Страница 134 из 137
Герцог подошёл проститься первым и долго смотрел на девушку, чьё лицо словно светилось. Затем он достал из нагрудного кармана кольцо, коим собирался украсить её безымянный палец в день их свадьбы, но, потянувшись к холодной женской ручке, он услышал угрожающее: «Не смей».
Терпеливо прикрыв веки, будто успокаивая себя, Ноа повернул голову к говорившему.
— Не прикасайся к ней, герцог.
— Не смей приказывать мне.
Ответил Ноа с ровным безразличием и взял Диану за руку. Она была холодной, как мраморное надгробие.
— Я же сказал: не смей. — Схватил ферзенец мужчину за плечо. В его карих глазах горело пламя и жажда убийства, но отчего-то он сдерживался.
— Хочешь убить меня? — спросил герцог. — Так давай же. Ты ведь за этим пришёл сюда.
Карлос стиснул зубы.
— Не можешь? — предположил герцог и криво улыбнулся.
Выражение лица Карлоса исказилось, и он толкнул Ноа в плечо.
Акросиец видел, как ферзенец держался за рукоять меча, сжимая ту с такой силой, что костяшки его вмиг побелели.
— Ну же! — выкрикнул Ноа провоцируя.
— Нет.
— Нет?! — повысил тон герцог искренне разочаровавшись.
— Нет! Я не сделаю этого, — высокомерно заявил ферзенец, чуть запрокинув голову.
— Неужели она что-то сказала? Просила не убивать?
Карлос разозлился сильнее после услышанного предположения.
— Для неё ты погиб. И если бы не ты, она бы выжила!
Ноа поджал губы. Он не отрицал своей вины.
— Если бы ты сделал всё «чисто», она бы не лежала в этом гробу! Но ты.. Ты изначально делал всё «как надо». Так пёкся о том, что подумают другие о твоих поступках.. Вечно сомневался, а вот я нет. Я знал чего хочу, и я взял то, чего желал, но она.. Диана так сильно хотела отомстить..
— Да я виноват! — выкрикнул Ноа, демонстрируя эмоциональный накал, что было ему несвойственно. — Но ты! Почему не остановил её? Почему не оставил в своём дворце? Раз ты такой умный, почему привёз сюда!?
Выражение лица Карлоса исказилось от боли.
— Я без тебя знаю, что должен был заставить её остаться! Она хотела увидеть тебя.. Даже обманом, но я пытался оставить Диану в Каросе, но не вышло. Я сделал всё! Но она, словно одержимая этой местью и твоим спасением, рвалась обратно!
Крики мужчин, разносившиеся гулом вокруг, распугали всех ворон.
— Недостаточно, раз Ингрид сбежала.
Ферзенец криво улыбнулся ему в ответ, дословно дразнил, намекая на что-то.
— Ты спрашивал: почему я не могу убить тебя? — перевёл ферзенец тему. — Так вот.. — Подступив к Ноа, Карлос угрожающе прошептал: — Я сделаю с тобой то же, что и с мерзкой принцессой, которую схватили неподалёку от столицы. Ты будешь мучиться всю жизнь не от физической боли, как она, а как я — от вины и сожалений. Живи и помни, что по твоей вине она вернулась. Не смей забывать о том, чью душу забрали заместо твоей!
— Что вы творите!?
Немного охрипший, но звонкий голос окатил всё кладбище.
Невысокая кучерявая шатенка вклинилась меж двух мужчин, готовящихся разорвать друг друга на куски.
— Мари!
— Нет, матушка! Не вмешивайтесь. — Осекла виконтессу Фредерик её дочь Мария. — Я скажу это, ведь Диана была моей любимой подругой.
Опухшие глаза Марии полыхали синим пламенем. Она была крайне возмущена поведением мужчин в столь печальный день.
— Что вы тут устроили?! Это её похороны! Собираетесь выяснять, чья вина больше и чьё бремя тяжелее? Так вот — виноваты мы все. Вас послушать, так ей, да и всем нам надо было тихо сидеть и ждать, пока Королева не перебьёт неугодных ей людей. Так ведь? Диана отважилась дать отпор и делала всё, чтобы исправить эту прогнившую и погрязшую в коррупции страну, но.. Всхлип! — Стирая слёзы, девушка добавила: — Я не смогу сказать, кто из нас виновен больше, но какой смысл выяснять это сейчас?
Мужчина хмуро наблюдали за рыдающей Марией, что была им ростом по плечо.
— Я просто хочу спокойно проводить её и попрощаться. Прекратите портить этот момент.. Ведь это последние минуты, когда я могу видеть её.
Наследник Ферзенского престола и герцог Монро синхронно вздохнули, уступая грозной на вид девушке.
Однако Карлос, уходя в сторону, напоследок обратился к Ноа: — Она выбрала меня, а потому не смей к ней прикасаться, а иначе лишу тебя руки.
В скором времени Ноа покинул резиденцию Эрскинов вместе со своим сопровождением.
Ферзенец же ещё долго стоял у гроба Дианы, стараясь как можно точнее запечатлеть в памяти её черты.
Юная леди утопала в цветах, как полагается невесте в день свадьбы. Он представлял, какой бы она была, ступая по красному ковру под венец, где бы он её ждал, и от этих мыслей сердце ферзенца заходилось сильнее.
Осев на холодную землю, он закрыл лицо руками.
Вспоминая тот холодный вечер тридцати четырёхлетней давности, Карлос пригубил из фужера.
В тот вечер он впервые лил столько слёз.
— Что же та женщина мне сказала.. — Вдруг вспомнил он.
Та таинственная дама появилась из ниоткуда уже после погребения Дианы. Мужчина помнил, как было темно и как с небесного полотна сыпался снег, заметая свежие могилы, а после незнакомка, подошедшая к нему со спины, аккуратно смела с его плеч горсть снега. Лица он не помнил, но помнил, что из-под капюшона виднелись ярко-рыжие пряди, а голос напоминал ему голос его покойной бабушки.
Картинки прошлого всплывали одна за одной, но слов незнакомки он так и не вспомнил. Тогда ему казалось, что женщина лишь мираж. Что она была призраком, привидевшимся ему и растворившимся в ночи так же быстро, как и возникнув.
Ферзенский император уснул с первыми лучами утренней зари.
— Эй!.. — игриво звал его женский ностальгический голос.
Карлос быстро повернулся и увидел стоящую за его спиной женщину. Ею была Диана.
— Диана.. — выдохнул он.
С улыбкой, присущей только ей, девушка озорно, немного раздражительно, но искренне окликнула его снова.
— Но.. Почему ты так одета?
Озаботился мужчина, смотря на её оголённые плечи и лёгкое платье цвета топлёного молока. Осмотревшись вокруг и заприметив, что кругом лежал блестящий снег, он принялся снимать с себя парадный кафтан, в котором восходил на трон. Усыпанный рубинами и другими драгоценными самородками, вышитый золотом, он смотрелся на ней глуповато, стоило ему положить одеяние ей на плечи.
— Слишком велик.. Давай я обниму тебя. — потянулся Карлос к ней.
Но девушка отпрыгнула назад и, улыбаясь, она как-то задиристо сбросила с плеч нарядные одежды прямиком в сугроб.