Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 16 из 62

Глава 10

Танец с демоном

Эва

Я стояла на пороге бального зала и чувствовала, как десятки взглядов прожигают меня насквозь. Похоже, не стоило выбирать столь откровенное платье. Но я ничего не могла с собой поделать — мне хотелось сегодня выглядеть дерзко. Хотелось показать графине, что не боюсь её, и доказать Демиану, что он для меня пустое место.

Правда, как именно платье должно было мне в этом помочь, я так и не определилась. А теперь чувствую себя неловко, так и тянет прикрыться чем-нибудь. Хорошо, что веера до сих пор в моде.

Но он не спас меня от жадного взгляда Демиана. Как только я вошла — зачем дворецкий так громко прокричал моё имя? — нахал тут же поймал меня взглядом. Он смотрел на меня так, будто заранее знал, как я выгляжу без этого платья.

Это должно было вызвать во мне отвращение. Просто обязано.

Но нет. Когда Демиан направился ко мне, расталкивая гостей, я не сделала ни шага назад. Я стояла на месте, будто приросла к полу.

Уходи, Эва, будь смелее. Хватит вести себя так, словно он имеет над тобой власть.

— Леди Эттерс, — сказал он, останавливаясь передо мной. — Вы сегодня ослепительны.

Демиан улыбался так самоуверенно, что мне захотелось влепить ему пощёчину. Да, так и нужно было сделать, а я, глупышка, позволила ему взять меня за руку и увлечь в тёмный угол зала.

— Вы невыносимы, — процедила я, когда он увёл меня за горшок с пальмой и притиснул к стене. — Я не давала согласия на ваш глупый план, так что отстаньте от меня.

Не стану соглашаться, пока не приедет тётя. Она точно подскажет, как поступить, нужно только потянуть время. Или попытаться справиться самой, однако я пока ума не приложу как.

— Не хочу, — Демиан положил руки мне на талию, но при этом глаза его искрились неуверенностью, будто он и сам не верил в то, что делает. — Уверяю, лучшего способа избавиться от графини вам не найти. Так к чему тянуть неизбежное?

Я вытянула ногу, чтобы наступить ему на ступню, но он вовремя отступил — чтоб его.

— Какая вы дерзкая, Эва. Вы только со мной такая или с другими мужчинами тоже? — спросил он, наклоняясь ближе.

— Другие мужчины ко мне так не пристают. Они достаточно вежливы, чтобы понять, что не интересуют даму, — и почему мой голос всегда так дрожит в его присутствии? Кошмар, надо заняться своим самообладанием с особенной тщательностью.

— Вот как, — он потянулся к моему лицу, будто хотел снять маску, но одёрнул себя и вернул руку мне на талию. — А я как на вас ни посмотрю — вы с меня глаз не спускаете.

— Чтобы не пропустить от вас какую-нибудь пакость, — парировала я, но в груди что-то предательски ёкнуло от его близости. Докатилась — даже собственное тело настроено против меня. В этом мире хоть кому-нибудь можно верить?

— Потанцуйте со мной, Эва, и я отстану, — предложил он, и в его голосе послышались насмешливые нотки.

— Правда? — недоверчиво переспросила я.

— Конечно, я бы ни за что вам не солгал, — ответил он с самой невинной улыбкой, какую только мог изобразить.

Ага, так я и поверила.

Я вскинула бровь, а он рассмеялся и поспешил добавить:

— Ладно, вы меня раскусили, я тот ещё обманщик. Однако без вашей помощи мне придётся туго. Идёмте, иначе Вельма утащит меня к себе в логово, а вы же не хотите, чтобы имя вашего отца порочили в его же доме.

Наглец. Нашёл, на какую точку давить, и теперь отплясывает на ней. Мне тоже нужно найти что-нибудь в ответ, чтобы не отставать. Эх, мне бы тётушкину проницательность.

Оркестр вовсю играл вальс, так и зазывая присоединиться к танцу. Смешно подумать, что раньше я любила балы и плясать до утра. Сейчас же одна мысль о том, что мне придётся провести вечер под пристальным надзором графини и Демиана, выводила из себя.

Однако почему я согласилась на танец? Почему позволила Демиану утянуть себя в центр зала? Куда подевался мой рассудок?

Демиан по-хозяйски положил руку на мою талию, и я почувствовала жар его ладони даже сквозь плотную ткань платья. Он оказался прекрасным танцором, кто бы мог подумать. Демиан кружил меня с такой грацией и изяществом, будто был рождён для этого. Его движения были естественными: так танцуют только те, кого с детства приучали к балам.

Хм, значит, он всё же принадлежит к знати? Или так ловко приучился обманывать? Не могу разобрать.

— Как это любезно с вашей стороны — позаботиться о моём бедном отце, — сказала я с язвительной усмешкой, пытаясь отвлечься от желания скинуть его руки с себя. Но если я это сделаю, когда все на нас так смотрят, точно не избежать вопросов и домыслов. — А вы часто вспоминаете о нём, когда остаётесь с графиней наедине и погружаете своё достоинство в её… Вы поняли.

Боги, что я несу? Какое мне дело, что и в кого он погружает.

Демиан вскинул брови в искреннем удивлении и улыбнулся одними уголками губ. Он приблизился к моему уху и обдал его горячим дыханием, прошептав:

— О, как интересно. Невинная леди не гнушается говорить такие пошлости?

— Кто сказал, что я невинная? — ответила я, вскинув подбородок. И пусть это действительно было так, но что-то в его самодовольном взгляде вынудило меня ввести его в заблуждение.

Однако он не поддался на мою уловку.

— Ваше тело об этом говорит, — пальцы Демиана скользнули по моей спине чуть ниже, и я вздрогнула. — И то, как оно на меня реагирует.

— Уберите свои руки, — потребовала я, прошипев так, чтобы ближайшие пары ничего не услышали. — Кто вам дал право меня там трогать?

— Не могу, — с хрипотцой протянул он, оглаживая мою поясницу. — Так и тянет вас пощупать, леди Эва. Вы знали, насколько притягательны?

Он притянул меня ближе, ни на шаг не сбившись в танце, тогда как я вместо того, чтобы оттолкнуть его, только сильнее вцепилась в его плечо, боясь, что мои колени подогнутся. Да что со мной творится?

Нужно как-то ответить. Думай, Эва, думай.

— А вы знали, насколько вы отталкивающий? — выпалила я, пытаясь скрыть смущение за резкостью. — На уроке музыки вы упомянули, что у вас есть сестра. Что бы она подумала, узнай, какой гнусный у неё брат?

Он остановился. Резко. Лицо окаменело, глаза потемнели, и на мгновение мне показалось, что я перешла черту. Вся его расслабленная грация исчезла, сменившись напряжением, которое я чувствовала каждой клеткой тела.

— Я бы тоже хотел это знать, — сказал он, и голос его был таким холодным, что по моей коже побежали мурашки.