Страница 60 из 137
Не знаю, была ли это внезапная перемена в сердце, но Карлос ослабил руку, державшую меня за шею, медленно приблизился и какое-то время просто смотрел.
— Да, ты права.
Я испытала самый настоящий шок увидев его ухмылку, наполненную горечью.
Я не имела понятия, что именно происходит и с чем конкретно он согласился, пока его рука внезапно не схватила мое лицо. Забавно, но я подумала, что он меня ударит.
Не знаю как долго я должна играть с сердцами других людей, чтобы выжить..
В моей памяти возникло лицо только одного человека, который прикасался к моему лицу, но с другой целью. Холодные синие глаза, что обжигали каждый раз, когда наши взоры встречались, тогда как взгляд ферзенца напоминал мне взгляд хищного леопарда, что я встретила в саду.
Спустя секунду послышался баритон:
— Иногда у меня возникает желание избавиться от тебя, но я не могу.
Почему?
Видимо молчаливый вопрос на моем лице был моментально прочитан, когда он продолжил:
— Из-за твоей исключительной непокорности.
— И только-то? Ты единственный кто желает прикончить меня из-за такого пустяка.
— О нет... Лишь благодаря своему упрямству ты до сих пор жива.
Терпеть его выходки я больше не собиралась и потому решительно оттолкнула от себя. Но Карлос упрямо перехватил мое запястье, не оставляя шанса на побег.
Прикусив нижнюю губу, со всей силы я дернула руку, держа ту над собой.
— Ненормальный.. По-твоему, я должна молча смириться с этим?
Он был настолько силен, что отпечатки рук оставались даже при самых коротких захватах. Почти половина моего предплечий была красной из-за грубой силы.
— Исчезни, ты, высокомерный подонок. Прекрати трепать мне нервы и портить жизнь!
Меньше всего мне хотелось ввязываться в потасовку с этим типом, но было уже поздно. Да и ко всему я заметила, что он веселился — что раззадоривало сильнее — наблюдая за моими потугами. Но всё же действовал он аккуратно.
— Ты слишком много ругаешься, тебе так не кажется? Разве леди пристало так выражаться?
— Отчитывать меня вздумал?
— Могу не только отчитать, но и наказать.
— Себя накажи, придурок!
Собрав силы, я попыталась вырваться из цепкой хватки в очередной раз.
— Отцепись!
Чайный столик, столкнувшись со мной, рухнул, издавая громкий шум. В результате борьбы я ощутимо поранилась, ударившись обо всё, что только можно. Поэтому каждая часть тела ныла и болела.
— Диана прекрати. Диана!
— Отпусти меня! Ты!..
Я не смогла договорить, несмотря на все усилия сохранить остатки спокойствия, и через мгновение было слышно только мое прерывистое дыхание и шорохи борьбы.
Всякий раз, разговаривая с этим мужчиной, мне казалось, что я единственная, кто теряет здравомыслие.
— Я всё равно сильнее, ты делаешь хуже лишь себе!
— Плевать я хотела, что ты сильнее! Невредимым ты не выйдешь из этой комнаты.
Борьба длилась недолго. Когда мы обошли почти всю комнату он молниеносным движение повалил меня на диван, навалившись сверху.
— Зачем ты цепляешься за меня? Скажи уже правду!
— Правду? — прямо смотря мне в лицо с минуту, он наконец ответил: — Я.. ещё недавно я чувствовал, что будет достаточно, если ты будешь рядом со мной.
— ..Зачем?
Рука на моей шее, казалось, слегка дрогнула, затем снова сжалась. Это не было удушением, но это было удушающе.
— Жадность. Мне нравится чувство, что у меня есть то, чем не могут обладать другие. Но мне так же не нравиться чувствовать, что кто-то может обладать тем, чего нет у меня.
Была ли я той дурой, которая не догадалась о таких элементарных вещах? Нет, я, конечно же подозревала, однако подобный вариант казался мне невозможно-глупым.
Я старалась сосредоточиться только на том, что он сказал мне некоторое время назад, и на том, как он смотрел на меня. На его лице мелькали разноцветные крапинки, будто солнечные зайчики и тогда он опустил взгляд в район моего декольте.
Медленный звук моего голоса, раздавшийся спустя долгое время, был хриплым и низким.
— Поэтому ты пытался скрыть свою жадность за обманом?
— Обман? — задумчиво. — Я никогда не скрывал свой эгоизм и жадность от тебя.
Карлос пальцем подцепил увесистую драгоценную слезу и продолжил:
— Кулон, нет, с самого начала.. Я наблюдал за тобой с наслаждением предвкушая тот день, когда смогу поглотить тебя без остатка.
Его голова медленно опустилась, а у лица, с которым я встретилась, было выражение, которого я никогда прежде не видела.
Как будто мой вид его мучал...
Я зажмурилась, когда он небрежно сорвал Слезы Афелии с моей шеи и отшвырнул колье куда-то в пространство комнаты.
— Вот почему я провоцировал и наблюдал.. Я собирался разорвать тебя в клочья каждый раз, когда чувствовал.. — выражение лица, которое, казалось, было пропитано болью, осветила полуулыбка: — Эту тягу...
"— Ох, если бы это была лютая ненависть.." — изумилась старушка мудрость.
Как бы я хотела, чтобы у него не было ничего, кроме сильной ненависти ко мне, но...
— Я пытался уничтожить тебя.. Вот только, напротив, это ты губила меня!
Ощущая исходящую от него боль, я растерялась ещё больше, когда ферзенец прикоснулся к моей шее снова и принялся поглаживать большим пальцем пульсирующую жилку.
Если бы я была единственной жертвой всех этих сумасшедших интриг, возможно всё сложилось бы иначе.
Если бы я была единственной, кто расплачивался за эту сумасшедшую эмоциональную игру и, если бы я поняла это, пока не стало слишком поздно, и остановилась.. Могло бы всё сложиться иначе? Я готова забыть выходки этого ненормального хоть сейчас!.. если всё станет проще. Мне хватило бы на это сил, при условии чтобы я никогда больше не видела его до конца своей жизни, однако, я оказалась в ещё более затруднительном положении, чем могла вообразить. Нет, точнее, я была на краю обрыва, и больше ничего не могла сделать. Разве что..
Я положила поверх его руки свои и принудила мужчину обхватить мою шею крепче.
С такими крепкими руками, только небольшой силы должно быть достаточно, чтобы сломать эту тонкую шею.
Пылающие карие глаза Карлоса и мой расслабленный взгляд переплелись.
Я мысленно рассмеялась, глядя прямо на него.
— Сейчас.. вот так. — и успокаивающе: — Надави на неё ещё немного.
Хотя я знала, что это очень опасно и это могло привести не к просто лишению свободы, а смерти, но у меня оставалось несколько принципов, которые я должна была ему продемонстрировать. Иначе, я всю жизнь так и отступала бы, без какой-либо силы обратить эту сумасшедшую ситуацию.