Страница 10 из 73
Глава 3
Работа мечты?
От досады на свою глупость Дана чуть не заплакала, но все же взяла себя в руки. Легко сдаться, сесть на крылечко и в слезах ждать возвращения начальника, но нет — нельзя позволить случайности выбить ее из колеи. Она прошлась вдоль фасада, надеясь, что сможет каким-то образом попасть в контору через окно. Увы, все окна были забраны ажурными решетками. Так, но ведь должен быть и черный ход! В их доме в Невограде имелась так называемая черная лестница — через нее входили доставщики и прислуга. Дана обошла дом и попала на задворки, где действительно обнаружилась небольшая узкая дверь. Увы, тоже закрытая.
Она все же подергала ручку и прислонилась к двери спиной. Неудачница! Какая же она нелепая в этой жалкой попытке кому-то что-то доказать. В носу отчаянно защипало. Дана изо всех сил старалась сдержать предательские слезы, морщила нос и надувала щеки, как вдруг во двор вышла женщина и уставилась на нее, уперев руки в бока.
— Кого-то ищете, барышня? — спросила она, глядя с прищуром.
На первый взгляд женщине было около пятидесяти, и одета она была не то чтобы модно, но с претензией. Шелковое платье сине-голубого, так называемого цвета воды, по столичной моде укоротили чуть выше щиколоток, открывая вполне изящные ботиночки с боковыми застежками. Волосы на свету отливали рыжиной — наверняка их подкрашивали хной. Чуть полноватое лицо оставалось довольно свежим и приятным, зато в уголках глаз собрались морщинки, выдавая и возраст, и не самую беззаботную жизнь.
— Простите, — чуть задыхаясь от сдерживаемых рыданий, сказала Дана. — Просто мне в квартиру не попасть, и, если честно, я в отчаянии.
Лицо женщины изобразило полное удивление.
— В смысле? В какую еще квартиру?
— Ну, в квартиру господина Панарина, — вздохнула Дана. — Я у него работаю. Провожала посетителя, вышла на крыльцо, а дверь захлопнулась.
— Так, так… — Женщина поджала губы, и Дане пришло в голову, что ее сейчас заподозрили в чем-то нехорошем, потому она быстро пояснила:
— Он принял меня сегодня утром, дал задание, а сам уехал по делам. Понятия не имею, как быть. Я даже домой не могу уйти — моя сумка с кошельком и документами внутри.
— Так, так… — снова повторила женщина. — Сумка, значит… Стойте здесь, никуда не уходите. — Она приказала и свернула за угол дома.
Через минуту или больше вернулась с большой связкой ключей, ловко выбрала один и раз-раз! открыла дверь. Дана даже глазом не успела моргнуть.
Она встала на пороге, но женщина мягко, но решительно подтолкнула ее в спину.
Через небольшой коридорчик, где Дана приметила лестницу на второй этаж, они вышли прямо в приемную Панарина.
Дана быстро отыскала сумку и показала женщине диплом, договор на съем квартиры в Соляном переулке и даже зачем-то кошелек. Женщина не стала отказываться и все внимательно осмотрела, кроме кошелька — на него она взглянула с сочувствием, оценив худобу содержимого.
— Ох уж этот наш Савелий Тимофеевич, — покачала она головой. — Меня-то Аграфеной Степановной зовут, домовладелица я, стало быть. Живу на третьем этаже, как раз над панаринской квартирой.
— О… — почтительно выдохнула Дана. — Не представляете, как я вам благодарна. Вы меня от увольнения спасли, наверное.
— Да бросьте! Савелий Тимофеевич — добрейшей души человек. А уж какой жилец! Всегда порядок, всегда плату вовремя, а уж вежлив…
Дана бросила взгляд на кипы папок и слой пыли на них. Какой же это порядок? Аграфена Степановна нахмурилась. Провела пальцем по поверхности полки, поводила глазами и воскликнула:
— Вот же рассеянный! Весь в расследованиях своих, а амулет сменить забыл.
Она указала на деревянную пластину с вырезанной руной Порядка — в бороздки была вставлена флюоритовая крошка. Дешевая, но эффективная вещица: такие амулеты применяли для избавления от пыли. В доме Киотовых подобными ухищрениями не пользовались — отец старался избегать всего магического, потому с пылью боролась прислуга.
Аграфена Степановна сняла пластину со стены и положила на стол.
— Вот пусть перед глазами у него будет, а то снова забудет новую купить. Интересно, в его квартире тоже амулет разрядился? Как же он там спит, в такой пыли?
— Простите, а что, господин Панарин здесь же и живет?
Аграфена Степановна закивала и пояснила, что да, с тем условием и снимал жилье: одна квартира на первом этаже с отдельным входом, а вторая над ней, на втором.
Оставалось лишь позавидовать счастливчику: жить там, где работаешь, — большое счастье. Дане, как жительнице огромного города, это было очевидно. Домовладелица меж тем все расхваливала жильца, не забыв упомянуть, что лет ему почти тридцать, а семьи так и нет. Непорядок. Дана при этом с трудом удержалась, чтобы не покраснеть, и тут же поняла: Аграфена Степановна посчитала ее прямой претенденткой на сердце закоренелого холостяка. Уверять, что это не так, не имело смысла, и Дана благоразумно промолчала.
Далее Аграфена Степановна спросила, не слышала ли она про утреннее ограбление ювелирного.
— Говорят, наскочила банда из десяти головорезов, все в длинных бурках, с кривыми кинжалами, лица шерстью заросли. Вынесли все золото и убили всех, кто в лавке на тот момент был. И как теперь прикажете жить? Это ж в любой момент и ко мне прийти могут?
Дана уверила, что слухи преувеличены, но не призналась, что была от грабителей буквально в паре шагов.
— Да ничего, Савушка наш сыщет, — сказала Аграфена Степановна. — Я уж давеча из окна видела — Волынский-младший к Савелию Тимофеевичу приезжал. Видать, будут просить его найти покражу.
Короче, Дана поняла: если ей надо что-то про кого-то узнать, проще прийти в квартиру на третьем этаже.
— Что ж это я с вами заболталась-то, Дана Кирилловна? У вас же дела, да и у меня невпроворот… — спохватилась домовладелица и вышла, сказав только: — Но если что понадобится, не стесняйтесь обращаться.
Домовладелица вышла, а Дана машинально осенила себя обережным знаком: все же кто-то там наверху хорошо к ней относится, хоть она и не слишком ярая адептка Триединого. В семье Киотовых к религии относились по-особенному. Она принялась рассматривать пластину-амулет. Флюорит в ней совсем разрядился: побледнел, утратил блеск и яркость. Дана протерла его от пыли, поковыряла ноготком флюоритовую крошку, очищая, даже подышала, помусолила палец, убирая грязь. Действительно, надо положить на видном месте, чтоб Панарин не забыл обновить…