Страница 347 из 362
Лейтс произнес молитву, и тело перенесли в склеп, расположенный в соседней часовне. Под его руководством рабочие сколотили гвоздями отдельные куски свинца, так что они стали напоминать по форме гроб. Затем его установили на двух больших плоских камнях рядом с гробом лорда Чандоса. Лейтс обмерил гроб: он оказался пять футов и десять дюймов в длину. Нэш ошибся. Королева Кэтрин была высокой женщиной.
Оригинальную надпись на гробе заменили, а склеп осторожно и надежно заперли.
– Молюсь, чтобы ее покойное величество больше никто не потревожил, – горячо проговорил Лейтс.
1854–1862 годы
Эмма Дент предпочла бы, чтобы церковь оставалась романтической руиной, скорбным памятником королеве Екатерине Парр. За долгие годы, что была с Джоном Коучером Дентом, она установила металлическую заслонку, дабы уберечь металлическую табличку в честь королевы от охотников за сувенирами. Однако дядюшки Джона, купившие замок Садели и прилегающее поместье в 1837 году, когда на престол взошла королева Виктория, были непреклонны. Они, богатые перчаточники из Вустера, решили стать мелкопоместными землевладельцами-джентри. А это, естественно, означало, что замок отреставрируют и превратят в удобное жилище. Им хватило одного взгляда на заросшие плющом руины церкви, чтобы решить: ее тоже нужно привести в порядок. Они даже наняли известного архитектора, сэра Джорджа Гилберта Скотта, чтобы тот спланировал реставрацию и наблюдал за ней. Работы начались в 1854-м, через два года после того, как Эмма и Джон поженились.
Так развалившаяся, оскверненная церковь превратилась в одно из самых изысканных сокровищ церковной архитектуры. Для останков королевы выстроили новый склеп, слева от алтарного окна.
Дядюшки Дент умерли в один год, не оставив детей, и Садели унаследовал Джон Коучер Дент. Эмма, почувствовав себя хозяйкой, с головой окунулась в дела замка и деревушки Винчкомб, следила за продолжавшимися реставрационными работами и превращала Садели в прекрасное место для жизни, каким и был замок во времена королевы Екатерины.
В апреле 1861-го Эмма со слезами на глазах смотрела, как открывают склеп Чандоса, чтобы с благочестивым почтением изъять останки королевы. Когда сняли крышку с гроба, видно было только горстку коричневой пыли. Эмма глядела на нее, вспоминая портреты королевы и думая о том, как печально, что человеческая жизнь обращается во прах. Но душа королевы с Господом – вот что главное.
Гроб подняли и поместили в новый склеп. Над ним в следующие месяцы воздвигли прекрасную гробницу под пологом в готическом стиле, спроектированную сэром Джорджем Гилбертом Скоттом и украшенную гербами четырех мужей королевы. Сэр Джордж откопал в одном любопытном старинном произведении под названием «Семь светильников девственности» гравюру с изображением оригинальной гробницы, а также определил, что некоторые скульптурные элементы каменной кладки на северной стене когда-то были частью памятника. Упомянутое открытие вдохновило его на создание декора для новой гробницы.
Основываясь на портретах Екатерины Парр, он сделал эскиз фигуры в натуральную величину, чтобы положить ее поверх кенотафа, и пригласил мистера Филипа, с которым работал над мемориалом покойного принца-консорта в Кенсингтонском саду, для выполнения скульптуры в мраморе.
В 1862 году Эмма Дент радовалась, видя, как фигуру возлагают на завершенную гробницу. Дабы отметить это событие, она устроила бал в честь Екатерины, на который все гости пришли в костюмах эпохи Тюдоров. Она приказала, чтобы на колонне неподалеку установили табличку с выгравированной надписью, повторяющей нанесенную на гроб. Она нарисовала эскиз витражного окна в цветах драгоценных камней с изображением Екатерины Парр с Генрихом VIII и Томасом Сеймуром, а его изготовление и установку в церкви поручила стекольной фирме из Вустера.
Когда все было сделано, Эмма отошла подальше и восхищенно любовалась завершенной работой. Теперь она радовалась, что ее протестами против реставрации церкви пренебрегли. Она и ее дядья создали прекрасное святилище в память о любимой многими королеве. Наконец после множества злоключений, выпавших на их долю, останки Екатерины Парр упокоились с миром.
2020 год
Историк вошла в церковь и обрадовалась, что она пуста. Хорошо. Ей нужно немного побыть здесь одной и поразмышлять.
Она еще не могла поверить, что дописала серию романов. Шесть книг. Шесть лет назад это казалось немыслимо сложным предприятием, хотя идея принадлежала ей самой. Она пребывала в страстном восторге, перед тем как взяться за дело, и издатели, к ее удивлению, сделавшие заказ на книги, тоже. Хотя проект в самом деле оказался гигантским, она ни минуты не жалела, что взялась за него. Это огромная радость – на основе прошлых исследований создавать новые, более глубокие и тонкие образы шести королев из династии Тюдоров.
Но теперь серия завершена. Она закончила работу над книгой о шестой жене, которая похоронена прямо здесь, слева от алтаря, и чувствовала себя странно, будто что-то утратила.
Она прошла вдоль нефа и остановила взгляд на безмятежной белой фигуре с милым лицом и молитвенно сложенными руками – Екатерина Парр, какой ее представляли себе викторианцы: благочестивая протестантская героиня и воплощение всех женских добродетелей. Но в ней было гораздо больше.
– Господи, молю, чтобы мне удалось отдать вам должное, ваша милость, – прошептала писательница.
Эту молитву она повторяла по завершении каждой книги серии. Та состояла из романов, основанных на событиях жизни реальных людей, и на писательнице лежала большая ответственность – нужно было описать своих героинь как можно достовернее. Она вспомнила часы, проведенные за составлением авторских пояснений к книгам, в которых растолковывала, что в ее историях правда, а что вымысел и почему она держалась той или иной линии в повествовании. Если она позволяла себе совершать творческие скачки в воображении, то делала это лишь при наличии неких свидетельств, пусть и весьма туманных, которые подтверждали домысленные автором события. Романист так и не сумел задавить в ней историка!