Страница 30 из 63
— Ну, ты на год не смотри. На спидометре всего тысяч двадцать. Стоял в гараже, человек на нём вообще никуда не выезжал. Пару раз в году на дачу — и всё.
— Мне и такая телега подошла бы, если Дима не врал, но хотелось бы что-нибудь поновее.
— Я, конечно, поинтересуюсь, — в голосе парня появилось разочарование. Вероятно, с продажи «Москвича» он тоже имел копеечку, — но, может, на всякий случай предупредить хозяина 408-го, чтобы придержал? К тому же недорого. А тебе ведь колёса всё равно нужны.
— Нужны, — согласилась я, — но я рассчитывала на «Жигули». Мне бы «двоечка» подошла идеально.
— Нет, — сразу открестился Дима, — сейчас нет. Ближе к концу осени появляются, но, я так понимаю, тебе ждать некогда.
Конечно, некогда. Поздняя осень меня совершенно не устраивала. Костюм в списке был, но надевать его поверх одежды — никакого кайфа. Да и лицо, сколько жиром ни мажь, всё равно замёрзнет.
— Ладно, — согласился он, — это я уточню. А что по деньгам? Они у тебя с собой? В смысле здесь, в городе?
— Почти, — пообещала я, — мне бы ювелира. Есть что ему предложить. Всё равно хотела избавиться.
— Прабабушка оставила наследство ещё из царской России? — он ухмыльнулся, с ещё большим интересом разглядывая меня.
Каневский говорил, что у подельников пана Мицкевича «кидал» не было и им доверяли именно по этой причине. Авторитет не просто зарабатывается. И, увы, стоило поверить, а иначе как?
— Не совсем, — ответила я, — камушки имею.
— Какие? — произнёс он почти шёпотом, наклонившись ко мне.
Я тоже приблизила своё лицо.
— Брюлики.
— С собой? — переспросил он недоверчиво.
Я вместо ответа моргнула.
— Покажи, приценюсь.
Я оглянулась. В кафешке было не очень много народу, но всё равно. Да и официанты поглядывали в нашу сторону.
— А ты ещё и ювелир? — спросила я и представила, как он начнёт через лупу разглядывать камушек.
— Драгоценный камень от стекла отличу, — пообещал он.
— Прямо здесь будешь оценивать? — усмехнулась я.
— Нет, конечно, — он сообразил, что сморозил глупость, — здесь есть отдельный кабинет для своих. Пойдём?
— Пойдём, — согласилась я.
— Ага, — сказал он и поднялся на ноги.
Он был выше меня сантиметров на пять, даже с учетом моих каблуков, но по комплекции — сущий хлюпик, и я решила, что справлюсь, если он надумает приставать или что ему еще в голову придет.
Кабинет оказался совсем маленьким, на втором этаже, со стеклянной крышей. Дима закрыл за собой дверь и вопросительно глянул на меня.
Я достала из сумочки пакетик и выкатила на блюдце бриллиант.
Парень сел за стол, взял камушек двумя пальцами и поднял руку вверх. И что он мог таким образом узреть? Хотя, учитывая, что в СССР алмазы не выращивали, ему нужно было просто убедиться, что это бриллиант, а при небольшой сноровке это несложно. Это в двадцать первом веке искусственных валом, и отличить один от другого кустарным способом не представляется возможным.
Дима положил бриллиант на блюдце и погрузился в свои размышления. Я же убрала камушек в сумку и села напротив.
— Что скажешь? — поинтересовалась я, когда пауза затянулась.
— А откуда это у тебя? — спросил он.
— Дима, ты меня разочаровываешь, — ответила я. — Я ведь не спрашиваю, где ты возьмешь нужное мне оборудование.
— И много их у тебя?
— Дима, — я сделала недобрый взгляд.
— Чтобы определиться с ценой, мне нужно глянуть в запасник. А твой камушек должен посмотреть профессионал, — сказал он, помолчав еще с полминуты. — Оставишь у меня?
— Ты меня совсем за дуру держишь? Я не знаю, кто ты такой: выйдешь из кафе — и только тебя и видели. Бери своего эксперта, и встретимся еще раз. Только не тяни резину.
— В смысле — не знаешь? — В его голосе появилась озабоченность.
Это я лоханулась. Тот, кто приходил с паролем, был «своим», и обманывать его точно не стали бы.
— В том смысле, что вижу тебя впервые и нас никто не знакомил, — попыталась я выкрутиться. — Мало ли что за пацан мне встречу назначил? А вдруг я ошиблась, а ты меня сейчас грузишь? Так что давай: «дашь на дашь». Я девочка недоверчивая.
— Ну ладно, — в его голосе прозвучали обидные нотки.
Надо же. Еще бы расплакался, чтобы я поверила. Возможно, у них так и было принято, но вот оставлять бриллиант первому встречному я не собиралась.
— Сегодня у нас двадцать девятое, — прикинул Дима вслух дату следующей встречи. — Давай первого августа. И я товар подготовлю. Подгребай сюда в полдень.
— Кафе открывается в восемь. Я буду в девять.
Он наморщил лоб, пару секунд подумал и кивнул.
— Давай в девять.
Я выдавила дежурную улыбку и спустилась на первый этаж. Прошла мимо официантов, ожидая, что меня окликнут и заставят рассчитаться. Или не окликнут, если Дима и впрямь здесь завсегдатай.
Не окликнули.