Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 49 из 71

- Все остальное не имеет смысла. Но я не могу сказать, что случилось с ней потом. Хотя совпадение слишком большое, чтобы не было связи. Я имею в виду, если Владимир Шереметев знал девушку.

- Знал.

Оленевский удивленно посмотрел на меня.

- Сегодня вечером я случайно наткнулась на Владимира и Макара. Шереметев находился в таком хорошем расположении духа, что я рискнула спросить его о Марии.

- И?

- Их познакомила Анна.

- Правда? – С неподдельным интересом спросил адвокат.

- Да, и Владимир очень хорошо отзывался о Марии. Я бы рискнула предположить, что девушка ему понравилась. Мне показалось, он не знает о ее исчезновении, во всяком случае он говорил о ней в настоящем времени. И… есть еще одна вещь, которые вам следует знать о нашем разговоре.

Он молча слушал мой рассказ о прогулках Владимира, которые тот совершает в одиночку «когда может».

- Как он сбегает? Он сказал?

Я покачала головой.- Я предполагаю, что Макар не запирает основную дверь или заднюю дверь. Когда я впервые попала во флигель, дверь была открыта.

- То есть он соучастник побегов.

- Он видит во Владимире ребенка и не понимает опасности. В первую очередь для самого его хозяина.

- Давайте подумаем вот о чем. Важна ли личность самой пропавшей девушки? Почему именно Мария?

- Потому, что она не ответила кому-то взаимностью или… наоборот ответила. Не тому человеку.

- Владимиру?

- Если и так, кто не хотел этого допустить? Выходит, нам нужно еще раз внимательно изучить все окружение Марии. Владислав Ксаверьевич, мне написала сестра из Петербурга. Три года назад в Койволе исчезла еще одна девушка. Дочь графа Строганова. Ее так и не нашли.

- Если эти истории связаны, то тем более похищение Марии не может быть случайным или спонтанным. Оно должно быть хорошо подготовлено. Но прошу вас, ничего не предпринимайте, пока меня не будет. Я уеду на пару дней, неотложные дела требуют моего присутствия в Петербурге.

- Владислав Ксаверьевич… вы - присяжный поверенный, одно дело защита вашего клиента, совсем другое – желание найти девушку. Я же вижу, что вы, как и я, хотите раскрыть эту тайну. откуда у вас это стремление?

- Хм… Наверное, однажды вам кто-нибудь расскажет…- Оленевский помолчал, глядя на пламя в лампе. лучше, если я сделаю это сам. Видите ли… моя мать была болезненной. Всегда была. У нее случались ужасные мучительные приступы кашля, которые длились часами, иногда днями. Они истощали ее, высасывали из нее жизнь - Он поморщился от боли, вспоминая прошлое.- Доктора отправляли ее в постель на несколько недель. Помню, как маленьким мальчиком я ужасно боялся, что она просто задохнется.

- А ваш отец? – мое сердце сжалось об боли за того маленького мальчика.

- Мой отец был офицером, служил на флоте. У нас были слуги, но семьей были мы трое, я, моя мать и ее горничная. Она всегда была рядом, когда родился, она уже была.

Оленевский поднялся, подошел к окну и одернул занавеску. Долго вглядывался в темноту. Я не задавала вопросов, такие истории человек должен рассказывать сам.

- Я учился в университете, когда матери, казалось, стало лучше. Но вскоре ее состояние начало ухудшаться. Она не могла ничего есть, ее силы начали иссякать. А потом вернулся кашель. Врачи ничего не могли для нее сделать, они даже не находили чахотки. А потом… моя мать скончалась. Незадолго до Рождества. Отец потребовал расследования, я сопротивлялся, настаивая на том, что это просто болезнь. Мы поссорились. Я считал, что отец таким образом пытается избавиться от вины за то, что его никогда не было дома.

- И что случилось?

- Полиция быстро обнаружила доказательства вины горничной моей матери. Я никогда не обращал внимания на такие вещи, но остальные слуги сказали, что когда мать стала чувствовать себя лучше, она поймала горничную на краже мелких вещей и собиралась ее уволить. Но потом вновь почувствовала себя плохо и не смогла обойтись без ее привычной помощи.

- Горничная отравила вашу мать, чтобы без нее не обошлись, а потом постоянно травила ее, чтобы всегда оставаться рядом?

- Именно так. Она не собиралась убивать мать, давала маленькие порции яда, чтобы вызвать недомогание. Но ослабленный организм однажды не справился…

- Боже мой…

- Она до последнего клялась в своей невиновности. И я почти поверил ей. Я чуть не помог ей избежать наказания за убийство моей матери. Ведь за эти годы она стала членом семьи и всегда была рядом.

- Мне так жаль…

- С тех пор я всегда ищу правду, какой бы горькой она ни была. Со временем работа перестала быть для меня чем-то личным, иначе я просто не смог бы хорошо ее выполнять. Я прекрасно понимаю, что дела не похожи на дело моей матери. Но правду я ищу всегда.

- Но вы не стали следователем, вы стали адвокатом.

- Потому что судебные ошибки все еще существуют. И знаете, Клеопатра Георгиевна… даже виновный имеет право на то, чтобы объяснить свой поступок.

- Сегодня я подумала, что мы совершили ошибку. Мы уберегали Владимира от лишних вопросов. Наверное, пришло время задать их ему напрямую.

- Дождитесь моего возвращения, Клеопатра Георгиевна. Похититель, кем бы он ни был, наверняка опасен.