Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 70 из 99

Глава 15

— Фу! — произнесла Инна, когда я закрыл дверь. — Все понимаю, но такое?

— Так ведь не запрещено, — пожал плечами я. — Про подслушивать в договоре ни слова нет. Ну и доказать, что он именно этим занимался, тоже никак невозможно.

— Интересно, ему самому-то не противно?

— Уверен, что очень. Вот только выбора у Геракла нашего нет.

— Ну да, — растянула губы в улыбке девушка, — ему же теперь плакат с Наруто очень долго отрабатывать придется.

— Даже не столько плакат, а факт того, что он позволил себе принять решение самостоятельно, без предварительного согласования и высочайшего одобрения. Это попытка неповиновения, такие следует пресекать в корне. Сегодня плакат, завтра с Рыжим поболтает, а послезавтра что?

— Думаешь, она его уже настолько согнула? — усомнилась Инна. — Да ну нет.

— Иначе бы его у нашей двери не было. Георгий парень-то неплохой, но слабинка в нем присутствует, и это сразу заметно. А Нателла по сути своей лидер, который хорошо умеет объяснять, что именно она точно знает, как все должно быть устроено. Одно на другое наложилось, и каждый получил свое: она — исполнителя, который ей верит, а он — того, кто за него думать станет. И все довольны.

— Были, — возразила Инна. — До того, как лавка заработала.

— Единичный случай, — отмахнулся я, — последняя вспышка активности. Меня другое интересует — много ли достославный Геракл услышать успел?

— Про то, куда мы собираемся, точно.

— Это ладно, здесь такое шило, которое все равно в мешке не утаишь. Слышал ли он про детдом, вот в чем вопрос. Ариадна с Толиком, надумай они рвануть в мир, наверняка окажутся в той же точке, что и мы, но, если не знать, что искать, толку ноль. Для них тот же детдом будет просто еще одним зданием в округе, вот и все.

— Ну да, ну да, — покивала Инна. — Ладно, что есть, то и есть, все равно мы их обгоним. Даже если он узнал нашу версию, ее надо сначала донести до своей хозяйки, после та пообщается с Ариадной, затем они все обсудят… Это время. Так что мы так и так на полкорпуса впереди.

— Надеюсь, — усмехнулся я. — Слушай, ты оденешься или нет?

— А что? — лукаво глянула на меня девушка и приняла соблазнительную позу. — Я одетой тебя больше возбуждаю, чем полуобнаженной? Если да, то мсье знает толк в извращениях!

— Просто мсье собирается наведаться к гостю и узнать, не желает ли он чего. Кто знает, может, и идти никуда не придется, тут все решим, на месте. Но если ты будешь в таком виде, то возможны совсем уж разные варианты развития событий.

Увы и ах, но Агапов с нами общаться не пожелал. Нет, он был менее агрессивен, чем накануне, но на наше «вот, зашли узнать, нет ли каких пожеланий» ответил коротко, что ничего ему не нужно, после развернулся к окну, заложил руки за спину и принялся вглядываться в скудный, но живописный местный пейзаж.

— А вот пришла бы я без юбки, может, и по-другому бы все сложилось, — заметила Инна.

— Даже не сомневаюсь, — заверил ее я. — Для тебя так точно. Та же Нателла живо бы сообщила Церберу о том, что ты постояльца надумала соблазнить, а он только и ждет, кому бы еще показательную порку устроить. И на тебе — такой повод! Вплоть до увольнения.

— Эта может, — признала моя напарница. — Причем даже неважно, перепихнулась бы я с Агаповым на самом деле или нет, огребать все равно бы пришлось. Ничего никому не докажешь.

— Именно.

— Вот чего нам так с соседкой не повезло? У всех нормальные, только мы, горемыки, мучаемся. Досталась бы нам, к примеру, Лиза. Тихая, спокойная, с медведем плюшевым играется, никуда не лезет, верит, что человек человеку друг. Не соседка, а золото!

— Подожди маленько, и она обтешется. Соревновательный момент хорош в спорте, там все строится на «выше, быстрее, сильнее», а у нас на кону стоит вопрос выживания. Да, пока не ребром, остроты особой нет, пока все больше напоминает игру или невзаправдашнюю эстафету. Но это тоже только временно, а как нас поменьше станет и появится ясность, каков главный приз, так нынешние тихони всем дадут просраться. Так, что Нателла нам доброй тетенькой продавщицей мороженого покажется.

— Вот опять тебя снесло на мрачные пророчества, — недовольно буркнула Инна, — Нострадамус хренов.

— Не хочу, чтобы ты лишние иллюзии по поводу коллег испытывала. Лучше сейчас десять раз повторю одно и то же, чем потом ты станешь плакать и говорить: «Но я же ей верила, она же добрая, как же так».

— Да ну тебя. Как чего скажешь, так жить не хочется.

— Ну, с этой задачей ты справилась без меня.

— Поясни.

— Ты уже не живешь.

— Ха-ха-ха, как смешно!

Но в целом этот разговор, конечно, был чем-то вроде отвлекающего маневра, поскольку и Инну, да и меня… Ну, не то чтобы потряхивало там или в дрожь бросало, но некоторый мандраж, что сказать, присутствовал. Все же не каждый день ты с того света в большой мир возвращаешься, вот и выходит, что волнение вполне себе оправдано.

Хотя, конечно, может, и рановато еще переживать. Аристарх Лаврентьевич человек непредсказуемый, возьмет да и скажет что-то вроде:

— Нечего вам там делать. Ишь взяли моду из царства теней в мир живых бегать. Гость у вас не агрессивный, не пьющий, работайте с тем, что есть!

И все, никто никуда не идет.

Но — нет. Точнее, управляющий, к которому мы подошли сразу после обеда, разумеется, сразу поинтересовался:

— А без этого никак?

— Увы! — мигом ответил я. — Все возможности перепробовали, интернет перерыли, с гостем общались, но ответа нет. Надо его в их прошлом искать, а оно за стенами отеля.

— Вот так и знал, — поморщился Цербер. — Как одна пара сходит — все, началась беготня, всем на свободу надо. Про санкции в курсе?

— Вы про два минуса на доску в случае неудачи? — уточнил я. — Разумеется.

— Два минуса — верхушка айсберга, — холодно ответил он.

— Да? — насторожился я.

— Да. Просто ваши коллеги так спешили, что не расспросили меня поподробнее о том, что и как обстоит с этим видом дознания.

— У нас время есть. С удовольствием послушаем.

— У вас есть. У меня нет. Я, знаете ли, тоже люблю обедать тогда, когда следует. — Аристарх извлек из кармана жилета свои часы, откинул верхнюю крышку и глянул на циферблат. — Так что, если не передумаете, подходите через час, тогда обо всем и поговорим.

Закончив свою речь, он смерил нас взглядом, в котором читалось что-то вроде: «И вот как таких раздолбаев пускать обратно к людям», и направился в сторону служебных помещений.