Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 54 из 62

Он отстранился, и я едва сдержала недовольный вздох. Не нужен мне был никакой камин, его рук было бы вполне достаточно. Но Демиан уже спускался по лестнице, так что мне ничего не оставалось, как последовать за ним.

— Со мной приехал друг, Финн, — бросил он через плечо. — Он прочёсывает лес. Если Кристофер или кто-то из его людей приблизятся, мы узнаем об этом первыми.

Любой намёк на страх улетучился после его заверения. Наконец-то можно выдохнуть, только… Как же Каролина? Неужели она заметила Демиана и Финна, а потому затаилась в лесу? А что, если она сбежит и больше не вернётся? Стоит ли говорить о ней сейчас или же сохранить её помощь в тайне?

Однако то, что Демиан не задавал вопросов о том, как я оказалась в их семейном охотничьем домике и кто помог мне, подсказывало, что ему уже известен ответ. Так что и я предпочла оставить этот вопрос в стороне, пока он сам не захочет об этом поговорить.

Демиан быстро разжёг потухший камин, и через несколько минут в комнате стало теплее. Я села на старый диван, стоящий у стены, и наблюдала за тем, как он возится с дровами. Его движения были точными и уверенными. Я смотрела на его широкую спину, на то, как мышцы перекатываются под тканью рубашки, и в груди разливался странный, томный жар.

— Здесь есть одеяла? — спросил он, оглядываясь.

— В шкафу, — ответила я, смутившись. Не хватало ещё, чтобы он понял, что я его разглядываю.

Он достал несколько шерстяных одеял и подошёл ко мне. Я закуталась в них, но всё равно дрожала — от холода, от пережитого страха и напряжения. А больше всего — от того, как Демиан смотрел на меня, сдерживая глубоко внутри себя то, о чём не принято говорить вслух. Самое страшное, что мне хотелось, чтобы он выпустил своего внутреннего демона наружу.

— От стука твоих зубов стены трясутся, — усмехнулся он, садясь рядом. — Иди сюда.

Он притянул меня к себе по-хозяйски, и я уткнулась носом в его грудь. Он обнимал меня за плечи, а я вдыхала его запах — леса и дыма — и почувствовала такую сильную потребность ощутить его кожу на своей, что закружилась голова.

— Демиан… — начала я, не зная, как объяснить все эти чувства, что порхали у меня в животе.

Приподняв моё лицо за подбородок, он наклонился, касаясь своим дыханием моих губ.

— Можно мне поцеловать тебя? — спросил он с хрипотцой желания, такого же жгучего, как моё собственное.

Вместо ответа я сама притянула его к себе и поцеловала.

Это был наш первый поцелуй. Его губы были тёплыми и мягкими, но они сминали мои с такой силой, что я забыла, как дышать. Руки Демиана скользили по моей спине, его пальцы путались в моих волосах, пока он прижимал меня к себе так близко, что биение его сердца проникало в меня, подгоняя бег крови.

Я отвечала ему неумело, неопытно, но он не просил того, чего я не могла ему дать. Я провела руками по его груди, огладив твёрдые мышцы, и он застонал — низко, гортанно, и этот дикий звук отдался во мне дрожью.

— Я хочу тебя, — прошептал Демиан, отрываясь от моих губ, и его голос сорвался на хрип. — Хочу тебя так сильно, что это сводит меня с ума.

Щекотка пробежала внизу живота, и это новое ощущение пробудило во мне что-то незнакомое, необузданное. Я притянула его к себе за ворот и поцеловала снова — более жадно, более требовательно. Мои пальцы скользнули по его рубашке, расстёгивая пуговицы одну за другой. Я хотела чувствовать его кожу, его тепло, его силу.

Он помог мне, стянув с себя рубашку, и я замерла, глядя на него. В свете камина его тело казалось высеченным из мрамора — широкие плечи, рельефные мышцы, тёмные волосы, спускающиеся по груди. Этот мужчина прекрасен, и он — мой. От этого осознания улыбка невольно изогнула губы.

— Ты такая красивая, — прохрипел Демиан, и его руки потянулись к завязкам моего платья. — Я хочу видеть тебя всю.

Никогда прежде ни один мужчина не видел меня обнажённой. Но я без страха позволила Демиану расстегнуть платье. Ткань скользнула по моему телу, открывая кожу прохладному воздуху, но его руки тут же коснулись меня — горячие, уверенные, — и я забыла о холоде. Его пальцы блуждали по моим плечам, шее, ключицам, спускаясь ниже, к груди, и я застонала от того, как каждое его прикосновение заставляет моё тело выгибаться навстречу ему.

— Ты дрожишь, — он коснулся губами моего учащённого пульса в чувствительном месте под ухом. — Тебе всё ещё холодно?

— Нет, — выдохнула я, прижимаясь к нему. — Мне так жарко, что, кажется, я сейчас сгорю.

Он улыбнулся и поцеловал меня в шею, оставляя на коже влажную дорожку. Его губы танцевали на моей коже, спускаясь к груди, и я вцепилась в его плечи от нарастающей волны наслаждения. Демиан ласкал меня губами и языком, а его руки легли на мои бёдра, раздвигая их.

— Ты точно готова? — спросил он, едва сдерживаясь в ожидании моего решения.

— Да, — прошептала я, изнывая от желания. — Да, Демиан. Пожалуйста.

Он вошёл в меня медленно, давая моему телу время привыкнуть к нему, и я застонала от тянущей боли и непривычного ощущения того, как он заполняет меня, как мы становимся единым целым. Его движения были плавными, глубокими, каждая его ласка отдавалась во мне ненасытным трепетом.

— Я люблю тебя, — его жаркое дыхание согрело щёку. — Я люблю тебя больше жизни, Эва.

Демиан ускорил темп, его дыхание стало прерывистым, а движения — более резкими, и я чувствовала, что он близок к пику, как и я.

— Демиан, — простонала я, содрогаясь от наслаждения. Он последовал за мной, его тело напряглось, и я почувствовала его тепло, разливающееся внутри меня. Он опустился рядом со мной, и мы лежали так, тяжело дыша, слушая, как наши сердца бьются в унисон.

А потом наступила тишина. Только наше дыхание и потрескивание огня в камине нарушали уютное безмолвие. Я лежала на груди своего мужа, его руки гладили мою спину, и в этот момент я была уверена, что мы сможем пережить всё, что уготовила нам судьба.

Потому что мы были вместе, и это всё, что имело значение.