Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 22 из 29

Контроль

Контроль

Глава четырнадцать.

Контроль.

Единственное, что я чувствую, распахнув глаза – это пульсирующую головную боль. Сажусь на кровати, пальто и цветы валяются на полу. В памяти всплывает ласковый баритон:— И красивая. — Рука поправляет мою чёлку. — Нежная. — Тёплые губы целуют в лоб. — Ласковая.

Собираю каждый цветок чёрных калл, и опускаю в вазу. Ставлю цветы на стол в кухне, иду в душ смывать свой позор.

Весь день я ждала звонка от Марка, судорожно проверяя телефон каждую минуту, но, увы, кажется, он наказывает меня за что – то. Вчерашний разговор, конечно, не исправит того, что случилось, но когда Марк рядом всё становится таким отдалённым, приземлённым. Да, и я совсем другая с ним – та, которой всё по плечу.

Мне совсем не хочется, чтобы он стал нормальным, напротив меня не испугали отрезанные пальцы. В душе я ликовала, что убийца моего сына наказан. А, может я и сама сошла с ума, но если Марк сделает шаг ко мне – я побегу навстречу.

Одно лишь мне не даёт покоя – почему отстранился?

Звонит телефон. На экране высвечивается «Кики», нажимаю на сброс, и пишу короткое смс: «со мной всё хорошо»

К вечеру находиться в пустом доме становится жутко невозможно, поэтому, я надеваю облегающее чёрное платье с открытой спиной из роскошного стрейч – вельвета, делаю выразительный макияж, акцентируя карие глаза, накладываю обилие контуринга, чтобы скрыть похмельные мешки под глазами. Вызываю такси и еду прямиком в самый роскошный клуб города.

Танцпол в центре будто светится изнутри, а вокруг полутёмные лаунж – зоны.

На втором уровне – балкон с перилами из чёрного металла. Бар вытянут вдоль стены, сразу двигаюсь туда.

— Одну кровавую Мэри, пожалуйста. — Бармен в белой футболке кивает мне, и эффектным движением ловит шейкер.

Когда напиток оказывается прямо передо мной, я залпом осушиваю стопку. Бармен с улыбкой оглядывает меня: — повторить?

Я киваю.

Воздух здесь густой из – за смешения парфюмов. Вторая стопка – снова залпом.

Из толпы медленной походкой выходит молодой мужчина моего возраста, возможно чуть старше, садится за стойку рядом со мной. Короткий взгляд зелёных глаз на мою пустую стопку: — угостить тебя?

— Да.

— Гарсон, сделай леди тоже самое.

«Гарсон» Вот мудила.

— Как тебя зовут красавица? — Он разворачивается ко мне всем телом, вероятно, чтобы засветить огромную золотую цепь.

— Александра. — Почему – то вырывается у меня изо рта.

— Я Антон.

Пусть так. Игра, где все персонажи вымышленные.

— Выпиваю до дна свой напиток, и шепчу ему в самое ухо: — поехали ко мне.

— А ты дерзкая, а? — Он целует меня в плечо, по телу пробегают не приятные мурашки.

— Ага. — Встаю, и беру его за руку, уводя из душного клуба.

Всего одна ночь. Мне это нужно, а тело? Тело привыкнет, если хочет тепла!

Садимся в его «Тойоту», ладонь вальяжно накрывая моё колено. Хочу её сбросить, но быстро отказываюсь от этого порыва.

Когда мы оказываемся внутри дома, я толкаю его к себе и целую в губы, чуть закусив её.

— Чёрт, кошечка, полегче.

Выписываю ему хлёсткую пощёчину:— заткнись и трахни меня.

Его руки шарят у меня под платьем в поисках белья: — о боже, ты без трусиков.

Замечаю едва уловимое движение в кухне, улыбаюсь широко, дерзко: — ага.

Лезвие полоснуло быстро, на моё лицо брызнула кровь.

Мудила заваливается к ногам высокой фигуры, пытаясь руками остановить кровь.

Я накидываюсь на Марка, он держит меня навесу естественно, будто я ничего не вешу. Сильные руки чуть ниже бедра, впиваюсь в него поцелуем, и обхватываю его талию ногами, плотно вжимая торс в себя.

Марк садит меня на одну из лестниц, снимает свой ремень и фиксирует у меня на шее. Держит за край: — поднимайся.

Выполняю приказ, двигаясь грациозно, как кошка на четырёх лапах, нарочито виляя бёдрами.

На последней лестнице я чувствую лёгкое давление ошейника, останавливаюсь. Марк грубо поднимает платье, на ягодицу обрушивается хлёсткий удар. Я вскрикиваю.

— Считай,

Ладонь опускается мне на попу — один.

Снова удар — два.

Шлепок — три.

Удар – резкий, сильный.

Я пытаюсь выдохнуть: — четыре.

Каждый раз наказание – это выбор, и я выбрала остаться.

В тишине прозвучал звук молнии, скользящей по зубцам. Твёрдая плоть вошла одним резким движением, я подняла голову и открыла рот, умоляя своего мучителя не останавливаться.

Однако, Марк замер, натягивая край ремня на себя. Давление на горло стало ощутимым, но всё моё существо сконцентрировалось на его дыхании – ровным, спокойным, почти бытовым.

Толчок, от которого рушились границы между нежностью и болью, перерастая в одну – единственную потребность.

Быть рядом с ним.

Ощущать его.

— Умница.

Я улыбнулась, давление ремня ослабилось, и я начала двигаться. Пальцы вжимались в дерево, тёплые руки гладили мои бёдра, спину. Тело рассыпалось на мириады частиц.

Щелчок, ремень упал на лестницы. Я встала, скинула платье и протянула Марку руку, наши пальцы слились воедино.

В своей спальне я опустилась перед ним на колени, избавила его от одежды. Плоть ещё была твёрдой, взяла в руку, заглядывая в ледяные глаза. На лице Марка появилась ухмылочка.

Поцеловала головку, провела языком вдоль всей длины, широко раскрыла рот и приняла его член. Рука намотала волосы на кулак, но без давления. Марк отдал мне контроль, наблюдая, и его губы чуть приоткрылись.

Когда Кики выйдет из своей машины, она заметит заднюю часть «Хаммера», отъезжающего с придомовой дорожки. Она достанет из бардачка листок и карандаш. Запишет номер машины: «на всякий случай», подумает она.