Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 228 из 228

На пороге, прямой как жезл суда и в идеально выглаженном траурном камзоле, стоял Калирон — отец Марилен, дед Айрис, глава рода Калнартирион и человек, у которого даже горе выглядело вложением капитала. В одной руке он держал массивную трость с набалдашником, усыпанным гранатами, некогда принадлежавшими его старшей внучке, но в силу обстоятельств нагло реквизированными в его личный фонд исторической преемственности. В другой — свиток, перевязанный чёрной лентой. На лице — выражение, достойное надгробия, заказанного заранее и оплаченного с хорошей скидкой.

Позади маячила бабушка Айрис, худая, как кинжал, с глазами, где копилась буря и лет сорок не было прощения. В отличие от мужа, она ничего не скрывала: слышала последнюю часть разговора, увидела руку Аймана, всё ещё лежащую на талии внучки. И при наличии заветной кочерги финал сцены мог бы стать трагическим, и пришлось бы организовывать двойные похороны. Хотя, возможно, при нынешней нагрузке дом уже вошёл бы во вкус и оформил всё одной процессией. Экономия лошадей, лент и человеческого терпения.

Айрис дёрнулась на уровне рефлекса, словно кошка, учуявшая собаку. Но Айман удержал, не давая сорваться. Его пальцы легли на талию чуть твёрже, достаточно понятно для всех присутствующих: предмет разговора, наследства, брака и дедовой новой любви стоит рядом, дышит, злится и уже не принадлежит старому дому целиком. С этим предстояло считаться. Особенно, кто слишком поздно вспомнил, что внучек можно не только выдавать замуж, но и обожать хотя бы изображательно заранее. До того, как их начинают любить другие.

— Я хотел напомнить, — проговорил Калирон, выпрямив спину ещё сильнее, будто собирался не к разговору, а к казни, — что пора выдвигаться. Мариэн уже в карете, — он сделал короткую паузу, взвешивая слова, затем взглянул на Айрис с тщательно выстроенной, чужой ей лаской: — Айрис, дорогая моя, не забудь взять зонтик. Солнце нынче беспощадное. Чтобы не напекло голову.

У неё чуть не свело челюсть от этого «дорогая моя» — настолько чужим, скользким и расчётливым оно прозвучало. До девятнадцати лет эта нежность, вероятно, лежала на складе невостребованных семейных ресурсов, рядом с приданым, выцветшими письмами и старыми обидами. Теперь её извлекли, отряхнули, нацепили чёрную ленту и попытались вручить по случаю похорон любимой дочери, потому что внезапно стало важно, чтобы выгодный зять не выскользнул из родового хозяйства вместе с соседним княжеством.

Калирон повернулся на каблуках с величественной обидой, утягивая за собой бурю, с которой прожил без малого сорок лет и иногда, забывшись, называл женой. Бабушка Айрис задержала взгляд на браслете-змее, на руке Аймана, на лице внучки — и, кажется, мысленно вынесла всем троим приговор, оставив исполнение на более удобное время. Дверь закрылась с мягким щелчком. В кабинете сразу стало свободнее и ядовитее. Айрис едва слышно прошептала:

— Хотелось бы уточнить, в какой конкретно валюте я «дорогая»? — и чуть тише, уже с прищуром, бросила через плечо: — Проверь, при случае, не стащила ли бабка твой яд из сейфа.

— Она и собственный вырабатывает прекрасно, — фыркнул Айман. — Хватит одного плевка. В идеале — в бокал.

Айрис направилась к выходу, тяжело дыша сквозь сдержанную злость. Каждый шаг давался ровно, будто она шла не к карете, а на заседание внутреннего суда, где обвиняемыми проходили дед, бабка, покойная тётка, род Калнартирион в полном составе и, отдельной статьёй, мужчина за спиной. Айман без спешки двинулся следом — вровень, но в полшага позади. Не потому, что уступал. Просто знал, когда лучше идти рядом, а когда дать ей укусить воздух, чтобы она не укусила кого-то хуже. Покойников сегодня хватало, и увеличивать список перед выездом было бы дурным тоном.

— Но если она хоть косо посмотрит в сторону кочерги, — тихо проговорил он, — у Мотыля и Марилен прибавится компания.

— Что? — Айрис остановилась у порога, резко обернувшись. — Повтори.

Он даже не моргнул.

— Говорю, что люблю тебя безмерно, змейка.

Похороны прошли без эксцессов. Что само по себе было почти чудом, учитывая концентрацию яда, траура, старых счетов и людей, слишком хорошо умевших держать лицо. Марилен похоронили чинно, с правильными словами, чёрными лентами, сухими платками и родственниками, которые скорбели в меру политической необходимости.

Мариэн плакала тихо, как ребёнок, слишком рано понявший, что взрослые могут исчезать не только физически. Айрис стояла рядом, холодная, прямая, с лицом, будто внутри неё составляли опись уцелевшего. Айман принимал соболезнования спокойно. Не слишком горестно. Не слишком равнодушно. Ровно настолько, чтобы никто не смог предъявить претензию без риска выглядеть глупо.

Через неделю Айман вступил в должность канцлера.

Через семь месяцев Айрис стала Калнартирион уже по мужу.

-------------------------------------------------------------------------------------------

UPD: за Марилен отомстят ещё ;) Насчет проды цикла: "Игра" закончилась, события книги будут спустя пару лет в Миреноре, уже развернувшим нос к Ноктариону, Айлара тут еще всем устроит :) ждем в сентябре, точно по датам пока ничего не скажу, но будет точно, где то до середины я дописала.


Эта книга завершена. В серии Ноктарион. Руководство по выживанию. есть еще книги.


Понравилась книга?

Поделитесь впечатлением

Скачать книгу в формате:

Поделиться: