Страница 95 из 200
— А ты отказал?
— Естественно. Раньше я был наивным молодым юнцом, который верил во «всеобщее благо». Теперь же вижу и понимаю больше. Поэтому сказал Альбусу, что выхожу из его шайки. Он же этот вопрос считал решенным, мне показалось, что и на Гриммо он явился просто поставить меня перед фактом, что «Орден Феникса» будет собираться здесь. Ну, и сильно обиделся на отказ. А, зная его характер, директор обязательно будет мстить при случае.
— Поэтому ты и сказал, срочно уходить из дома Грейнджеров? — Уточнила я, осознав весь ужас ситуации, в которой я оказалась.
— Это сказал не я, а Говард Фаст, адвокат Малфоя, который и меня из Азкабана вытащил, и делом Беллатриссы сейчас занимается. Благодаря нашей с тобой помолвке я могу подать заявку и стать твоим опекуном в магическом мире. В этом вопросе у волшебников есть преимущество перед маглами, так что шансы у нас неплохие. Но только при условии, что тебе не успеют сломать палочку и выгнать из Хогвартса. Вот Говард и приказал тебя спрятать. Причем делать это в доме на Гриммо нельзя. Нужно чтобы тебя не могли найти ни совы, ни поисковые заклятия. Я же наоборот должен быть доступен для писем и возможных встреч. Так что в ближайшие несколько недель ты на осадном положении. Прикажи своей Пенни закрыть Озерный край от всех посторонних птиц, кроме Букли. Я ее пришлю, когда появится информация. Сама ни с кем не связывайся, даже со мной. Просто жди.
— Сириус, но почему мне даже Минни прислать тебе нельзя? Я же тут с ума сойду от волнения.
— Гермиона, я понимаю, что это будет непросто. Но, если заподозрят наш сговор, опеки над тобой мне не видать. Так что для всех в ночь побега, ты связалась со мной по сквозному зеркалу. Я не смог тебя успокоить и ты с перепугу куда-то сбежала из родительского дома. Больше мы с тобой не виделись и не слышались. Именно этой версии мы и будем придерживаться в суде. А теперь мне пора. Верь, все будет хорошо.
Блэк сам проинструктировал Пенни, познакомил ее с Буклей и аппарировал вместе с совой. Я же осталась одна, практически под домашним арестом. За границы «Фиделиуса» жених выходить запретил, хорошо хоть, что теперь чары сокрытия и на озеро распространялись. А то б я тут точно с ума сошла в четырех стенах.
Потянулись дни моего заточения. Прошлым летом я тоже гостила в Озерном крае, но в тот раз атмосфера была совсем другой. Тогда я сама сюда пришла и могла уйти отсюда в любой момент. Сейчас же я здесь была, как в тюрьме, без информации и сроков. Из-за чего каждый час казался вечностью.
Пенни сказала, что чувствовала сквозь защиту, что меня искали. Сначала часто, потом реже. Заклинания были разные и запускал их не один маг. Но чары сокрытия справились и не пропустили щупальца поисковых заклятий.
Меня ничего не радовало, купаться и загорать совсем не хотелось. Попробовала научить эльфийку игре в карты или шахматы, но тут повторилась история Криччера. Пенни упорно мне поддавалась, как своей Хозяйке. Так что эту идею я быстро забросила. Чтение не отвлекало, я не могла сосредоточиться на прочитанном. Даже мое любимое фриволите в этот раз дало сбой. Челнок упорно выскальзывал из рук, я сбивалась при подсчете петель, раз за разом распуская плетение. От чего только сильнее нервничала.
В какой-то момент мне начало казаться, что ничего у нас с опекой не получится. И мне либо сотрут память, превратив в овощ, либо же я навсегда останусь в заточении в этом доме. Пенни успокаивала меня, как могла. Но вести душещипательные беседы эльфийка не умела, ее забота выражалась с том, что она бесконечно таскала мне горячий чай и кофе. Отвлекала меня бытовыми вопросами, предлагала то ванну набрать, то плюшек напечь. Помогало не сильно, но она старалась и я это ценила.
Когда напряжение достигло предела, в небе появилась приближающаяся точка. Букля.
Сова принесла письмо, написанное корявым подчерком Поттера.
«Привет, Гермиона.
Мое лето проходит замечательно. Я летаю на метле в саду, гуляю по Косой аллее. Жаль только, что крестный постоянно занят. Но он пообещал, что до моего дня рождения закончит все свои дела. И мы опять устроим большой праздник.
Состав приглашенных, конечно, придется подкорректировать, но ты там обязательно будешь. Так что готовь подарок и на 31 июля ничего не планируй.
А в августе Сириус обещал свозить меня на море, я там еще ни разу не был (тот день, когда мы с Дурслями прятались от сов на старом маяке, я в расчет не беру). Ты была на море? Хотела бы поехать с нами? Пляж, волны, белый песок…Разве не заманчиво?
Гарри П.»
Первой моей реакцией был шок. Я ждала информацию о суде, о Хогвартсе, опеке и моей палочке, а получила… приглашение на день рождение и невнятный лепет о летнем отдыхе. Но дважды перечитав письмо, я сообразила, что Поттер не мог открыто писать о подобных событиях, вдруг бы сову перехватили. Но намекнуть он все-таки сумел. Дела идут неплохо и до 31 числа вопрос с опекой решится. И раз меня зовут на море в августе, значит сильно переживать мне не стоит.
— Подожди, я напишу ответное письмо, — обратилась я к Букле, которую Пенни как раз угощала совиным печеньем.
«Привет, Гарри.
Я тоже наслаждаюсь каникулами, хоть они и не проходят так весело, как у тебя. Твое письмо пришло очень вовремя, оно помогло мне развеять скуку. Спасибо за приглашение, я с радостью приду на твой день рождения. А оставшиеся до праздника две недели я как раз потрачу на подготовку тебе подарка. Море я очень люблю и даже умею плавать. Будешь хорошо себя вести, научу тебя нырять с аквалангом.
До скорой встречи. Передавай привет крестному.
Г. Г.»
Перечитала свое письмо и решила, что получилось неплохо. Намекать умею не хуже Поттера. Я подозвала птицу и привязала к ее лапе пергамент.
— Лети к своему хозяину, он тебя ждет, — напутствовала я Буклю. Она в ответ почесала меня клювом и, взмахнув крыльями, поднялась в воздух.
После ее отлета время перестало тянуться, как кисель. Получив весточку из большого мира я обрела уверенность в положительном исходе нашего дела. И избавившись от переживаний перестала страдать. Снова получала удовольствие от купания в озере и опять начала плести. Вернее составлять в своем «Лабораторном журнале» схему подарка для Гарри, потому что в условиях моего заточения подарить ему я могла только очередной фриволите-артефакт.
Полистав книги и прикинув свои варианты, я решила создать что-то, что б могло блокировать Круциатус, а точнее его воздействие на нервную систему. В каком-то смысле это можно было считать лечебным воздействием, поэтому я надеялась, что шерсть единорогов будет работать на полную мощь.
С третьей попытки у меня вышла немного корявая, но, как по мне, рабочая схема. Вечером приступила к плетению.
Браслет закончила за два дня, смотрелся он вроде неплохо. В качестве концентраторов вплела в него несколько бусин шунгита. Черный матовый минерал добавлял ему строгости и лаконичности.
Кружево все равно смотрелось немного женским, но тут уж вопрос восприятия. Носили ж древние короли и бароны кружевные рубашки и жабо. И считали такой наряд вполне мужественным. Тем более, я отказалась от декоративных пико и сделала браслет многослойным из-за чешл он стал чем-то напоминать кельтские плетенные украшения.
Оставалось только проверить работоспособность артефакта. А вот с этим были проблемы. Ни я, ни Пенни накладывать «Круциатус» не умели. Да, и попадать под действие этого заклятия, если что пойдет не так, мне тоже не хотелось. Подумав, я решила просто надеть браслет и посильнее долбануться мизинцем о ножку стола. Нервные окончания те же, а боль — она и есть боль, независимо от причин.