Страница 28 из 62
Глава 16
Безответное чувство
Эва
Я подошла к окну и уставилась на кусты благоухающих роз, пытаясь успокоиться. Тётя права — не нужно рубить с плеча. Но когда на тебя льют такую грязь, сложно сохранять самообладание. Вельма перешла все границы. На какую гнусность она ещё осмелится пойти, пока отец не одумается? И одумается ли?
Услышав шаги за спиной, я вздрогнула и обернулась. Демиан. Он смотрел на меня с лёгкой улыбкой и усталостью в зелёных глазах.
— Я тут ни при чём, — сказал он тихо, почти безжизненно.
Внутри меня всё клокотало от ярости. Он — ни при чём? А не он ли предложил мне эту глупую затею, ворвавшись в мою спальню среди ночи? Сделав всё только хуже — и с графиней, и, самое главное, между нами.
— Вы всегда ни при чём! — выкрикнула я, сдерживая злые слёзы, что так и норовили пролиться. — Вы появляетесь в моей жизни, переворачиваете её с ног на голову, а потом просто отступаете, делая вид, что это не ваша вина! Совести у вас нет.
Он сделал шаг вперёд, лицо его дрогнуло. В нём не было привычной самоуверенности. Плечи опущены, руки беспокойно тянулись ко мне, но Демиан не дал себе разрешения коснуться меня. А я не была уверена, как отреагировала бы, вздумай он обнять меня или…
Так всё, Эва, хватит.
— Злитесь, — констатировал он с мягкостью, убрав ладони в карманы брюк. — Имеете право.
Я должна была ненавидеть его. Должна была прогнать его. Но отчего-то мне хотелось, чтобы этот нелепый разговор продолжался до тех пор, пока для всего, что было между нами, не найдётся объяснений. Если таковые вообще существовали.
— Вы сказали, что эта гнусность, на которую вы меня вынудили, поможет, — сказала я, сжав в пальцах подол платья. — А в итоге что? Да как кто-то в здравом уме может поверить, что я ношу вашего ребёнка? Несусветная глупость!
Демиан усмехнулся без капли весёлости.
— Именно. Глупее не придумаешь.
Я смотрела на него, пытаясь понять, о чём он думает. Он выглядел таким сломленным, таким уставшим. Будто весь мир обрушился на его плечи. Мой мир, в который он влез, как наглый воришка, чтобы украсть самое дорогое, что у меня было, — моё сердце.
— Так вы планируете расстаться с графиней и уехать? — спросила я, и в моём голосе послышалось то, в чём я не хотела признаться даже себе самой, — страх. Страх того, что он действительно уйдёт. Навсегда.
И когда всё успело стать таким сложным?
Демиан вздохнул и взлохматил волосы.
— Давно пора было это сделать. Простите, что из-за меня вам пришлось испытать столько… неловких моментов.
Я моргнула, не веря своим ушам. Демиан — просит прощения? Тот самый Демиан, который всегда был самодоволен до наглости? Напыщенный нарцисс без толики благоразумия?
— Что это с вами? — спросила я, изнывая от беспокойства, щекочущего под рёбрами. — Вы будто стали порядочным человеком.
Он широко улыбнулся и посмотрел на меня из-под полуопущенных век, слегка вскинув голову.
— Вам кажется, — Демиан вдруг стал серьёзнее. — Я всего лишь… решил хотя бы один раз поступить правильно, хотя бы с вами.
Почему это звучит как прощание? Я вижу, что он искренне просит прощения, чувствует себя виноватым. Но почему именно сейчас? Когда мне не хотелось, чтобы он исчезал из моей жизни.
— Почему со мной? — спросила я едва слышно, не зная, что хочу услышать в ответ.
Он подошёл ближе, его тепло окутало меня вуалью, за которой я желала спрятать свою обиду и боль.
— Вы слишком хороший человек для того, чтобы тонуть в этом болоте вместе с нами, — Демиан протянул ладонь и нерешительно коснулся пряди моих волос. — Я понял это поздно, каюсь. Были причины.
Его лицо было так близко, что я видела тонкие морщинки в уголках его глаз. На вид ему не больше тридцати лет, но выглядел он так, будто жизнь не была к нему милосердна.
— Кто вы такой на самом деле? — я накрыла его ладонь своей, не давая ему отстраниться. — Я хочу знать.
Он долго разглядывал меня, словно сражался сам с собой, желая выложить ту истину, которую прятал глубоко в душе.
— Тот, с кем лучше не связывать свою жизнь, — сказал он твёрдо и вдруг взял моё лицо в свои ладони. — Я ведь вижу. Вы юны и неопытны, прониклись чувствами к тому, кто этого не заслуживает. Вам ещё встретится мужчина, который будет достоин вас и вашего сердца. Это точно не я.
Щёки мои обожгло смущением там, где Демиан касался моей кожи. Да как он смеет говорить о моих чувствах?
— И ничего я к вам не прониклась! — воскликнула я, но мой голос прозвучал неубедительно даже для меня самой. — Что за чушь!
Он очертил большим пальцем мои губы. Его прикосновение было лёгким, почти ласковым, но от него тело становилось тяжёлым, притягиваясь к Демиану.
— Правда? — спросил он с горькой ухмылкой. — Я видел подобное выражение на лицах многих женщин. И всегда оно означает одно и то же.
Я отшатнулась, сгорая от стыда и гнева.
— Мерзость, — прошипела я, отворачиваясь.
Демиан опустил руку и тяжело вздохнул.
— Да, Эва, мерзость. И чем дольше вы будете со мной, тем больше будет её в вас. А я не хочу вас пачкать собой, принцесса. Я желаю вам счастья.
Его руки легли на мои дрожащие плечи. Он развернул меня к себе и наклонился. Я замерла, ожидая поцелуя, но он просто коснулся губами моего лба. Это прикосновение было таким нежным, полным прощальной грусти, что у меня заныло в груди.
Демиан развернулся и пошёл к двери, не оборачиваясь.
— И вы вот так это оставите? — выкрикнула я срывающимся голосом. — Меня одну против графини? Вы просто вот так уходите? Демиан!
Он не остановился. Каждый его шаг отдавался в моём теле как удар молота. Я смотрела на его спину, на его широкие плечи, на то, как он исчезает в дверном проёме, пока всё внутри разрывалось на части.
— Демиан! — снова крикнула я, но он уже не слышал меня.
Он ушёл. Оставил меня одну. С этой болью, с этой пустотой нового для меня чувства, которому так и не дано расцвести.
Опустившись в кресло, я закрыла лицо руками. Слёзы текли по моим щекам, и я не могла их остановить. Не знала как.