Страница 27 из 40
Ничего страшного, если так подумать, но выглядело пугающе.
— Царапина, — констатировал некромант. — Не смертельно, но нужно обработать. Подожди, — поднялся и направился к стеллажам.
Я смотрела, как старшекурсник перебирал пыльные склянки, читал полустёртые надписи на этикетках, и что-то в этом было… странное. Вэларис двигался уверенно, как человек, который определённо знал, что делает. Не просто некромант, привыкший к опасным ритуалам и восставшим умертвиям, а кто-то, кто разбирался также в целительстве и зельях.
Кайр вернулся с бинтом. Тот был старым, но всё ещё пригодным. И с какой-то мазью в глиняном горшочке. Опустился на корточки передо мной, снова взял мою ногу в свои руки.
— Сиди тихо, — предупредил хмуро.
Я сидела. Он аккуратно стёр кровь продезинфированной простеньким заклинанием тряпицей, найденной тут же, нанёс холодную, с резким травяным запахом мазь, а затем начал перевязывать мою ногу. Каждое движение его пальцев было точным и осторожным, но до того тщательным, что в какой-то момент мне стало почти неловко. Где-то в глубине души я понимала, что, если бы он захотел, он мог бы в самом деле оставить меня здесь, мог бы не спасать или вовсе потребовать в обмен на помощь ворона, но он этого не сделал. И это сбивало с толку. Впрочем, как и кое-что ещё:
— Где ты научился этому? — спросила я тихо. — Перевязывать раны, я имею в виду.
— На практике, — ответил он, не поднимая головы. — Некромантия — это не только мёртвые. Иногда приходится иметь дело и с живыми. А живые, как известно, имеют свойство раниться.
— Как я, — сказала я.
— Как ты, — подтвердил он.
Я невольно улыбнулась. Он продолжал заниматься перевязкой, и я заметила, какая у него сосредоточенная складка между бровей. Он завязывал бинт так тщательно, будто от этого зависела чья-то жизнь, и что-то в этом было… трогательное, что ли. Я понимала, что всё ещё злюсь на него, но злость подтаивала, как лёд под весенним солнцем.
— Знаешь, — сказала я, когда старшекурсник закончил, — если бы ты не притащил меня сюда, ничего бы этого не случилось.
— Если бы ты не украла моего фамильяра, — парировал он, поднимаясь, — ничего бы этого не случилось.
— Если бы ты не опозорил меня перед моим куратором, ничего бы этого не случилось, — не осталась в долгу.
— Если бы ты не испортила мне ритуал, так не вовремя заявившись в некрополь, мне бы и не пришлось.
И не то чтобы мне нечего было противопоставить в ответ, но…
— Справедливо, — признала я.
Теперь Вэларис стоял передо мной, скрестив руки на груди, и смотрел на меня сверху-вниз. За окном сверкнула молния, на мгновение осветив комнату. И я поняла, что он устал. Не физически — хотя, наверное, и физически тоже, а как-то иначе. Как будто вся эта ситуация вымотала его не меньше, чем меня.
Я почти решилась предложить ему мировую. Почти.
Но потом он напомнил:
— Ну что? Решила? Сдаёшься? Возвращаешь мне ворона?
И я засунула все свои хорошие намерения так глубоко, как только смогла. Заодно замерла. Мгновение, и уголки моих губ дрогнули в усмешке. Он буквально спас меня, перевязал мне ногу, сидел передо мной на корточках с этим своим дурацким сосредоточенным видом, и теперь, когда я почти расслабилась, почти поверила, что между нами может быть что-то кроме вражды, некромант снова за своё? Ну уж нет!
— Как бы не так, Вэларис. Даже не надейся.
Старшекурсник смотрел на меня несколько секунд. Его взгляд оставался холодным, но где-то в их глубине промелькнуло что-то… не разочарование, нет. Как будто он и не ожидал от меня другого ответа. Как будто он бы даже расстроился, если бы я согласилась.
А может, мне показалось?
Не успела понять. Вэларис развернулся и направился к выходу.
— Сиди здесь, — бросил он через плечо. — Я проверю, можно ли активировать портал. Если гроза не утихнет, будем ночевать в башне.
— А если я не могу здесь ночевать? — округлила глаза в ошеломлении, чувствуя, как внутри закипает возмущение. — Мне нужно вернуться в академию! Если узнают, что я покинула её без разрешения, у меня будут проблемы! Серьёзные проблемы, Вэларис! Магистр Вальден меня со свету сживёт!
Он остановился в дверях и обернулся. На лице некроманта не дрогнул ни единый мускул.
— Тогда возвращайся в академию любым другим путём. Я тебя не держу.
— Как я вернусь?! — всплеснула руками. — Ты сам сказал, что портал заблокирован из-за грозы! И это именно ты меня сюда затащил! Ты! Своим пропуском! Мы на границе королевства, здесь нет ни дорог, ни транспорта, ни связи! Как, по-твоему, я должна вернуться?! Пешком?! Через лес, кишащий нежитью?!
Он пожал плечами с выражением абсолютного равнодушия.
— Я же сказал, Рэйвенхарт, — произнёс флегматично, — с этого дня твоя жизнь перестанет быть лёгкой. Так что это сугубо твои проблемы.
И вышел, оставив меня одну. Дверь за ним закрылась с тихим скрипом, а я осталась сидеть на столе в древней пыльной лаборатории, с перевязанной ногой, порванной юбкой, с брошью в декольте и с жгучим желанием запустить чем-нибудь тяжёлым в закрытую дверь.
— Грубиян! — фыркнула ему вслед, сжимая кулаки. — Самодовольный, бессердечный, невозможный грубиян!
Где-то на груди, под тканью блузы, брошь отразила пульсацию новой порции тепла. И я готова была поклясться, что ворон смеялся.
Вполне возможно, надо мной…