум ей не переупрямить.
Кто может быть сторонником? Гламурная девчонка с клатчем? «Нет, не наша клиентура. – Дуров анализирует трафик. – Если девочка, то должна быть неформалка. Пусть не модель, но с харизмой». Наконец мелькает умный взгляд, приближается интеллигентный вроде бы тип и не нёрд, запускаем программу знакомства.
Алгоритм прост: подходим с невинным вопросом, выказываем интерес, начинаем обсуждать факультет: "А я с филфака! Заходите, у нас дворик неплохой, декан собирает скульптуры, да. Вы, может быть, слышали, он у нас большой оригинал: на День филолога приехал на карете, ряженный в камзол. В том году на «Харлее», а в позапрошлом на воздушном шаре, этаким богом из машины. Система пропусков есть, приходите, закажем"».
Знакомство состоялось, и возникает идея форума, из чемоданчика появляются афиши. Избранник рассказывает про профком, оппозицию – весь расклад сил на факультете и в тусовке, где вертятся личности, притягивающие глаза и уши. Если избранник оказывается лидером, прекрасно. Если нет, Дуров добирается через него до настоящих агентов влияния.
На филфаке вокруг манипулятора теперь тусуются не только одногруппницы, но и активные писатели форума. Между лекциями они собирались во дворе и болтали о высоком: например, про либертарианство. Эти споры продолжались в онлайне. Дуров повесил на свой аккаунт картинку с золотым орлом на красном поле и подписался:
«Тhe Architect».