Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 12 из 53

Глава 4

Существует одна простая истина, которую любой студент Академии «Талисман» рано или поздно усваивает на собственном опыте. Если куратор говорит: «Изучи на досуге», значит, спать этой ночью ты уже не будешь.

И я не стала исключением.

Историческая хроника «Сражение у Серых Рубежей», которую магистр Вальмон вручил мне после ужина, оказалась толщиной примерно с половину крепостной стены. Зато ближе к полуночи я наконец добралась до главы, из-за которой Вальмон, подозреваю, и выдал мне эту книгу. В ней рассказывалось о королевском артефакторе Элиане Торвейне — одном из самых талантливых исследователей своего времени. Согласно хронике, за несколько дней до окончания Сражения у Серых Рубежей он прибыл в штаб Третьего легиона по личному приказу короля и занялся каким-то секретным исследованием. Каким именно — историки предпочли умолчать, ограничившись расплывчатой формулировкой.

Дальше становилось ещё интереснее.

Во время последнего штурма командный пункт пал, сам Торвейн исчез, его тело так и не нашли, исследовательские записи тоже. Официальная версия утверждала, что они вместе с частью личных вещей королевского артефактора были захвачены отступающими войсками противника.

Вот только меня эта версия совершенно не убедила!

Артефакторы не бросают свои исследования. Мы можем забыть поесть. Иногда — поспать. Некоторые особо талантливые личности умудряются забыть даже о существовании техники безопасности. Но собственные записи… Нет. Так не бывает. Если Элиан Торвейн понимал ценность своей работы хотя бы вполовину так хорошо, как мне подсказывала профессиональная интуиция, он скорее уничтожил бы её собственными руками, чем позволил попасть к врагу. А если не уничтожил… Значит, спрятал.

И если найденная мной и Рэйнаром находка действительно принадлежала ему, то, чтобы убедиться в этом, нужно было найти самого Торвейна. Точнее, его последний маршрут.

Именно поэтому ещё глубокой ночью я решила, что вернусь к развалинам командного пункта. Вчера мы искали там забытые и потерянные амулеты, а сегодня я собиралась искать ответы.

И я непременно их найду!

Для осуществления своей цели проснулась я задолго и заблаговременно до общего подъёма. Над лагерем ещё висела прохладная предрассветная дымка, угли вечернего костра лениво тлели в круге из камней, а лес только начинал просыпаться, встречая новый день несмелым птичьим щебетом. Большинство студентов продолжали мирно спать, и именно это меня полностью устраивало. Сапоги, правда, пришлось нести в руках, чтобы не разбудить соседей, а сумку я собрала ещё пару часов назад, предусмотрительно сложив туда не только хронику, блокнот, карандаш, но и всё, что ещё могло пригодиться для повторного осмотра развалин.

Впрочем, главным моим преимуществом были вовсе не собранные вещи, а то, что в действительности я была не совсем одна. На моём запястье, свернувшись плотным янтарным браслетом, мирно сопел Шуршик. Миниатюрного броненосца я призвала ещё на первом курсе, когда едва не провалила практику по магическим связям. Все вокруг мечтали о величественных волках, хищных птицах или хотя бы огненных лисах, а мне достался этот крошечный, невероятно застенчивый комочек с панцирем. Тогда я даже немного расстроилась. Правда, ненадолго. Уже через неделю стало совершенно очевидно, что лучшего компаньона для такого любопытного артефактора, как я, мир просто не придумал. Шуршик отличался удивительно мягким характером, предпочитал большую часть времени проводить именно так, превращаясь в самое обычное украшение. Его легко было смутить, ещё легче — обидеть, поэтому знакомить его с кем попало я никогда не спешила. Особенно с некоторыми представителями факультета боевой магии. Вот и сейчас, отойдя подальше от центра лагеря, я осторожно погладила тёплый янтарный панцирь большим пальцем и едва заметно улыбнулась:

— Не переживай. Никого из боевых магов сегодня не будет.

Шуршик тут же высунул нос из панциря.

— И я тоже этому рада, — добавила с той же улыбкой.

Фамильяр тихонько фыркнул, полностью разделял моё мнение, после чего снова уютно устроился на запястье, а я осторожно переступила через растяжку последней из палаток, мысленно поздравив себя с тем, что пока всё шло исключительно по плану, и мы уже почти добрались до выхода из лагеря. До свободы оставалось буквально несколько шагов. Ещё немного, и никто уже совершенно точно не станет читать мне лекции о том, что категорически нельзя одной возвращаться к древним развалинам, где вчера нашли неизвестный артефакт и едва не провалились в старую ловушку.

Иногда мне вообще казалось, что самая опасная часть любой исследовательской экспедиции — это не древняя магия и не забытые заклинания, а необходимость сперва получить на неё разрешение.

К счастью, сегодня я собиралась обойтись без этой утомительной формальности.

Я даже мысленно уже представила, с чего именно начну осмотр, как только прибуду на нужное место назначения. Вот только полностью погрузиться в свои размышления так и не удалось. Едва вошла во вкус, совсем рядом неожиданно прозвучал мужской голос:

— Доброе утро.

Я подпрыгнула так резко, что едва не выронила сапоги. Сердце на мгновение вообще перестало биться, после чего решило наверстать упущенное с удвоенным усердием.

Очень медленно обернувшись, я увидела… Рэйнара Эшвуда.

Старшекурсник стоял в нескольких шагах от меня с таким невозмутимым видом, словно мы случайно встретились посреди академического двора, а не на рассвете, когда весь лагерь ещё мирно спал, а я пыталась из него сбежать.

Но хуже всего было даже не это.

В одной руке Рэйнар держал перевязь с мечом. А в другой… плетёную корзину. Несколько секунд я честно пыталась осознать увиденное, потом перевела взгляд на его лицо, потом снова на корзину.

Картина ничуть не изменилась.

— Ты... — осторожно начала я, не сводя глаз с этого абсолютно неуместного здесь предмета. — Что это?

Рэйнар посмотрел на корзину так, будто только сейчас вспомнил, что всё это время нёс её в руке. И, чуть помедлив, заключил:

— Завтрак.

Я… моргнула. Потом ещё раз.

— Завтрак? — переспросила на всякий случай.

— Да, — охотно подтвердил боевой маг, причём с такой спокойной уверенностью, будто его ответ вообще всё объяснял.

Не объяснял. Вообще ничего.

— Зачем? — прищурилась, глядя на него уже с нескрываемым подозрением.

— Потому что вчера ты почти ничего не съела, — ничуть не проникся моим недоверием боевой маг.