Страница 89 из 126
Пытаюсь припомнить все свои прегрешения. И вспоминаю только одно серьёзное. Светозар тот, который с Севером приезжал... он сказал – помощь надо отработать как волонтер. И дал мне визитку. А я так и не сходила.
Это серьёзное прегрешение!
Ищу в рюкзаке ту визитку.
Вот, на проспекте в центре тот волонтерский центр. Завтра обязательно пойду. Дома все равно невыносимо.
Собеседование мое в медиа-центре перенесли на завтра. Сергей Анатольевич мое сообщение не читает.
И я, унылая, плетусь домой.
Все у меня не эдак!
Иваныча забираю с улицы к себе. Завидев меня, спускается с сарая. Хорошо, что умный, и им в руки не дается. Увезут еще куда-нибудь.
На кухне висят шторы, стоит новый цветок и развешаны новые полотенца. На стене – натюрморт. Моя скатерть исчезла, вместо нее новая. И стильная вазочка. В вазе цветок. С моей клумбы у забора! Я его в лицо знаю.
И да, стало уютнее.
Я устало сажусь за стол. Сил готовить нет, скандалить тоже. Жую крекеры, запиваю водой.
Алиса ко мне больше не выбегает.
Выходит бабка...
— Ирина Алексеевна вас зовут? – миролюбиво.
— Угу...
— Я вот что подумала, Ирина Алексеевна. Жить же так невозможно будет. Ни семье их, ни вам. Ну нехорошо... согласитесь? Не по-людски. Мало ли, что там мужчина нагулял во время ссоры с женой. И вас я понимаю, на уши навешал, что свободный. Все понятно. Но жить-то дальше как-то надо?
— Как-то надо... – смотрю мимо нее в одну точку.
— А я вот квартиру в Кемерово продаю. Мы бы с моим дедом вашу половину бы выкупили, чтобы с детьми жить. И вам хорошо, и нам. А то... не по-людски будет.
— Я подумаю... – хмурясь, не смотрю ей в глаза.
Если все так, как она говорит, жить я здесь не смогу. Это можно будет сразу же умереть, представляя эту Сашеньку с Севером в постели за стеной. Умереть от разрыва сердца.
— А что ж тут думать? Давайте договариваться. Денег у нас немного. Но и у вас не хоромы.
— Я подумаю. Север приедет, и я скажу тогда, – упрямо цежу я.
Бабка цокает с осуждением.
— Ну зачем грязь эта... разборки... у них семья, ребёнок... неужто полезете? Вы же девушка приличная, сразу видно.
Угу, да...
— Я подумаю.
— А может, мы пока у вас снимем? А вы бы в другом месте пока, м?
— Нет.
— Ирина Алексеевна, ну, напряжение такое... тяжело так жить. Ну как ей, законный жене, вас терпеть на одной территории? Давайте ускорим?
— Записку верните. Я прочитаю, и ускорим.
Цокнув, отворачивается, начиная натирать столешницу.
— Непорядочно!
— Воровать чужие письма непорядочно!
— А вы меня не осуждайте! Не доросли еще. Я ради внучки на всё готова. Даже вашу грязь разгребать. Вот свои будут, и вспомните тогда!..
Ухожу из кухни.
Я очень зла на Севера! Лопата стоит в углу, у двери. И коль его нет в больнице, не гарантирую, что после возвращения туда не попадёт.