Страница 29 из 63
Глава 16
Почему-то думала, что на встречу явится солидный мужичок лет сорока в костюме, учитывая, что меня должны были описать, а выглядела я именно так, как в тот день, когда шла к ювелиру в Кишинёве. На всякий случай — если вдруг придётся уносить ноги. Узнать в этом образе Бурундуковую даже я не могла.
Пришлось отказаться от поездки в монастырь, куда отправилась вся группа. Сделала вид, что страдаю от душевного состояния, и осталась лежать в постели. Тамара Афанасьевна хотела вызвать врача, но я вежливо отказалась, сообщив, что у меня такое бывает от недосыпа. Люся героически решила остаться, чтобы ухаживать за мной, — пришлось пошипеть на неё и вытолкать. Тем более что встреча у меня была назначена на три часа дня, а группа и так задержалась минут на двадцать.
Парню было лет тридцать, не больше. Явился в потёртых джинсах и футболке, а на ногах — просто шлёпки на босу ногу. Совершенно не солидно.
Так как встречу назначили в кафешке, я, грешным делом, подумала, что и кофе в ней имеется. Имелось — растворимое индийское. Пока я размышляла, что же всё-таки заказать, и листала меню, ко мне за стол и подсело это нечто невзрачное.
— Я Дима, — сообщил он и попытался нахмуриться, увидев мой взгляд, которым я оценила его прикид. — Что-то не так?
— Всё не так, — заявила я. — Кофе здесь нет, и вид твой мне совершенно не нравится. По улице рядом не пойду.
Он глянул на себя и рассмеялся, как будто я ему анекдот рассказала.
— В меню ведь есть кофе, — сказал он, пропустив мимо ушей моё замечание по поводу одежды.
— Арабика в зёрнах? — переспросила я, ухмыльнувшись.
Он не ответил, сделал небрежный знак рукой, и к нам тут же подлетел официант.
— Слушаю вас, Дмитрий Петрович.
Дима оказался завсегдатаем: то ли за подводным оборудованием толпой купцы ходили, то ли он в кафешке примелькался.
— Кофе пусть сделают для леди, — немного иронично проговорил он.
— И две трубочки, — я развернула меню официанту.
Он кивнул и умчался. Дима улыбнулся и сказал:
— С кофе мы уладили, а по поводу одежды — уж извини. Дел много, не успел переодеться. Перейдём лучше к делу. Что конкретно интересует?
Я достала из кармана сложенный листок, развернула его и положила на стол перед парнем. Он сначала глянул мельком, поднял на меня вопросительный взгляд и углубился в чтение.
Пока он таким образом изучал все позиции, я дождалась кофе и пирожных. Даже успела надкусить одно, выдавив на губу крем. Подцепила пальчиком и аккуратно отправила в рот.
— А почему не пришёл тот, кому нужен такой перечень? — спросил Дима, отрывая глаза от листка. — Или ты хочешь уверить меня, что это нужно лично тебе? Для подводной прогулки девочки предпочитают что-нибудь более лёгкое.
— Значит, я исключение, — ответила я.
— И чем АСБ не устраивает? — продолжил задавать вопросы Дима.
— А на какую глубину ты бы лично с ним опустился? — ответила я вопросом на вопрос.
— Пятнадцать — вполне. Прекрасная глубина.
— Странный ты какой-то, — сказала я, делая глоток кофе. — Я хочу купить то, что мне нужно, а ты предлагаешь то, что есть в свободной продаже. Вот скажи мне, Дима, если бы вместо мебельной стенки тебе предложили тумбочку, ты бы остался доволен?
— Просто интересуюсь, — проговорил Дима. — Акваланг для глубоководного погружения, буксировщик… Ты решила покорить Марианскую впадину? — спросил он шутливым тоном.
Я закинула остатки пирожного в рот, прожевала и потянулась за салфеткой. Аккуратно протёрла вокруг губ и, сделав их трубочкой, спросила:
— Крем не остался?
Дима присмотрелся к моему лицу и отрицательно мотнул головой.
— Отлично, — сказала я, — а то иногда зависает. И просто скажи: есть или нет? Я приехала всего на пару дней, и мне некогда обсуждать несущественные детали.
— Я просто пытаюсь предложить тебе товар для отдыха. К примеру, пару «пятнашек», и спокойно поплаваешь на двадцати пяти метрах в своё удовольствие.
— Мне нужно тридцать пять — сорок метров.
— Сорок метров? — глаза у Димы застыли на мне. — На хрена так глубоко? Кому нужно плавать на такой глубине? Или ты решила утопиться?
— Так есть или нет?
— Послушай, — сказал Дима, — ты хочешь поплавать, я понял. Подводное плавание — это не самое дешёвое удовольствие, и мне кажется, ты не совсем в этом разбираешься. Я могу предложить ходовой товар. Он пользуется спросом у определённого круга населения, и который в спорттоварах не найдёшь. Но даже это обойдётся в копеечку. Ты написала список, явно не зная цен. Хочешь, проставлю против каждой позиции, чтобы ты подумала? Потому как вряд ли нормальный человек захочет выложить такую сумму ради своей прихоти.
— Зачем мне цена против каждой позиции, если мне нужно это оптом? — не поняла я.
— У меня не оптовая база, — улыбнулся Дима, — и даже навскидку могу сказать, чтобы охладить тебя, что всё это, — он сделал пальцем в воздухе невидимый круг, — обойдётся приблизительно, — он поднял ладонь, чтобы придать ещё больший вес своим словам, — в районе девяти тысяч. Ни один нормальный человек в здравом уме не будет тратить таких денег на то, чтобы побывать на сорокаметровой глубине. Ну, только если ты не охотница за подводными сокровищами. А так как искать в Союзе негде, то этот вариант я сразу отметаю.
Хех. Действительно неожиданно. Цена меня несколько шокировала. Я догадывалась, что будет дорого, но, по крайней мере, раза в два дешевле. Хотя буксир сам по себе не дёшево.
— Так, значит, есть? — спросила я, прикидывая, как быстро добыть эти самые девять тысяч. А кроме всего прочего, как доставить это домой? В руках не понесёшь.
— То есть ты готова столько заплатить?
В глазах Димы появился влюблённый блеск.
— Стала бы я сидеть тут с тобой, — ответила я, добавив в голос немножко возмущения, — только ты мне скажи: всё вместе сколько будет весить?
— Так я же сказал.
— В килограммах.
Он глянул на список, и его глаза забегали по строчкам.
— Около шестидесяти. Может, семьдесят.
— А что насчёт автомобиля? — забросила я удочку.
— Тебе нужна машина? — спросил он.
— А ты предлагаешь в руках нести?
В конце концов, ради такого случая стоило задержаться в городе. Я не рассчитывала на успех, но если Дима утверждал, что всё есть в наличии, это меняло дело.
Он оценивающе глянул на меня и предложил:
— Я знаю человека, который хочет продать свой «Москвич-408».
Я скептически глянула на парня:
— Это какого он года?