Страница 44 из 138
Настя пробежала знакомыми уже местами, оказываясь в мрачном коридоре, но на этот раз выбирая другой путь. Казалось, комнатам нет числа, и женщина попыталась сопоставить размеры дома и пространство внутри. Выходило что-то уж совсем неладное. Внутренние помещения тянулись на десятки метров, и продолжали убегать вперёд, впутывая одинокого человека в свой тёмный и непонятный лабиринт.
— Мама, я здесь, — донеслось до ушей голос Полины.
Вскрикнув, женщина заметалась, заглядывая в комнаты и сразу выскакивая из них. Она очутилась в помещении, стены которого покрывал белый кафель. Прямо посредине находилась ванная, наполненная какой-то чёрной жижей, похожей больше на смолу. С ярко горящей лампочки капала кровь, падая на спину дочке, которая плавала на поверхности лицом вниз.
— Поля! Пооооля!
Настя бросилась вперёд, но вдруг резко остановилась, когда девочка подняла голову. По лицу стекали чёрные ручьи мерзкой грязи, а из пустых глазниц выливалась кровь короткими толчками. И удивительно, кровь из-под потолка тоже закапала более чаще, пачкая и без того уже грязную одежду на спине девочки.
— Что... Что с тобой...
Женщина умолкла, кусая губы, не решаясь приблизиться, топчась на одном месте. Окровавленные глазницы, да широко раззявленный рот с чёрными губами останавливал.
— Мама. От меня почти ничего не осталось. Оно высасывает меня.
— Кто? – спросила женщина дрогнувшим голосом, всхлипнув.
— Оно высасывает меня, — повторила булькающим голосом дочка. — Этот дом… Существо...
И её тело стало погружаться в чёрную жижу, уходя на дно. В этот миг Настя и бросилась вперёд, желая ухватить Полину за одежду, но опоздала. Всё произошло очень быстро. Девочка исчезла, оставив на поверхности лишь слабые колебания.
— Поля!
Сунув руки в чёрное нечто, женщина шарила в густой жидкости, с ужасом не находя дна у ванной. Она чувствовала внутри некое движение, и отпрянула, когда её попытался кто-то ухватить, чтобы затянуть вовнутрь.
«Боже!»
Настя сделала несколько поспешных шагов назад, уставившись на изуродованную фигуру, покрытую чёрной грязью, которая медленно поднималась из ванной. И по мере того, как ручьи стекали вниз, открывалась жуткая картина. Существо не имело кожи. Лишь бесстыдно обнаженные кровоточащие мышцы, которые жгутами обвивали тело.
— Иди ко мне, — произнесло это нечто, вытягивая вперёд необычайно длинную руку.
Глаза без век вонзились в человека, заставляя содрогаться от ужаса.
— Иди.
Женщина, развернувшись, с визгом бросилась бежать, хлопнув за собой дверью. А вслед ей несся демонический смех, разносясь коридорами по всему дому, заставляя вскрикивать от ужаса.
— Беги. Но тебе от меня все равно не уйти. Пути закрыты.
Настя ударилась больно плечом о стену, продолжая дико кричать, выпучив в ужасе глаза. Ноги несли сами по себе, не подчиняясь разуму женщины. Казалось, это совсем иной организм.
«Поля! — билось безумием в висках. — Она мертва! Мертва! Мертва!»
Ударившись об очередную стенку, Настя часто заморгала, останавливаясь перед закрытой дверью, тяжело дыша. С нижней губы тянулась нить слюны. Но услышав за спиной торопливые тяжёлые шаги, и почувствовав трупное зловоние, женщина рванула ручку на себя, переступая порог, оказываясь на другой стороне, отрезая себя от коридора.
«Где я?»
За спиной дверь растворилась, и теперь Анастасию окутывал туман, сквозь который можно было наблюдать могилы, десятки и десятки, что тянулись во все стороны.
— Я вижу тебя, — послышался из ниоткуда обманчиво ласковый голос, который нельзя было определить, кому тот принадлежал, мужчине или женщине.
Дёрнувшись от внезапности, Настя закрутилась на одном месте, высматривая новую опасность, но пока по-прежнему находилась в одиночестве. Хотя, конечно, это было далеко не так. Спину буквально прожигал чей-то хищный взгляд.
«Где я? Как здесь оказалась?»
Облизав пересохшие губы, она с опаской поспешила в выбранном направлении, щуря взгляд, стараясь не споткнуться об оградку и не упасть на влажную от тумана могилу. Проклятый взгляд не отступал, следуя за ней по пятам, заставляя ёжиться, то и дело оглядываться назад.
«Как я дошла до жизни такой? Ведь совсем ещё недавно, какой-то час назад, ничего не предвещало всего этого безумия, а теперь...»
Подняв с земли заострённый ржавый прут, женщина почувствовала себя чуть-чуть увереннее. Конечно это не решит проблемы безопасности, но все же…
Настя обошла очередную могилу, выходя на неширокую дорожку, что продолжала уводить вперёд. В тумане ей виделись движения различных существ, жутких, безобразных, но она прекрасно понимала, что всему виной её разыгравшееся воображение. И не такое могло показаться после всего пережитого, а особенно с Полиной, с которой сотворили нечто страшное.
Пройдя метров десять, то и дело останавливаясь, чтобы прислушаться к подозрительным звукам вокруг, Настя наконец вышла к свободному от могил пространству, где не было тумана. Казалось, его сюда не пускал некий невидимый купол, который надёжно защищал от проникновения.
— Боже! — вскрикнула она, ощущая слабость в коленках.
Женщина увидела Полину, которая находилась рядом с какой-то жуткого вида девицей, полностью нагой, с растрёпанными волосами цвета снега.
— Мама! — вскрикнула дочка.
— Стоять здесь, — щёлкнула пальцами существо женского вида, обходя с равнодушием девушку.
Это нечто двигалось легко, слегка подпрыгивая, будто твёрдая почва под стопами сильно пружинила. Её движения казались плавными, кошачьими, или лучше даже сказать, змеиными.
— С тобой всё в порядке? — спросила дрогнувшим голосом Настя.
— У неё всё в порядке, — ответила за дочку жуткое существо. — Об этом можешь даже не беспокоиться. Впрочем, как и с другой девочкой.
Демонесса вновь щёлкнула длинными пальцами, больше напоминающие костяшки без плоти, и из кладбищенской сторожки вышел Игорь, держа за руку Алину.
— Ооо! — только и смогла выдать женщина, не находя слов.
Ей ведь думалось, что вторая дочка находилась в полной безопасности, оставшись в нормальном мире, за гранью всего этого безумия и кошмара. Но оказывается она жестоко ошибалась.
— Твои девчонки не пострадают, если ты согласишься на моё условие, улыбнулось существо чёрными губами.
Настя перевела взгляд на мужа, и тот не отвёл взор, с вызовом уставившись на жену.
— Что это всё значит?