Страница 136 из 137
Ты та, из-за кого готов страдать от боли с улыбкой на губах.
И больно мне не от любви к тебе, а от того, что нет любви в твоих глазах.
Невыносимо видеть, что любовь моя приносит лишь страданья твоему сердцу.
И лучше я приму лекарство, зовущееся Смертью,
Лишь это облегчит твои страданья.
Любовь — это болезнь, сводящая с ума,
Лишь от любви сердца чернеют чаще.
Его, не тронутое тьмой, я вырву из груди и подарю тебе.
А после ласково скажу:
«Прости меня за боль, что принесла тебе моя любовь..
Протягивая руку, в которой бьется сердце».
Огромная ваза, наполненная цветочным букетом из кустарниковой красной розы, которому на вид была лишь пара дней, разбавляла мрачную атмосферу зимнего кладбища.
* * *
Ровным строем всадники следовали за своим задумчивым предводителем.
После посещения кладбища мужчина был словно в воду опущенный.
— Повелитель.. Повелитель!
Тогда Карлос повернулся.
— Повелитель, впереди у нас на пути встал неизвестный. Нам избавиться от него?
Бросив усталый взор вперёд, сквозь тьму и парящие в воздухе снежинки он рассматривал силуэт.
— Покажись! — в приказном тоне бросил один из стражников.
Силуэт медленно приблизился, и в свете луны Карлос рассмотрел огненно-рыжие волосы. То была та самая дама из сна, которую он встретил на кладбище много лет назад.
— Я помню тебя. — сказал Карлос. — Чего ты хочешь?
Что-то подсказывало ему, что пред ним не просто человек или призрак.
— Долго. — ответила женщина и сняла капюшон. — Слишком долго ты терзаешь свою душу. Снова повторяешь ошибки прошлого.
— Не говори загадками. — высокомерно звучал его голос. — Отвечай немедленно: чего ты хочешь!? Жизнь мою? Душу?
Пустынные войны настороженно переглянулись, услыхав слова ферзенца, прочувствовав злость и серьёзность в голосе своего Повелителя.
— Последний её дар тебе желанен мне.
Глаза Карлоса распахнулись от наглости незнакомки. Он не знал, откуда она могла узнать, что именно Диана оставила ему после своей смерти.
— Как ты смеешь?!
— Не горячитесь вы так. Взамен исполню ваше заветное желание.
Вьюга где-то позади них взвыла ещё громче. Боевые кони громко заржали, но Карлос игнорировал даже волнение собственных стражников, ведь глаза его уже загорелись.
Тогда же женщина заговорила: — Не ища смерти проживи отведённую тебе богиней роль, а после достойно простись с жизнью, умерев уготованной тебе смертью. Лишь после этого я смогу помочь тебе переродиться и встретиться с ней в её мире. Но..
— Но?.. — недоверчиво бросил мужчина.
— Есть условие.. Дабы не нарушить баланс ты забудешь о ней, переродившись, а она — нет. Отныне только ей решать, быть ли вам вместе.
— Как я могу быть уверен, что ты не лжёшь мне, а она узнает меня?
— Узнает. — улыбнулась рыжеволосая.
Карлос задумчиво почесал бороду.
Женская улыбка выглядела настолько кровожадно, что он не смог не усомниться в её словах.
— Вижу, не веришь ты мне, как не верил своим глазам, видя её истинную душу в отражении врат.
— Что ты..?
Но она перебила его: — Недавний сон.
— Ты ведьма. — Сведя брови, Карлос угрожающе добавил. — Как посмела торговаться со мной?!
Женщину не тронули последующие угрозы. Она лишь с улыбкой на губах подошла ближе к жеребцу, взяв того под уздечку, и успокоила передавшееся ему волнение от наездника одним прикосновением. Гнедой жеребец упрямого характера неожиданно для всадника встал перед женщиной на колени, отчего Карлос чуть было не выпал из седла.
— Так и быть.. Из большой любви к ней скажу.. Покидай эти земли восточным путём, через море на востоке, обогнув скалистый остров. Не послушаешь — встретишься со смертью. По возвращению домой ты должен положить слёзы Афелии в сумку первого попавшегося тебе на глаза бродяги за воротами дворца.
Так он и сделал после того, как по возвращению узнал, что корабль, на котором он изначально должен был отплыть, был потоплен неизвестным судном.
* * *
Богато украшенный зал был переполнен людьми, что праздновали и поздравляли старшего внука ферзенского императора с Днём свадьбы.
Заморская невеста из Дарсии Карлосу показалась слишком миловидной и робкой. Девушка с волосами цвета жемчуга была слишком похожа на дарсийку из его прошлого. Он не помнил её имени, но помнил, что благодаря Диане та девушка сумела покинуть залитый кровью дворец.
Наблюдая с гордостью и трепетом за танцующими женихом и невестой, мужчина пожилых лет ощутил колющую боль в груди. Стискивающая его сердце невидимая рука вызывала отнюдь не страх, а счастливую улыбку.
— Наконец-то.. — прошептал он, приложив руку к груди.
Сейчас ему восемьдесят семь лет, и он ни разу не был женат. У него было трое сыновей и трое дочерей и ещё больше внуков и внучек.
Покидая свадебное торжество, он вручил своё любимое кольцо младшему внуку, который напоминал ему его самого. Подошедший Михаэль с тревогой во взгляде вопросительно поднял бровь, будто бы спрашивая — всё ли у него в порядке.
— Брат, пришло время.
— Что ты имеешь.. Нет. Слишком рано. Ты даже речи не произнёс.
Но тот лишь положил руку Михаэлю на плечо и с несвойственной ему теплотой произнес: «Присмотри за ними, а мне пора на покой».
Михаэл решил, что Карлос в очередной раз «тронулся» из-за старости и просто капризничает, так как сам веселиться — как было в его молодости — не может.
— Скажешь тоже. Хорошо отдохни, брат.
Карлос ушёл в свои покои.
С каждой минутой сердце заходилось резкой болью, но он от этого становился счастливее.
Достав из ящика последнее письмо Дианы, кое обнаружилось в её комнате по возвращению с Акроса, он занял своё любимое кресло. Затем он разгладил пергамент дрожащей рукой и в очередной раз взглянул на её немного кучерявый почерк, улыбнулся и нетерпеливо поднял взгляд к портрету.
Старик знал содержимое письма наизусть.
«Надеюсь, ты не найдёшь этого письма. Но если всё-таки это случилось, вероятно, я мертва. Не знаю, как это случилось, но если это так, то теперь я наконец свободна!
— Здесь я злорадно улыбаюсь~
Мне жаль, что подобное произошло со мной так быстро. Оставляю тебе в напоминание о себе и обо всём, через что я прошла из-за тебя, — это..»
— Открой потайную нишу третьей полки моего стола~
В шкатулке находится то самое, выводящее тебя из себя, ожерелье.
Оно мне действительно очень нравится. Сохрани его. Хочу, чтобы при виде него ты ненавидел меня так же сильно, как я тебя сейчас.