Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 48 из 55

Лифт начинает подниматься. Чувствую его запах, который заполнил тесное пространство. И вдруг Ашер шумно выдыхает, так громко, что я вздрагиваю. Поворачиваю голову, смотрю на него. В жёлтых глазах какое-то безумие творится. Он смотрит на меня так, будто голодал целую вечность и только что увидел еду. Ашер делает шаг ко мне, и я оказываюсь, зажата в углу лифта. Он нависает надо мной, сжимает руками поручни по обе стороны от моей головы, не давая вырваться.

- Ашер, - выдыхаю я. - Что ты делаешь?

Дышит порывисто, громко втягивает воздух носом.

- Я устал себя сдерживать, - шепчет он хрипло.

Не надо себя сдерживать, - говорю я, хотя сама не знаю, что несу. - Просто отойДи.- Не могу.

Говорит это, наклоняется и целует меня жадно. Да так отчаянно, будто в последний раз в жизни. Губы сминают мои, руки ложатся на плечи, притягивают ближе. Я пытаюсь оттолкнуть его, но пальцы сами вцепляются в его куртку и тянут на себя.

Колени подкашиваются...

Ашер подхватывает меня, прижимает к себе, не давая упасть. Целует ещё глубже и отчаяннее. Его руки скользят по спине, зарываются в волосах и сжимают затылок.

Я не могу дышать...

И когда я слышу, как лифт останавливается, двери открываются с тихим звоном, мы замираем. Мозг немного проясняется, я отталкиваю Ашера от себя и выбегаю из лифта, судорожно пытаясь нащупать ключи в сумке. Дрожащими пальцами открываю замок, распахиваю дверь, но закрыть за собой не успеваю, потому что крепкая рука появляется в проёме и не позволяет мне этого сделать.

Глава 44

Я почти захлопываю дверь, но в последний момент чувствую, как что-то мешает.- Отпусти! -- кричу я, пытаясь сильнее надавить на дверь.

Но куда там. Хищник даже не напрягается, спокойно переступает порог, и я отступаю назад, потому что он теперь внутри. Грёбаный Ашер Коэн в моей квартире, и дверь за ним с громким щелчком закрывается.- Какого чёрта ты творишь?! - выкрикиваю я, отступая ещё на шаг. - Ты не имеешь права! Он стоит у двери, не двигается, просто смотрит на меня жёлтыми глазами и молчит. Внутри всё закипает, злость, страх и это дурацкое тепло, которое разливается где-то в груди, хотя я хочу его ненавидеть.

- Убирайся немедленно! - подхожу к нему и толкаю в грудь обеими руками. Он даже не шелохнулся. Стоит как скала, а мои ладони упираются в его твёрдые мышцы. Пальцы горят от этого прикосновения, но я не отнимаю руки. Толкаю снова сильнее, вкладывая всю свою злость.- Я вызову полицию! - кричу ему в лицо. - Ты не имеешь права врываться ко мне! Это незаконно! Ашер молчит.

- Ты слышишь меня? - голос срывается, я уже почти срываюсь на крик. - Уходи, пока я не позвонила! Он перехватывает мои запястья резко, но не больно. Я замираю, потому что его руки такие горячие, и этот жар передаётся мне, поднимается выше по рукам, добирается до груди. И метка на бедре начинает жечь, напоминая о себе

Карина, - рычит он и у меня мурашки по коже бегут. - Я никуда не уйду. Отпусти! - дёргаюсь, пытаюсь вырвать руки. - Что значит, не уйдешь?! Но он не отпускает, наоборот, притягивает меня к себе, и я оказываюсь прижатой к его груди. Чувствую, как бешено колотится его сердце под моей ладонью. Оно стучит так же сильно, как моё. И это пугает меня больше всего.- Не уйду, - повторяет он, прижимая меня крепче. Его подбородок утыкается в мою макушку, и я чувствую, как он делает глубокий вдох. Вдыхает мой запах.

Пока ты меня не выслушаешь.

Я не собираюсь тебя слушать! - вырываюсь из его обьятий, но он не даёт мне отстраниться. Только сильнее сжимает руки на моей спине.

А придётся, - говорит он, и в голосе столько усталости, что я на секунду замираю. - Выслушаешь. Хочешь, бей меня. Хочешь, выгоняй. В полицию обращайся, если тебе так легче будет. Обращусь! - шиплю я, упираясь ладонями в его грудь и пытаясь оттолкнуть. Ты псих, Ашер. У тебя крыша поехала.

Знаю, - он не спорит.

Знаешь? - я поднимаю голову, смотрю ему в лицо, и внутри всё закипает от этой его невозмутимости. - Ты знаешь, какой ты больной?

Ашер молчит, только смотрит на меня. Его жёлтые глаза сейчас не горят безумным огнём. Они совсем другие. В них я вижу теплоту и даже что-то волнительное. И от этого мне становится ещё страшнее, потому что я привыкла к его ярости. А это что-то новенькое.

Я устал, Карина, - наконец говорит он. - Устал от всего этого. От борьбы с самим собой, что не могу к тебе подойти, и что ты на меня даже не смотришь.

Заслужил! - выкрикиваю я.

Заслужил, - соглашается он. - И ты можешь бить меня, ненавидеть и проклинать. Можешь вызвать полицию прямо сейчас. Я не уйду.

Я серьёзно!

Я тоже, - его голос становится твёрже. - Я не отстану, пока ты не согласишься со мной поговорить. Просто поговорить, Карина.

Мы уже говорили!

Нет, - он качает головой.

Я отворачиваюсь, потому что не могу смотреть в его глаза. В груди всё клокочет, злость застилает глаза, но... чёрт возьми, внутри, разливается такое дурацкое тепло. Оно не исчезает, сколько бы я ни пыталась его заглушить. Ашер всё ещё держит меня в своих объятиях. Его руки на моей спине такие горячие…. И мне почему-то не хочется, чтобы он их убирал.

Скажи, что ты согласна поговорить

А если нет? - спрашиваю.

Будем стоять так всю ночь, - усмехается он, и я чувствую вибрацию в его груди. Ты ненормальный.

Знаю.

Закрываю глаза, делаю глубокий вдох. Его запах заполняет лёгкие, и я почти физически чувствую, как моё тело расслабляется. Это бесит до чёртиков. Но я так устала бороться. И так устала от всего этого. Хорошо, - выдыхаю я, и слова даются с трудом, будто я переступаю через себя. Давай поговорим.

Ашер замирает. На секунду мне кажется, что он даже дышать перестал. А потом я чувствую, как его руки сжимаются крепче, и он утыкается носом в мои волосы, шумно вдыхая.

- Спасибо, - шепчет он.

Спасибо? Впервые слышу это слово из его уст...

Ho, я упираюсь в его грудь, и на этот раз он отпускает меня. Отступает на шаг, давая пространство. - Я буду говорить с тобой не здесь.

Где? - спрашивает он.

Там, где много людей, - говорю твёрдо. - В кафе. И чтобы руки больше не распускал. Ашер кивает и не спорит. И тут я замечаю, что уголки его губ начинают ползти вверх. Улыбается. Вот же- Только не надо так улыбаться, - рявкаю я, чувствуя, как щёки вспыхивают. - Ты меня пугаешь, псих. Он усмехается, но улыбку не прячет. Только становится какой-то живой что ли. Не таким, каким я привыкла его видеть.

Есть тут одно кафе неподалёку, - говорю я, отворачиваясь, чтобы не видеть его лица. - Работает круглосуточно. Идём.

Идём, - легко соглашается он.