Страница 12 из 137
— После пожара, в котором погибла вся семья Норманов, их богатства, земли растянули близкие роду родственники. А то, что осталось — два клочка земли, рыцарский орден, сгоревший дотла дворец Норманов, как и фамилию и кое-какие остатки роскоши, перешли в законное наследство сестры Хьюго Нормана. Лишь это дальние ветви рода черных роз не смогли отобрать.
— .. Дэльвире? − не спросил, а утвердил я, когда взглянул на кивающего Роберта.
Некогда Дэльвира Норман являлась первой дочерью рода Норманов. Затем она вышла замуж за короля и приняла королевский титул, став вторым человеком, правящим страной.
Отец, когда был жив, всегда уважительно относился к этой женщине.
«− Не только красива и умна, Дэльвира является превосходным стратегом. Ни за что в жизни не хотелось бы схлестнуться с ней на поле боя. Эта женщина настолько хитра, коварна и умна.. Наверняка, я бы проиграл!». − восхищенно говорил он мне, когда я был ещё мальчишкой.
Погрузившись в раздумья, я совсем не слушал болтовню Роберта, что уже раз десять сменил тему и вернулся к первоначальной.
— .. Гонсалвеш стремительно набирает армию. Мне кажется, это из-за бунтующих или же из-за недавнего скандала с собственным братом.
Стрельнул взглядом в командира, что уже уселся на край моего стола.
— Маркизом Салвешем? − не сдерживая улыбку, я достал два бокала из ящика и плеснул в них коньяк. − Надеюсь, эти ублюдки перегрызут друг другу глотки.
— Полагаю, он серьёзно настроился на уничтожение брата и присвоение его земель себе.
Перед смертью герцога Гонсалвеша его младший сын получил титул маркиза не без помощи своего отца. Часть земель перешла к ныне зовущемуся маркизу Салвешу, но его собственный старший брат, после смерти главы рода, перенял титул отца и стал чрезмерно жадным.
— Что говорить о брате, он свою сестру, которой не исполнилось и десяти, выдал за старика Абрахама. − я залпом осушил бокал под пристальным взглядом Роберта и звучно поставил тот на стол. − Девочка умерла, будучи беременной.
— Вот ублюдок!
При виде лица Роберта, перекосившегося гневом, и думая обо всём этом мое настроение испортилось ещё больше.
— Недолго Абрахаму осталось.. − коварно ухмыльнулся я и снова закурил.
— Почему же маркиз Салвеш ничего не сделал?! Это же его сестра!
— Если не герцог, то он сам бы продал девочку подороже другому извращенцу.
Роберт был в ярости.
У командира трое младших сестер, поэтому он очень эмоционально относиться к подобным историям.
Какое-то время Роберт проклинал всех, кого ненавидел, при этом опустошил не одну бутылку с горячительным напитком, пока я задумчиво наблюдал за ним.
— .. Т-так вот, Ноа. − запинаясь, уже пьяный Роберт продолжал травить байки. − Пока я не встретил того мужика.. Как его? − приложив палец к надутой губе, он задумчиво мычал, пока его не озарило прозрение. − Вспомнил! Розент! Я бы не смог познакомиться с той барышней, а она..
Мне понадобилась секунда, чтобы полостью протрезветь.
— Граф Розент?
— Мг. − делая затяжку, Роберт туманно продолжил. − Я так удивился, когда встретил его на границе с Дарсией в захудалой забегаловке. При виде меня, я думал, он помрет, но не помер. Мужик зашуганный какой-то..
Неужели он жив?
Мне доложили, что он мертв. По крайней мере так считает королева Ингрид.
— Ты не заметил ничего странного, кроме страха в его глазах?
— Мм.. Знаешь, Ноа, у него не было пальца. − Роберт указал пальцем на мой средний палец левой руки. − На этой же руке принято носить фамильный перстень. Не так ли?
Что-то зловещее накрывало меня, словно тень.
Мне безумно не нравилось осознание того, что кто-то неизвестный играет из тени на той же доске, что и я.
Быть может, сама королева оставила его в живых?
Нет, это бессмысленно. Она не глупа, чтобы оставлять свидетеля в живых. Тем более Розент просил моей помощи, но я не успел с ним встретиться.
Значит, кто-то сфальсифицировал его смерть.. но кто? Кто имеет такую власть? Кто смог убедить Ингрид в его смерти?
Это предстоит ещё узнать, но то, что граф жив, является огромным преимуществом. Этот человек много знает. Поэтому я должен успеть с ним поговорить!
— Роберт. Ты должен разыскать его для меня. Тайно. Никто не должен знать, что Розент жив. А если узнает, я лишу тебя языка.