Страница 102 из 137
Глава 29 часть 1
Диана Эрскин
Белый снег на чёрном стекле таял, не оставляя следов. Так и моя жизнь — была и нет.
Я смотрела на эту круговерть и вдруг поняла: это не снег — сама смерть танцует свой вальс. Прямо как я перед ней вытанцовываю до сих пор.
Этот год длился вечность. Сжатую в секунду вечность.
Всё, что я любила, ураганом уносило в черноту.
Брат Дианы.. Мальчишка, который прикрыл меня собой. Я до сих пор чувствую тяжесть его тела в своих руках. Ноа.. Ноа я убила сама. Не просто погубила — я попросила его об этом. Своими губами. Своим голосом.
Маркиз. Билл. Они просто хотели защитить ту, кто этого не стоила.
Даже Ингрид, как бы я её ни ненавидела, вынуждена смотреть на это пепелище. Интересно, она довольна?
Мой жених мёртв, а я, бессердечная тварь, сижу и пересчитываю потери, как купец, подсчитывающий убытки после пожара.
«Его больше нет, — думаю я, — а значит, защитников стало меньше». Даже сейчас, в момент его смерти, я думаю только о себе.
Мерзко.
До тошноты мерзко.
Сколько их? Сколько людей легло костьми, чтобы Диана могла дышать?
Сожаление сдавило грудь раскалёнными тисками. Слёзы, горячие и солёные, потекли по щекам. Это всё, что я могу — это дать им волю.
«Всё-таки это было ошибкой?»
Внутри тут же отозвался ехидный голос.
«Ошибка?»— Честность, моя вечная мучительница, вздёрнула бровь. — «Ты про Ноа или про Карлоса?»
— Замолчите.
«Аха! Но это же правда, Таня. Ты — монстр в платье. Именно ты плела паутину из тех, кто может быть полезен, а потом удивляешься, почему они гибнут..»
— Хватит!
Стекло балконной двери с грохотом распахнулось по сторонам, а я ворвалась в комнату, но споткнулась о край ковра и рухнула на пол. Боль обожгла колени, но стало отчего-то легче.
Боль — это честно. Не то что я.
«Не обманывай себя,— голос внутри не унимался. — Ты прекрасно знала, чем всё кончится, когда решила разбить сердце Ноа. Можешь рвать на себе волосы сейчас, но тогда ты сделала свой выбор».
Я знала. Знала всегда.
Диана должна умереть. Раньше я до смерти боялась этого момента, а теперь.. Теперь смерть казалась единственным тёплым местом в этом аду. Там, за чертой, меня ждёт семья. Настоящая. Та, которую я не предала!
— Нет.. Это бред.. — Всхлип вырвался наружу хриплым смехом. — Я даже не знаю, смогу ли я..
Но была одна заноза. Одна мысль, которая не давала мне рухнуть в эту спасительную темноту. Человек, которого мне было страшно оставить. До дрожи, до боли, до судорог в пальцах.
Почему? Почему именно он?
— Почему именно он?!
И снова поток слез, из-за которого сдавливает лёгкие.
Боги, если вы есть, вы знаете, как я жалею, что встретила Карлоса.
Обида, тяжёлая, как расплавленный металл, выжигала меня изнутри. Воздух кончился. Я захлёбывалась собственной болью.
Я рыдала. Впервые в жизни я позволила себе рыдать так, как рыдают только звери в капкане — навзрыд, с воем, не чувствуя времени.
Всё сидела и сидела на полу и смотрела в чёрное окно, за которым всё кружил этот проклятый снег.
— Меня безумно бесит, что ты льёшь слёзы не из-за меня.
Я улыбнулась. Так, наверное, улыбается одуванчик, когда его сдувает ветром.
Его тень упала на меня раньше, чем я услышала шаги. Карлос подошёл бесшумно, но я кожей чувствовала его и, не оборачиваясь, смахнула с лица солёную влагу. Я всегда и везде его чувствую, словно мы связаны кивларовой нитью.
Ферзенец опустился рядом. Длинные пальцы сцепились в замок на колене.
Красивый.
До одури красивый.. И когда он улыбается вот так, открыто и дерзко, меня всегда охватывает странное искушение. Словно он — моя личная, запретная слабость. Как в том фильме про вампиров.. Мой личный сорт.
— Ты, может, и не знал, — мой голос звучал глухо, — но я знала. Я чувствовала.
Я опустила голову, кривя губы в усмешке. Мои глаза, такого же цвета, как и его, сощурились.
Он, кажется, удивился моей реакции, но вида не подал.
— Что однажды кто-то придёт и отнимет у меня всё. Как в дурацком романе, написанном злым автором. Сначала даст мне всё, а потом отберёт, хихикая и наслаждаясь моими потугами.
Его ресницы дрогнули, тень упала на скулы. Он смотрел на мои дрожащие руки, и я инстинктивно их сжала в кулаки.
— Жизнь — это игра, Диана, — сказал он спокойно. — Нельзя выиграть, не рискуя.
— Игра? — Я фыркнула. — Для тебя это игра?
— Да. А что тебя удивляет?
— Тогда скажи, — я вскинула на него глаза, полные сарказма, — как мне выиграть без твоей помощи, Карлос? М?
Мне хотелось ударить его. Разозлить. Вывести из себя. Чтобы он хоть на миг перестал быть невозмутимым и стал человеком, которого я знаю. Мне казалось, тогда мне станет легче.
— Даже если собрать войска, даже если взять дворец, — он говорил ровно, как лекцию читал, — это время и деньги. А после смерти твоего отца и герцога всё изменилось. Ты — женщина. За тобой не пойдут. Тебя предадут.
Я ждала этого. Он всегда был циником.
— Лучше попытаться, чем сидеть и ждать, пока меня прирежут. Сам же сказал: нельзя выиграть, не рискуя.
— Нет, — безапелляционно. — Ты рисковать не станешь, ясно тебе?
— Прозвучало не как вопрос, а утверждение, — ядовито бросила я, потирая опухшие глаза.
— Диана, — он вздохнул устало, — посмотри правде в глаза. Он не дал тебе того, что ты хотела. Он не смог. Хотя пытался.
— И чего же я хотела, по-твоему?
— Короны. Власти. Безопасности, — пауза. — Разве нет?
— Да как ты смеешь..
— Он мёртв. — Ледяной ветер пробежал по моей коже. — Он слишком увлёкся идеей вывезти тебя из Кароса. Забыл о главном.
Я прищурилась:
— Что ты имеешь в виду?
— Думаешь, я не знал, что его люди рыщут по моему дворцу? — он усмехнулся. — Теперь это неважно. — Карлос приблизился, его губы коснулись моего уха. — Мне жаль, но ты потеряла всё. Из-за него.
— Он тут ни при чём! — я отпихнула Ферзена, но он даже не двинулся.
— Диана. Ты же знаешь, что я прав. — Он отстранился с горящим взглядом. — Будь я на его месте, получив перед отплытием то письмо из дворца, где говорится, что мою невесту увозят, я бы не раздумывал. Я бы увёз тебя в храм в тот же день. Заставил бы священника обвенчать нас, и плевать я хотел бы на последствия. Если это ты..
Меня накрыло волной горящего дежавю.
Он был прав. Во всём прав, и от этого становилось ещё страшнее.
У меня здесь ничего нет. Ничего никогда и не было. Я просто присвоила себе чужую силу.
— Аха.. — выдохнула я горьким смешком. — Ты видел, к чему пришёл Ноа. Ты знаешь, из-за кого он погиб. И ты всё ещё.. потакаешь мне? Ты сошёл с ума?