Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 49 из 80

– Знаю что, милая?

Ну как можно быть таким… нежным. Он заставляет поверить, что я нужна ему.

– Макар, отвечай. Не отводи разговор в сторону!

– Поставь чашку на стол, Настя. Это я поторопился.

– Не поставлю, пока не ответишь.

– Ну что ж, – он удобно устраивается на диване, закидывая ногу на ногу. – Я подожду.

– Что?

– Подожду, пока остынет чай. А потом мы поговорим, солнышко.

Я топаю ногой, и капли обжигают мне ладони.

– Осторожно, Тростиночка. Не нервничай так, – он хлопает ладонью рядом с собой. – Присядь лучше рядом. Я пока предлагаю спокойно поговорить. Обсудим с тобой планы на ближайшие дни. И ночи.

– Хорошо. Но разговаривать будем не здесь.

Он вопросительно поднимает брови, а я отвожу взгляд.

– Если у меня дома, то тогда только утром получится, – разводит он руками и хитро улыбается.

Я прикусываю язык. Это Варшавский, чтобы я ни сказала, ничего не изменится. Он всё перевернёт с ног на голову.

– Иди сюда. Ты же ведь хочешь спросить?

– Хочу.

– Ну вот. А я хочу признаться тебе.

Точно, теперь нет сомнений. Он каким-то образом обо всём узнал. И приехал ко мне. Но что произошло у них с женой?

– Настя, у тебя на лице всё написано. Хватит строить догадки, лучше всё узнать из первых уст, не правда ли?

Он встаёт, а моё тело наполняется дрожью. Я не сопротивляюсь, когда он забирает чашку из моих рук.

– Ты уезжаешь, ничего не говоря, – он подходит вплотную и собирает наши ладони вместе. – А я жду. Ты знаешь, какого это – ждать? Ждать, когда разрешили жить. И надеяться. Дни сбиваются в кучу, а ты всё ждёшь.

– Ты узнал…

– Хм, а ты в этом сомневалась? Ты же верила в меня? Настя, мне было плохо без тебя. Ты обещала мне сниться…

– Тогда к чему весь этот спектакль?

– Так ты бы подыграла что ли, – смеётся он и заключает меня в свои тиски. – Сдалась без боя… А если бы я не…. Нет, нет, даже думать обо этом не хочу, – трясёт он зачем-то головой, а глаза его темнеют. – Ты же в курсе. Сама так всегда считала. Что даётся легко, потом не ценится вовсе.

– Пришёл и… – я размахиваю руками, а он оплетает меня ногами.

– Фухх, наконец, узнаю свою Настюшу. А то я даже испугался. Какая-то запоздалая у тебя реакция, Тростиночка.

– Циник. Тебе плевать на чувства людей. Ты всегда был бесчувственным. Для тебя всё игра, – от негодования мне хочется его придушить.

Неужели я такая слабая? А он снова пользуется мной.

Я вырываюсь, а он лишь крепче сжимает моё тело и прижимается своими губами к моим. Я выталкиваю его язык обратно и кусаю за губу.

– А знаешь, я рад, что так всё вышло, – уворачивается он от меня. – Ты доказала мне, что любишь по-настоящему. Приняла, как только я появился у тебя на пороге. Приняла безо всяких условий.

– А теперь убирайся. Я рада, что у тебя всё прекрасно. Но больше не хочу даже рядом сидеть с таким идиотом…

– Прекрасно, значит, будем разговаривать лёжа.

Я замахиваюсь на самое ценное, мужское, но промахиваюсь.

– Поздно, Настя. Никуда не отпущу, – громкий смех разливается по кабинету.

Только, мне кажется, это вовсе не смех радости и победы. Это горький смех непоправимости. И мы оба об этом знаем.

– Серьёзно? Ну, ударь меня. Тебе станет легче. Могу тебя уверить в этом, – его тёмный взгляд немного пугает меня. – Хочу, чтобы ты знала. Я доверял тебе в те дни и ночи… И я никогда не пользовался тобой. Ты для меня всегда была светлым цветочком. Свежим и чистым. Об остальном расскажу утром.

Пока я думаю, про какие ночи он говорит, мы вместе заваливаемся на диван.

– Не закрывайся от меня, пожалуйста, – снова тихо просит он, нависая надо мной. – Настенька, ты моя девочка. Я знаю, что больно. Мне тоже…

Мои глаза закрыты, но я чувствую, что он растерян. Ему также нужна моя помощь.

– Почему ты мне сразу не сказал?

– Не смог устоять. Разговор бы затянулся. А я дни считал до нашей встречи. Хотел позвонить, но боялся, что ты примешь неправильное решение. Сбежишь, ищи тебя потом по всему миру. А так я всё увидел своими глазами.

– Однажды ты тоже всё увидел своими глазами, – сглатываю я горечь обиды.

– Потом, малыш, – Макар затыкает мне рот и находит мои ладони. – Всё потом.

* * *

– Тебе надо на сигнализацию сдать кабинет?

– Да. Но что-то у меня не получается.

– Давай помогу.

– Твоих рук дело?

– Хм, могла бы и не спрашивать.

– Мне надо заехать домой.

– Утром заедем.

– Мы?

– Да, Настя. Теперь ты от меня ни на шаг. Поняла?

– Это зачем? – хмурюсь я.

– Это очень серьёзно. Ты должна во всём слушаться меня.

– Но это просто невозможно. У меня работа, свои дела, де… – я замолчала на полуслове.

– Настя, тебе угрожает опасность. И я не шучу. Просто доверься.

– Но…

– Никаких больше но, малыш. Теперь я за тебя в ответе.

– Ты сегодня же мне всё расскажешь.

– Обещаю, – он целует меня в щеку и протягивает ключи от кабинета. – Поехали.

Глава 45

– Алёна, я не могу сейчас говорить, – прошептала я.

– Настя, ну как так-то? Дети ждали весь день. Всё работа, работа у тебя. Они быстро вырастут, не заметишь. Будешь тогда знать. Что у тебя там льётся?

– Это кран шумит.

– Кран? Настя, у тебя всё в порядке? Ты точно на работе?

– Да. Всё хорошо. Пока, пока. Я позже позвоню.

Я отключила телефон, чтобы не посыпались новые вопросы. Не буду же я ей рассказывать, что сижу в ванной комнате в квартире у Варшавского и думаю, что мне теперь делать.

Хоть порвись на клочья. Макар уверяет, что мне угрожает опасность, но ничего толком пока не рассказывает. Алёна обрывает телефон. И девочек жалко... Я так сильно скучаю. Мы впервые расстались на такой долгий срок.

Сейчас ещё и Света подключится. Тогда мне точно несдобровать. Вот, уже звонит. И мне лучше сразу ответить на звонок.

– Алло.

– Настя, что случилось?

– Света, всё в порядке. Немного замоталась.

– Что у тебя там за ночное совещание?

– Уже закончилось.

– Включай видеозвонок. Немедленно. Иначе я вылетаю первым же рейсом.

Что же делать? Я хотела переночевать у Макара, а утром, на свежую голову, всё обдумать.

– Я не могу. Я сейчас не одна.

– Да что ты говоришь! Дай ему трубку.

– Кому, Света?

– Вар-шав-ско-му! – по слогам отчеканила она.

– С чего ты взяла, что я с ним. У меня другой мужчина.