Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 19 из 138

Вроде бы совсем недавно дела шли в гору, а сейчас не осталось абсолютно ничего. Ему часто доводилось здесь бывать, и квартиру Ани парень помнил наизусть. Её комната, вся обвешанная чёрно-белыми плакатами давно почивших актёров и актрис. Девушка ими просто бредила, этим старым кино, в котором, как она говорила, была некая магия. Да и сам Роман, спустя некоторое время, пристрастился к хобби Ани, начиная узнавать лица, называя фамилии и фильмы.

— Кто это? — часто играли они, особенно в зимние холодные вечера.

— Одри Хепбёрн, — послушно отвечал парень.

— А это?

— Грейс Келли и Грета Гарбо.

— Что за фильм?

— Завтрак у Тиффани, вроде.

— Прекрасно. Тогда назови вот её.

— Шерон Тейт. А фильм… Долина кукол. Актриса, скажу, так себе, а вот, как девушка, вполне красивая.

— Ну-ну. Ты говори, да не заговаривайся.

Собственно, только сейчас, стоя здесь, Роман осознал, что жил чужой жизнью, а не своей. Какое ему было дело до давно почивших актрис? Внутри же парня поселилась пустота, и очень давненько, по-видимому, если судить по некоторым признакам, как затяжная депрессия. Поэтому он с удовольствием окунулся в хобби, изначально не понимая в нём ничего. Но лучше уж так, чем пустота внутри.

«Всё это суррогат. Нет, даже не так. Иллюзия».

Спустя несколько секунд показалась голова с пшеничными волосами и мерзкой улыбкой на лице. В этот момент послышалось щелканье замка, и дверь открылась. Рома замер, не ожидавший того, что Аня тоже выйдет на площадку, встречать своего богатенького ухажёра.

Появилась его девушка, которая при виде Артемьева замерла, уставившись непонимающим взглядом. Сцена достойная какого-нибудь сериала или фильма, которые так любила теперь уже бывшая, как ему думалось, невеста.

«Это называется, приплыли».

Рома глубоко вздохнул, извлекая из кармана нож, с выкидным лезвием, отобранный полтора года назад в одной драке.

«Сейчас, ты, дрянь, увидишь, что произойдёт с твоим Буратино».

Парень, тем временем, поднялся по ступеням и уставился на Артемьева. Его улыбка стала шире, открывая жемчужно-белые зубы. Одежда явно не из дешёвых, а в руке ключи от автомобиля.

— Ты что здесь делаешь? — спросил он.

— Я что здесь делаю? — переспросил в преувеличенном удивлении Рома. — Это ты, что здесь делаешь.

— Петя, беги, у него нож! — выкрикнула в этот момент Аня.

— Какой ещё…

Парень опустил взгляд и увидел лезвие. Улыбка в тот же миг слетела с лица. Роман больше не ждал. Он бросился на своего соперника и нанёс первый удар. Острие с лёгкостью вошло в плоть, протыкая кожу и мышцы. Выдернул лезвие. Заметил на белой рубашке расплывающееся бурое пятно. Не дожидаясь, нанёс второй удар, но на этот раз в пах. Парень завизжал и стал заваливаться, хватаясь ладонями за рану. Рома подхватил его за рубашку и нанёс третий удар, который попал в живот. Раздалось бульканье, и между губ соперника появилась кровь. Артемьев, наконец, отпустил парня и тот мешком рухнул ему под ноги.

— Уфххх, — выдохнул поверженный, широко раскрыв глаза, с побелевшим от шока и недоверия лицом.

В этот момент по лестнице сбежала Аня, накидываясь на Рому с кулаками. Полы синего халата распахнулись, открывая ядовито-зелёную футболку с изображением какого-то голливудского актёра. Кто это был, вспомнить не удавалось, хотя лицо казалось знакомым.

— Ты что сделал, урод! — завизжала она. — Ты его убил!

Её вопль оказался оглушительным, и скорее всего был слышен на всех этажах, а может даже на улице.

— Заткнись, — прошипел он сквозь крепко стиснутые зубы. — Это ты… Ты виновата.

Роман отпихнул девицу, врезав ей кулаком в лицо. На белые стены брызнула кровь, и Аня отлетела на несколько метров, хлюпая разбитым носом, начиная сползать по стенке.

— Это тебе, дрянь, за предательство, — прошипел Артемьев, пряча нож и быстро начиная спускаться по ступенькам, ощущая, как красная пелена медленно сползает с глаз.

Ему было уже всё равно, что будет с ним дальше. Он не даст себя поймать, и больше не собирался возвращаться домой. Некоторая сумма денег лежала во внутреннем кармане. На первое время должно было хватить, а потом он что-нибудь придумает.

«Да. Я обязательно что-нибудь придумаю. Но ясно одно, в этом городе не останусь. Нужно бежать отсюда, пока не поймали. Желательно на юг, где тепло. А может и в центр страны, спрятавшись где-нибудь в лесах, как эта… Как же зовут эту бабку. То ли Глаша, то ли Агафья».

Роман покинул двор, выйдя на проспект и слившись с толпою. Там он стал ещё одним из многих прохожих, идущим по своим неведомым делам. Таких было много, и никто не обратит на него внимания.

«Неужели я это сделал? — спрашивал он самого себя, чувствуя, как кровь по-прежнему стучит в висках. — Зачем? Для чего? Ради какой-то там… Испортить себе жизнь».

Показалось метро, и Артемьев спустился по эскалатору вниз. Проехав три станции, вышел и пересел на автобус. Доехал до парка, где по большей части прогуливались мамаши с колясками и старики, сидя на лавках, читая газеты. Никто на него не обращал внимания, да это и не удивительно. Никому даже в голову не могло прийти, что произошло в подъезде всего каких-нибудь полчаса назад.

Рома некоторое время проблуждал в парке, пытаясь подобрать место для ночлега, где его никто не станет беспокоить. Но таковых здесь не оказалось. Слишком многолюдно, да и всё на виду.

«Кладбище», — подумал он, довольно улыбнувшись.

Там его действительно никто не станет искать. Вроде бы на кладбище даже живут бомжи, и ничего. Но ночью там уж точно никого нет. Разве что готы, но если вдруг произойдёт встреча, то… Он сжал в кармане крепче нож и зашагал по направлению к остановке.

«Пускай только сунутся ко мне. Все равно терять больше нечего».

До ближайшего кладбища оказалось минут двадцать, но парень решил выбрать другое. То, что находилось дальше. Там и деревья по гуще, а также имелись склепы, где можно переночевать. Если в них развести небольшой костёр, то огня снаружи не заметят, но зато ему будет тепло.

Выйдя с автобуса, он направился ко входу. Артемьев зачем-то покрутился ещё возле продуктового магазина, затем перешёл улицу, двигаясь вдоль зелёных тополей, задумчиво уставившись себе под ноги, сунув руки глубоко в карманы. Наконец осознав, что бегает, словно бешеная собака, направился к намеченной цели.

Оказавшись на территории кладбища, Роман стал углубляться дальше, мельком глядя на надгробные плиты. Остановился и прислушался. Доносилось множество людских голосов где-то в стороне.